Мы споёмся (СИ) - Брежнева Маша

Захотела выбрать сценические костюмы? Пусть выбирает. Ещё – фотосессия в новом составе. Да с радостью. Бэкстэйдж-ролик для соцсетей? Вопросов нет, идея хорошая.

У этой крошки на удивление было много мыслей. Она совершенно не понимала, что говорит, действуя по какому-то наитию. Ей нравилось, что Антон слушает ее. Это было невероятно, что парень, с которым они еще два дня назад не были знакомы, позволяет ей все это. После первой же репетиции! А он молча слушал и откровенно пялился на нее.

О да. Именно то слово. Он пялился на Дашку. И даже стараясь не встречаться с ним глазами, она кожей чувствовала его взгляд.

Даша не скрывала от себя самой правду. Ее прострелило еще в тот момент, когда Антон перед выходом на сцену бросил ей «Жди здесь, ты мне нужна». От голоса этого парня Дашка поплыла прямо там, за кулисами. От взглядов, которые он посылал ей, по рукам табунами бегали мурашки. Но девушка специально прикрылась щитком из вредности и колючих реплик, чтобы не позволять себе увлекаться и любезничать с ним.

«Только не смотри на него. Нельзя, Даш, нельзя. Это просто работа, просто коллега по работе», – так она взывала к своей голове, которая собиралась отключиться в ближайшее время.

Но бросая исподтишка взгляды на Рублева, продолжавшего сверлить ее глазами, Дашка ощущала, что теряет контроль над собой.

Надо было валить, пока самообладание ещё не изменило ей.

Антон удивился, когда Даша подорвалась с подоконника и, попрощавшись, почти выбежала из студии. Но в какой-то степени он был ей благодарен за этот побег. Слишком странной была атмосфера между ними, и что могло произойти всего через минуту, Антон не знал.

Глава 3

Перед следующей репетицией Антон дал себе установку не растекаться в лужицу от удовольствия при звуке Дашкиного голоса. Но задача выполнялась плохо, и когда девушка попросила разрешить ей спеть «Моё море» Нойза, Антон не сопротивлялся, хотя никогда не представлял этот кавер в женском исполнении и той же Карине его не доверял. Дашка спела не так, как сделал бы это он. Но Рублёв чувствовал, что близок к помешательству от того, как Даша ощущает музыку и как вкладывает себя в тексты.

Он видел и слышал многих вокалисток. Знал хороших, талантливых девчонок. Оригинальных и прикольных. Но Дашка… Антон не представлял, где она этому научилась. Она проживала каждую песню, как собственную жизнь. Уверенно прокладывала путь в самое сердце своих слушателей, заставляя забывать обо всем.

Подобного с ним не бывало. Он никогда так не влюблялся в женский вокал. Но только ли в ее голосе дело?

Блин, да она ведь из его группы! Нельзя думать о ней как-то иначе. Она просто новая солистка. И не стоит так разглядывать ее плечо, выглянувшее из огромного выреза белой футболки. Не стоит залипать на ее лицо, когда она поёт. Не стоит думать о том, какой красивой она становится, когда звучит музыка.

Он понимал все это. Но с каждой минутой неудачного самоубеждения Антон понимал, что влюбляется не только в голос. И ничего с собой сделать не может.

После репетиции парни принялись нахваливать Дашку, по очереди отвешивая комплименты ей самой и ее шикарному вокалу. Антон молча наблюдал за этим со стороны, с отрешенным видом очищая банан – лучшее, по его мнению, средство для подзарядки. Сначала ситуация его забавляла, но случайно сказанная фраза привела Рублева в бешенство.

- Дашка, как же хорошо, что я уговорил тебя вступить в нашу банду! – потрясывая палочками в воздухе, выдал Матвей.

Рублев с размаху швырнул ни в чем неповинный, едва начатый банан в мусорную корзину. С какой это радости Матвей приписывал себе титул за появление Даши в их коллективе? Ведь это Антон ее нашел, Антон предложил ей попробовать. Ну да, в совершенно дебильной манере, но это была его заслуга.

Его, а не Матвея!

Он сам удивлялся, почему его так сильно зацепили слова друга, ведь делить Дашку никто не собирался. И спорить из-за ерунды они бы не стали. Но Рублев только шепотом выругался и предпочел побыстрее испариться из зала. Он чувствовал, что буквально за два дня превратился в человека, который не в ладах со своей головой. Но переносить проблемы из головы в общение с ребятами он не мог.

Она потащила их на шопинг. Как и обещала. Даша водила за собой четырёх здоровых парней, как детсадовскую группу, между магазинами и полками с одеждой. И вот поверить сложно, но они слушались ее, делая обреченные лица, только когда Даша не могла видеть этого. А девчонка с видом эксперта (ох уж эти дурацкие игры в сильную и независимую) выбрала каждому новый образ для выступления, не забыв и про себя любимую. Когда парни вышли из примерочных и встали все вместе напротив большого зеркала, оценивая результаты Дашиного труда, сама девушка ещё разбиралась, рискнуть и взять блестящий пиджак или ограничиться чем-то поскромнее.

- Звезда, ау, ты чего застряла? – долетел до неё голос Рублева. И сразу как-то зловеще хмыкнув, она стянула с себя синий пиджак и надела вместо него золотистый. С глубоким вырезом и симпатичным бантиком на талии. Довольная собой, она феерично вышла из примерочной под синхронно офигевшие мужские взгляды.

«Не прогадала», – подумала, становясь рядом с ними. Своих новых коллег она одела в «тотал блэк», выбрав для каждого то, что подходило именно ему. Парни, как на подбор, все были высокими. На их фоне Даша чувствовала себя малявкой, но вместе они смотрелись гармонично. И Дашка прям ощутила, как ее пробирает мандраж от желания поскорее оказаться с ними на одной сцене.

К счастью, ждать ей оставалось недолго. Выступление было запланировано буквально на следующий день.

Глава 4

Утром Антон написал Жене, чтобы позвать его на вечерний перфоманс. Сообщив, что наконец нашёл идеальную «фронтвумен», Рублёв предложил отметить это дело сразу после выступления.

Ковалевский перезвонил через какое-то время, и оказалось, что у него тоже были новости. Лучшему другу Женя сказал, что придёт обязательно. Но не один, а с Ритой. Эти двое решили начать все сначала спустя пять лет после своего печального разрыва накануне выпускного. Антон тут же подумал, что не может оставить без внимания такое обалденное воссоединение.

Он настрочил в чат с ребятами из группы сообщение, где заявил, что они обязательно должны будут сыграть «Мы разбиваемся» Земфиры. И уже отправив, написал вдогонку:

«Извини, звезда, но петь буду я сам. Даже не надейся на другое».

Ему в ответ прилетел стикер с котиком, показывающим язык. Рублёв улыбнулся, живо представив Дашку, которая с удовольствием сделала бы также сама. И все-таки она очень забавная девчонка. Будучи весьма богатой на эмоции, Даша за несколько дней расшевелила парней, успевших привыкнуть друг к другу да полтора года совместной работы и немного заскучать в привычной для них атмосфере. А с ней все становилось как-то иначе.

Не ему же одному так казалось?

Когда Антон с парнями вечером приехал в «Завод», огромный двухэтажный ресторан, где им предстояло отыграть почти часовую программу, Дашки ещё не было. Конечно, Рублев сказал, что может заехать за ней по дороге, но «гордая и самодостаточная» Даша не соглашалась. Как минимум по той причине, что не хотела сидеть рядом с ним на пассажирском сиденье, чтобы не позволять себе лишних мыслей перед выходом на сцену.

«Звезда» явилась, когда они настраивали инструменты, и уверенно вышагивала на таких высоченных каблуках, что у Антона голова закружилась при виде высоты шпилек на ее туфлях. В освещении, царившем на сцене, пиджак Даши загадочно блестел, привлекая внимание. Ко всему прочему, Дашка накрасила губы красной помадой.

«Трындец, что происходит-то», – думал Рублёв, догадываясь, каким взглядом рассматривает девушку. К счастью для него, возле сцены появился Женя. Одной рукой Ковалевский махал другу, а в другой крепко сжимал ладонь Риты, удивленно разглядывавшей все вокруг.