Стальные гробы рейха - Михаил Курушин

Кораблестроительные программы не были закончены, Кригсмарине оказался к войне не готов. Исходя из сложившейся обстановки, ему могла быть поставлена только одна задача — нарушение английских коммуникаций в Северном море и Атлантическом океане. Что касается защиты своих морских сообщений, то ее можно было осуществить только в водах Балтийского и Северного морей.

Дениц, в отличие от Редера, был одним из немногих убежденных национал-социалистов среди высших морских офицеров. Не разделял он и точку зрения Редера, что в предстоящей войне решающая роль будет принадлежать надводным кораблям, а не подводным лодкам. Дениц считал, что против Англии Германия не сможет располагать сильнейшим надводным флотом и что самым действенным немецким оружием на море могут и должны стать подводные лодки. Гитлер, казалось, прислушивался к этим доводам. На совещании в Оберзальцберге 22 августа 1939 года он обещал командующим видами вооруженных сил не начинать войны с Англией ранее 1944 года, пока в составе германского флота не появятся 200 подводных лодок. Однако дальнейшие события показали, что фюрер не был способен предвидеть развитие событий.

К сентябрю 1939 года Германия имела 56 (по другим данным — 57) подводных лодок, из которых только 22 средние и большие можно было использовать для действий в океане. Основными базами, откуда начали атаки субмарины, были Киль и Вильгельмсхафен.

«Единицы», лодки типа I, водоизмещением 860 тонн, — неудачные, по мнению Деница, в плане маневренности и мореходных качеств, — были разработаны первыми, но постройка их затянулась. Поэтому они имели порядковые номера U-25 и U-26. По своим характеристикам лодки походили на «семерки», а внешне — на «девятки», которые стали их прямыми потомками. Еще до войны «единицы» превратились в учебно-тренировочные подводные корабли. Когда во время боев Дениц стал испытывать дефицит в субмаринах, обе лодки вновь стали боевыми и нашли свою смерть в 1940 году.

«Двойки», малые лодки типа II, прозванные «челноками», имели водоизмещение 250 тонн, скорость хода в надводном положении 13 узлов, в подводном — 6–9 узлов и предназначались в основном для охраны береговых объектов. Именно они стали первыми спущенными на воду подводными кораблями Германии. Хотя в стратегических планах Деница им места не находилось, обстановка, сложившаяся в самом начале подводных баталий, потребовала оперативного использования малых лодок.

«Семерки», лодки типа VII, имели водоизмещение от 600 до 1000 тонн, скорость хода в надводном положении 16–17 узлов, в подводном — 8 узлов. Это были уникальные субмарины, как по количеству — 718 лодок, построенных за девять лет, — так и по некоторым своим характеристикам. «Семерки» оказались высокоманевренными и с хорошей мореходностью. Большинство немецких асов-подводников первых лет войны добились своих успехов и славы за штурвалами лодок типа VII-B, а самой крупносерийной лодкой для своего времени стала «семерка» серии С. На воду было спущено более 600 этих субмарин и еще немалое количество находилось на стапелях в момент окончания войны. Хотя к концу войны этот тип лодок основательно устарел, в момент своего появления VII-C была достаточно мощным и маневренным кораблем, более чем подходящим для операций в Атлантическом океане, и относительно простым в постройке. Она превратилась в типовую модель, сконцентрировавшую в себе все достижения немецких конструкторов.

«Девятки», лодки типа IX, имели водоизмещение до 750 тонн, скорость хода в надводном положении 18 узлов, в подводном — до 7,7 узлов. По сравнению с «семерками» лодки типа IX имели более мощную энергетическую установку, большой запас вооружения, большее водоизмещение и длину, обладали увеличенными радиусом действия и скоростью. Большие размеры, естественно, делали лодки менее маневренными в подводном положении, но именно субмаринам типа IX-B в германском подводном флоте принадлежит рекорд в суммарном потопленном тоннаже.

Проектировались еще и лодки типа X-A, задуманные как большой океанский подводный минный заградитель. Проект не был реализован, ибо Дениц всегда недолюбливал «колоссы». Зато были построены субмарины типа X-B, имевшие водоизмещение 1760 тонн, — самые крупные в Кригсмарине. Их оказалось немного, они почти не использовались по прямому назначению и были лодками снабжения во время дальних океанских операций.

С малым количеством субмарин, несмотря на их неплохие качества, нечего было и мечтать о наступлении против Англии на морских коммуникациях. Понимая это, Дениц болезненно воспринял сентябрьское вторжение вермахта в Польшу, ожидая самых худших последствий. Когда 3 сентября Великобритания и Франция объявили войну Германии, всегда вежливый в присутствии подчиненных Дениц разразился проклятьями.

«СТАЛЬНАЯ ТРУБА» И ЕЕ ОБИТАТЕЛИ

«Служба на подводной лодке требует от моряка большой самостоятельности и ставит перед ним задачи, для выполнения которых нужны высокое мастерство и бесстрашие. Единственная в своем роде морская дружба, вырастающая из общности судьбы, из отсутствия различий в положении членов экипажа подводной лодки, где все зависят один от другого и где никто не лишний, восхищала меня. Каждый подводник ощущает величие океана, величие своей задачи и чувствует себя богаче всех королей. Иной судьбы он не хочет», — так писал Карл Дениц. Едва ли можно с ним спорить.

Однако реальная жизнь на подводной лодке тех времен была сущим адом не только для новичка, но и для старого «морского волка», поскольку субмарина далеко еще не отвечала требованиям сегодняшнего дня. Это не был подводный корабль в полном смысле слова. Подлодка являлась как бы «ныряющим» тихоходным и слабо вооруженным судном, способным лишь на недолгое погружение. Под водой она могла только уходить от противника, но была практически бессильна и не способна отвечать на его атаки собственными ударами.

К концу 30-х годов условия службы на немецких подводных лодках резко ужесточились. О том, что собой представляла жизнь в «стальной трубе» субмарины, откровенно рассказывали многие бывшие немецкие подводники. Тому, кто не служил в подводном флоте, трудно себе представить жизнь, неделями и месяцами протекающую в тесной, постоянно сырой и насыщенной всевозможными зловониями посудине.

В каждой лодке имелось множество отсеков, соединенных люками, которые при необходимости герметически закрывались. Отсеки носовой и кормовой части вмещали торпеды и кубрики для матросов. Между ними — от носа к корме — располагались отсеки для старшинского состава и командиров, камбуз, офицерская кают-компания, отсек гидролокатора и радиорубка, отсек управления, большие отсеки дизельных двигателей и электромоторов. Порядок отсеков мог изменяться в зависимости от типа подводной лодки, но назначение их оставалось одинаковым.