Невероятные приключения лесной феи и её друзей - Нолан Деннис

– Выходит, это ты прислал их мне?! – воскликнула Фия.

– Я и смастерил их сам… Только без крылышек по бокам.

– Значит, о крылышках позаботились Жабка, Крыска и Воронушка… И всё же не надо мне было появляться здесь, – прошептала Фия, окружённая толпой крылатых фей.

Кип щёлкнул пальцами – и зазвучала музыка.

– Фия, – мягко сказал он, – мои крылышки послужат нам обоим.

Кип стремительно поднял Фию в воздух, закружив над всеми, у неё даже появилось ощущение, будто она сама летит. И всё же некоторые, включая короля и королеву, успели заметить, что у неё нет крыльев!

– Что за наглость! – воскликнула королева. – Кто пригласил на праздник это бескрылое создание?

Король хлопнул в ладоши – и музыка стихла. Кип неохотно опустился на землю и поблагодарил Фию за танец – королеве при этом едва не сделалось дурно.

– Извини, мои родители ведут себя не по-королевски, – сказал принц.

– Ничего не говори, – ответила Фия. – Этот праздник я не забуду никогда. Ну, мне пора!

При этих словах перед Фией как из-под земли выросла Крыска. Девочка, смахнув слёзы, грациозно вскочила на её спину, крепко ухватила за шею.

Крыска повела носом в сторону толпы, коротко фыркнула и с важным видом направилась к берегу, где их уже ждала Жабка. Не теряя времени, Крыска прыгнула на плот, оттолкнув его от берега.

Музыка, как ни в чём не бывало, заиграла снова, и сердце Фии наполнила неведомая ей прежде печаль. Она и головы бы не повернула в сторону продолжавшегося праздника, если бы не страшные крики фей.

Девочка оглянулась и закричала от ужаса…

– Не-е-е-ет!

При свете луны она увидела тролля. Мохнатого, страшно несуразного, с огромной сетью, в которую он, словно светлячков, ловил фей.

Фия беспомощно наблюдала, как тролль уходит. Он ухмылялся, перекинув через плечо сеть, в которой визжали и извивались феи.

Фия взглянула на друзей. Жабка в растерянности толкала плот по кругу, Крыска качалась из стороны в сторону, уворачиваясь от брызг…

– Медлить нельзя, надо спасать фей! – сказала Фия. – Жабка, греби туда, где живут лесные человечки. Они нам помогут.

Из дупла огромного букового дерева, где жили человечки, доносился шум и гам.

– Разбуди Ворону, скажи, пусть летит сюда! – велела девочка крысе. – Жди меня на берегу, – приказала она глядящей на неё с ужасом Жабке. – Не бойся, лесной народец не причинит мне зла, – добавила она и поцеловала Жабку в нос.

Сколько Фия ни кричала хозяевам, её не услышали. Извилистый коридор, заваленный сухими листьями и завешенный паутиной, вёл вглубь огромного дупла. Вот, наконец, и зал, где веселились лесные человечки. Каждый, мимо кого Фия шла, немедленно прекращал барабанить, петь или играть на банджо.

– Кого я вижу! Что заставило столь шикарную леди снизойти до лесного народца? – спросил старший.

Толпа загоготала. Кто-то толкнул Фию на середину зала.

– Прекрати, Баламут! – потребовала крошечная старушка с палкой. – Ведь это Фия – бескрылая фея, наш друг. Она никогда не насмехалась над нами – и мы над ней насмехаться не будем!

– Сегодня на Майском празднике танца, – дрожащим голосом начала Фия, – появился тролль. Он поймал фей и унёс куда-то… Помогите спасти их!

В зале воцарилась тишина. Потом послышались смешки – один, другой…

– Как я понимаю, – сказал Баламут, – фей в нашем лесу больше не осталось? Значит, некому воровать наш мёд? Некому ронять на нас скорлупу от орехов? Некому дразнить нас?.. Что ж! Туда им и дорога, этим феям! – и лесные человечки принялись бить в ложки.

Фия в негодовании обвела глазами зал.

– Неужто среди вас нет смелых?

Баламут положил ей руку на плечо.

– Послушай, Фия. Разве твой народ был добр к тебе?.. Так зачем рисковать ради него жизнью?.. Оставайся у нас. Выходи замуж – хотя бы за Везунчика.

Фия взглянула туда, куда указывал Баламут, и увидела крошечного человечка – тот стянул с себя носок и шумно в него высморкался. Фия побледнела.

– Мне надо спешить, я должна найти тролля, – сказала она, невольно пятясь к двери. Ей на помощь пришла лесная старушка – она живо растолкала палкой своих лесных собратьев, помогая Фие выбраться из зала.

– Околесица! – окликнул старушку Баламут. – Ты что, забыла, какие шишки валятся на голову тех, кто помогает феям?

Но Околесица упорно тащила Фию к выходу.

– Лесной народец, – сказала она девочке, когда они выбрались из дупла, – палец о палец не ударит ради фей. Но я помню, как ты лечила моих внуков, и готова помочь тебе.

Околесица выкатила из-за пня тележку с одеялами.

– Бери, всё это тебе понадобится.

– Ты очень добра, – задумчиво произнесла Фия. – Но как спасти фей с помощью вороны, крысы, жабы, тележки и одеял?! И потом, откуда мне знать, где обитает тролль?

– Говори тише!.. – проворчала Околесица. – Вот тебе в придачу подсказка:

– Я сделала что могла. Дальше всё зависит от тебя, – добавила старушка и несколько раз стукнула палкой о землю.

В полной темноте дотащив тележку до берега, Фия с облегчением вздохнула: все её друзья были в сборе. Она несколько раз повторила им подсказку, хотя они были недовольны, что их сравнивают с троллем.

– Как и крыса, глубоко живёт, – сказав это, Фия взглянула на Крыску. – Что же это значит?.. Возможно, тролль, как и крыса, живёт под землёй… В очень большой норе… В пещере!

Единственная пещера, о которой Фия слышала, находилась у самого подножия горы.

– Воронушка, хватит ли тебе сил отнести нас к горе? Я сяду к тебе на спину, а тележку с Жабкой и Крыской ты возьмёшь в лапки.

Ворона сонно кивнула.

– Летим! – приказала Фия, поскольку размышлять над тем, вполне ли проснулась ворона, не было времени – луна в любой момент могла скрыться за облаками.

Они взлетели, и вскоре Фия нашла что искала.

– Вижу! – закричала она.

Ворона опустилась ниже, кружа над огромной дырой внизу горы. Только что туда зашёл тролль, и дыра зияла, словно открытый рот. Ворона вздрогнула, крыса и жаба в тележке спрятались под одеяла.

– Нам нет пути назад! – сказала девочка.

Когда ворона залетела в пещеру, зловещий вид открылся им. Вдоль мрачных каменных стен стояли светильники – отвратительного вида тролли, которые держали в руках горящие факелы. Поначалу эти тролли казались Фие живыми, но, приглядевшись, она поняла, что они каменные, а их шерсть – всего-навсего мох.