Последний страж Равновесия. Книга 1. - Феликс Кресс

— Но как же… — незнакомец поднес руку ко рту и начал обкусывать ногти, всё так же расхаживая взад и вперёд. — мои подопечные? Он убил их.

В конце фразы его голос дал петуха и он резко остановился.

Дальнейшее слилось в одно мгновение.

Вот Ловец скидывает капюшон и на меня смотрят полыхающие алым глаза. Магический фон резко подскакивает. Вот противник вскидывает руку и в меня летит Облако Отчаяния — самое мерзкое заклинание из арсенала Ловцов.

В это же самое время я отпрыгиваю в сторону с линии атаки и запупускаю в противника свою Терновую Сеть.

Моё заклинание попадает прямо в цель, а вот заклинание Ловца задело меня лишь краем. Но и этого мне хватит, чтобы испытать незабываемые ощущения.

Мы с Ловцом оба валимся на землю и для каждого из нас начинается свой персональный ад.

Моё сознание заволокло плотным туманом. Отовсюду доносились голоса. Разные: плач, сладострастные стоны, смех, яростный рёв. Из этой какофонии иногда доносились связные обрывки речи:

— Мальчик мой, ты должен быть… — ласково начиналась фраза женским голосом, а заканчивалась уже мужским, грубым и властным.

— Каланча, зверинец… — звонкий девичий смех колокольчиком прозвенел где-то рядом.

— Совет не допустит этого… — наперебой кричат мои братья.

— Сссееердсссее дааай наам… — то ли прошипел, то ли простонал совершенно незнакомый голос.

Я потерялся во времени и пространстве. Мельтешение разнообразных лиц и силуэтов путало, сбивало с мысли, не давая сосредоточиться.

Помимо себя я чувствовал ещё двоих. Одно сознание было диким, примитивным и еле ощутимым. Второе сознание было более чётким, ясным и ощущалось лучше. Но оно уже шагнуло за грань, поэтому назад дороги ему не было.

— Братик! — зубастая морда вырвалась из тумана и рявкнула мне прямо в лицо.

Я сел на пол, скрестил ноги и начал размеренно вдыхать и выдыхать, пытаясь нащупать вибрации этого мира. Если не получится, то застрять в этом месте я могу очень надолго.

— Я помогу. — послышался тихий голос молодого человека.

Высокий брюнет, бледная кожа, болезненно худ, лицо смазливое. Действительно Каланча, мысленно подумал я, усмехнувшись.

— Я помогу, но ты же знаешь что за этим последует?

Кивнул.

О, я знал. Слияние за этим последует. Если одна сущность в нематериальном плане помогает другой, то сильнейшая поглощает слабейшую. Так гласили абсолютно все источники знаний в моем мире. Поглощённая сущность растворяется и отправляется на новый круг перерождения. А вот сильнейшая впитывает в себя большую часть эмоций и воспоминаний, которые будут возвращаться постепенно и в разном объеме.

Облако Отчаяния… Как же я тебя ненавижу.

Слияние началось.

Я разлепил глаза и выпрямил одеревеневшие конечности, перевернулся на спину и полежал некоторое время, не шевелясь, переводя дыхание.

Заклинание вымотало, а слияние добавило новой информации, которую нужно было проверить.

Я сел и снова настроился на вибрации мира. Да, верно. Мир не мой — это его близнец. Такое встречается во Вселенной. Редко, но встречается. Я раньше частенько бывал здесь. Совет сотрудничал с местными главами государств и помогал им плавно вступить в Магическую эру. В те времена магии здесь было совсем мало. Так всегда бывает, когда спящая магия только пробуждается.

А ещё мир страдал. Мы, друиды — единственные, кто способен слышать вибрации мира. И если где-нибудь ощущается разлад, мы отправляемся в те места и устраняем причину сбоя. Эдакие лекари для мира и стражи Равновесия. Для миров, если быть точным. Так вот, этот мир лихорадило. Здесь произошло нечто такое, что практически его уничтожило. И сейчас магия буквально сходит с ума.

Что произошло я примерно понял из воспоминаний Станислава Лейна, парня, в тело которого вселилось моё сознание. Мир накрыла магическая катастрофа, которая повлекла за собой ещё и техногенные. То время прозвали Всемирным плачем. Мир еле выжил, экосистема навсегда изменилась, появились различные мутации, как среди растений, так среди людей и животных. А ещё появились аномалии, которые медленно, но верно уничтожали всё живое вокруг них.

У меня осталось много вопросов. Но главный из них: куда смотрит Совет? Где они вообще? И почему я оказался здесь, в этом теле?

Я встал и обошёл поляну. Больше живых или неживых сущностей я не ощущал.

Подошёл к Первому убитому Имаго и стал рассматривать его. В моём мире это были магически изменённые и подчинённые воле мага-создателя кордицепсы. Форму они могли принимать разную. Способы умерщвления жертв тоже отличались разнообразием.

Имаго — это конечная измененная версия кордицепса, но есть и другие. Объединяло их одно: они могли слиться с жертвой и захватить ее тело и разум. В большинстве случаев реципиент умирал, а внедренец продолжал жить под его личиной, выполняя команды мага-создателя.

Ловцы их создали для охоты на нас — друидов. Только так они могли хотя бы пленить нас. А иногда и убить, если друид был молод и неопытен. После Столетней войны в моем мире, я думал, что мы этих тварей истребили полностью и их больше не осталось. Видимо я, как впрочем и Совет, ошибся.

Теперь в теле Станислава Лейна помимо меня присутствует ещё и симбиот. Правда, во время испытаний в Облаке отчаяния я добил его, но что-то он оставил на память о себе. Нужно будет разобраться, что именно.

Кстати, о Станиславе. Я посмотрел на завесу, которая отделяла зону аномалии от всего остального мира. Там, по другую сторону, меня ждут люди рода Лейн, глава рода и сестра парня.

Что ж, пойдём познакомимся.

Когда я вышел из аномалии, увидел напряжённых и собранных людей. Взгляды их были обращены ко мне, а позы выражали готовность к действиям. Любым.

— Станислав, — окликнул меня низкий мужской голос.

Я повернул голову и увидел статного мужчину. В летах, короткая стрижка и борода серебрились сединой, но внешне мужчина был крепок и суров.

Евгений Алексеевич Лейн — глава рода Лейн и теперь уже мой дед.

— Ваша Светлость. — слегка наклонил я голову в приветствии, подмечая, как на суровом лице деда на миг появилось удивление и тут же пропало.

— Вижу, испытание не было лёгким, — кивнул он на мою окровавленную одежду. — Лекарь!

Из плотного ряда воинов вышел немолодой, но крепкий мужчина. На ходу выплетая какое-то сканирующее заклинание, он приблизился ко мне и принялся за работу. Немного понаблюдав за работой лекаря, пришёл к выводу, что маги этого мира развились плохо. Примитивные заклинания, нерациональный расход энергии и большие затраты по