Дом на Ленинской - Леонид Таубес

на конце. Ширина валки - сантиметров 10, длина около 80 см. Этой валкой белье катают по столу, отчего оно становится мягким. Электроутюга у нас поначалу не было. Пользовались угольным. Все эти вещи можно увидеть в этнографическом музее.

5. На уборку квартиры.

Поначалу у нас были полы из широких некрашеных досок с большими щелями. Мыть их было очень трудно. Кроме того, полы сильно скрипели. Во время одного из ремонтов полы сплотили и покрасили их суриком.

6. На штопку чулок и носков.

И еще на множество разных дел. И имейте в виду, что суббота была полным рабочим днем. Поскольку детских садов и яслей было очень мало, многие женщины, имеющие детей, сидели дома. Они не работали.

Транспорт

Трамвай был основным видом городского транспорта. Рядом с нашим домом проходила трамвайная линия 1 маршрута: Вокзал —  Дом Печати. Потом этот маршрут продлили с одной стороны до Товарной станции, а с другой —  до обсерватории. Мой отец работал в Доме Печати (типография им. Сталина) и часто брал меня с собой на работу. Проспектов в Минске тогда не было ни одного, а улица, где находится Дом Печати, называлась ул. Пушкина. С Гарбарной трамвай сворачивал налево на Энгельса, шел до Советской и там поворачивал направо. 

Из окна трамвая можно было видеть электростанцию с высокой трубой. К ней подходила железнодорожная ветка со станции Восточная. Ветка шла вдоль реки сначала по Пулихова, а затем по территории парка Горького. Возле станции было много вспомогательных путей, на которых стояли вагоны и вагонетки с углем. Их буксировал маневровый паровозик с писклявым гудком. Эту электростанцию закрыли после ввода ТЭЦ-3. Часть зданий, относящихся к ней, а также трубу снесли, а одно здание оставили и перестроили под спортивный зал. Позже рядом построили новый цирк. Старый цирк-шапито находился на нынешней территории парка Горького, внизу, со стороны площади Победы. 

Потом маршрут изменили. Первый номер трамвая пошел прямо по Гарбарной, Первомайской, Галантерейной (Бядули), до начала ул. Долгобродской, а затем сворачивал направо. Участок Советской улицы от Энгельса до Долгобродской освободился от трамвайного движения. К этому времени достроили дома на Советской от Свердлова до Энгельса. И в Минске появился первый и на много лет единственный проспект —  Проспект Сталина. На площади Сталина (возле дворца Профсоюзов) был установлен огромный монумент вождю. На высоком гранитном постаменте он стоял в шинели, с простертой рукой. А на Круглой площади построили монумент Победы и сама площадь стала площадью Победы. Появился первый троллейбусный маршрут от вокзала до площади Победы. 

Рассказывали, что первоначально планировалось наоборот. Памятник Победы предполагалось поставить на самом высоком месте в городе, чтобы его можно было видеть издалека. Однако партийное руководство решило иначе. 

Такси в городе не было. Легковых машин было вообще очень мало. Они возили большое начальство. Рядом с припаркованной машиной всегда оказывалось несколько мальчишек, а иногда и взрослых зевак.

Самое большое начальство ездило на "ЗИС-101". Начальство поменьше ездило на Эмках и Виллисах. Помню, как-то раз соседа привезли на роскошном Опелe "Адмирал". Чаще попадались Опель "Капитан" ("Победа" его очень напоминает) и Опель "Кадет". Москвич-400 —  это он почти 1:1. Правда. "Кадет" был двухдверным, а Москвич —  четырехдверный. Еще было довольно много BMW, которые поставлялись из Германии по репарациям. Владельцев личных автомобилей среди наших знакомых и соседей не было.

 Зато в личном владении было довольно много трофейных мотоциклов. Время от времени кто-нибудь во дворе разбирал мотоцикл. Пропустить это зрелище было невозможно. Помню мотоциклы БМВ, Цюндап, Пух. Велосипеды, как и мотоциклы, были, в основном, "трофейные".

 Но очень скоро появились минские велосипеды, а потом и мотоциклы, Стало довольно много серпуховских инвалидных мотоколясок.

 Одна из таких колясок часто стояла возле нашего дома. На ней ездил брат нашей соседки. У него не было ноги, но он ходил на протезе, почти не хромая. Это был симпатичный молодой человек. Он работал в редакции какой-то газеты. На правах друга его племянника я один раз прокатился с ним в этой мотоколяске. Однажды я услыхал, как один из наших соседей сказал другому: "Вишь, бесплатно получил, а я никак не могу на мотоцикл накопить." Он позавидовал! Много лет спустя я услыхал шутку: "Хорошо тому живется, у кого одна нога. У него яйцо не трется, и не надо сапога". И вспомнил про эту мотоколяску.

 Вскоре "Москвичи" и "Победы" сменили добитые "иномарки". Появились такси. И, наконец, в Минске на площади Победы открылся автомагазин. Цены были такие:

  Москвич-400   8 800 

  Победа М-20  15 800 

  ЗИМ М-21  40 000

Минский мотоцикл (125 куб.см) стоил около 3000 рублей и это был доступный личный транспорт. Напомню, средняя зарплата тогда была около 700 рублей в месяц. Этих денег еле хватало на питание и элементарную одежду. Поначалу на личные автомобили не было большого спроса. Многие люди, у которых было достаточно денег, опасались их обнаруживать. Но очень скоро автомобили, несмотря на резкое их подорожание, превратились из товара в распределяемое благо.

 Грузовиков было мало. Зато на улице часто можно было встретить подводу, перевозящую шкаф, диван или пианино.

 В организации, где работал отец, была лошадь. То есть лошадь была на балансе, как имущество. Это была гнедая кобыла по имени Ласка. При лошади был возчик по фамилии Соколовский, его почему-то никогда не звали по имени. Соколовский жил в Степянке, в частном доме. Там же в сарае жила и лошадь. В Степянке она и паслась в свободное от работы время. Наличие лошади решало много проблем. Автобазе нужны тонно-километры. Заказать грузовик для перевозки мелких грузов по городу было сложно.

 Пригородные поезда, также как и поезда дальнего следования ходили на паровозной тяге. Паровоз вообще впечатляющая машина, особенно, когда ты маленький и стоишь рядом с его колесами. А он сверкает железными и медными частями и грозно шипит выпускаемым паром. Паровоз мне казался тогда живым прирученным чудовищем.

 В пригородных поездах по вагонам ходили инвалиды и просили милостыню. Помню одного слепого, он ходил с мальчишкой лет десяти. Инвалид играл на маленьком, очень красивом немецком аккордеоне, а мальчишка пел. Эти песни в передаче "В нашу гавань заходили корабли" квалифицировали как "вагонные". Одна из этих вагонных песен-баллад мне особенно запомнилась. По своему содержания она соответствует теме. Это песня про Мишу-машиниста. Я помню мелодию и частично текст. Вот сюжет. Мальчик Миша, сирота, жил возле железной дороги и любил смотреть на поезда. Потом