Чака - Марат Брухнов

Однако крупных межплеменных объединений пока еще не было.

Первый шаг на пути объединения племен нгуни сделал вождь небольшого племени мтетва Дингисвайо. Став в 1808 году вождем, он приступил к реорганизации армии. Хотя Дингисвайо уже успел ознакомиться с европейцами и их порядками, армия его ничем не напоминала европейскую. Новую военную организацию он строил на основе характерного для стоящих на стадии первобытнообщинного строя народов института возрастных классов. У племен нгуни все мужчины с возрастом проходили за свою жизнь через четыре социальные ступени, то есть делились на четыре возрастных класса. Третьему классу соответствовал возраст от 20 до 40 лет, и члены его номинально считались воинами.

С этой армией Дингисвайо удалось подчинить себе многие окрестные племена, но, приводя их к покорности, он не нарушал племенной организации и чаще всего оставлял на своих местах прежних вождей. Таким образом ему удалось создать союз племен, что само по себе явилось крупным шагом на пути к объединению. Его преемник Чака пошел значительно дальше.

Чака сохранил существовавшее и до него деление мужчин на четыре разряда, но оно при нем значительно отличалось от прежнего, и переход из одной категории в другую зависел теперь уже не только от возраста. К первому по возрасту, но отнюдь не но значению разряду относились юноши, не достигшие 20 лет. Они пасли скот и выполняли чисто хозяйственные функции, а в военных экспедициях играли роль носильщиков. Второй разряд составляли неженатые воины, ими становились юноши, достигшие, так сказать, призывного возраста. Только особо отличившиеся в боях получали право жениться и носить головное кольцо — признак зрелого мужчины. Этим самым они переводились в третий разряд — разряд женатых воинов. Из них формировались отборные воинские части, своеобразная «старая гвардия». И, наконец, четвертый разряд составляли индуны — военачальники, советники и ближайшие помощники Чаки.

Воины, особенно принадлежавшие ко второй, самой многочисленной категории, вели спартанский образ жизни. Вся страна была покрыта сетью военных краалей — гарнизонов (иканда) с опытными индунами во главе. Краали эти были одновременно и административными центрами, а главы их — наместниками прилегающих территорий.

С введением ассегая — ударного копья для рукопашного боя — претерпела значительное изменение и тактика сражений.

Новля армия. Чаки с боями прошла до всей территории Наталя, а это, в свою очередь, привело к массовому перемещению племен. Армия пополнялась за счет иноплеменников, а целые племени исчезали с этнической карты страны. Этому немало способствовали и введенные Чакой новшества: если переход мужчин на первого разряда во второй происходил автоматически по достижению определенного возраста, то дальнейшее продвижение по социальной лестнице зависело уже только от храбрости и личных качеств человека. И тут племенная принадлежность не играла в глазах Чаки ни малейшей роли — среди индун его ближайшего окружения было немало иноплеменников, а иногда даже и людей, вовсе не относящихся к племенам нгуни.

Для жителей северного полушария родина зулусов полна экзотики: тут и мангровые заросли, и переплетенные лианами пальмы, вельд с его бесчисленными стадами антилоп и диких буйволов, на которых охотятся львы и леопарды, тут гигантские слоны и гиппопотамы, а в ночном небе горят невиданные созвездия… Да что там говорить — ведь даже тень от палки, воткнутой в полдень в землю, укажет не на север, как у нас, а точно на юг, и даже солнце совершает свой привычный путь, двигаясь не слева направо, а, наоборот, против часовой стрелки.

Однако люди, населявшие созданную гением Чакн империю зулусов, считали эту страну своей родиной и никакой экзотики вокруг себя не замечали. Более того, они даже и не представляли себе, что где-то может быть иначе. А ведь именно люди с их горестями и заботами, с их радостями и свершениями являются героями настоящей книги.

Имя Чаки еще при его жизни обросло легендами, ибо никто из современников не мог представить себе, что все свершения Чаки удались ему без помощи сверхъестественных сил. Многие из этих легенд надолго пережили самого героя п до сих пор имеют хождение не только среди зулусов и их соседей, но прочно обосновались в поэтической и даже научной литературе, обретя таким образом новую жизнь. Сейчас уже невозможно найти книгу по истории Южной Африки, в которой не упоминалось бы имя Чаки.

Деятельность Чаки получила весьма высокую оценку таких выдающихся советских африканистов, как Д. Л. Ольдерогге и покойный ныне И. И. Потехин. Крупный советский историк-африканист А. Б. Давидсон в предисловии к переведенной на русский язык книге Э. А. Риттера «Чака Зулу» пишет, что автор «посвятил свою книгу человеку, который сыграл в прошлом Африки южнее Сахары, может быть, самую важную роль. Человеку, чьим именем до сих пор клянутся зулусы. Человеку, чье имя вызвало и вызывает такие бурные споры, как, наверное, никакое другое в африканской истории.

Пожалуй, единственное, в чем сходятся историки, писавшие о Чаке, — это признание изумительного полководческого таланта… Чаку называют африканским Наполеоном…»

Отмечая, что в последние годы у африканских историков и писателей пробуждается интерес к своему прошлому, А. Б. Давидсон продолжает:

«О Чаке теперь нередко говорят как о вожде, который перед надвигающейся опасностью англо-бурского завоевания Южной Африки сумел объединить десятки родственных племен байту.

О Чаке говорят как о родоначальнике зулусской государственности, как о «короле-воине», который выступал прежде всего не завоевателем, а собирателем «земли зулусской».

Таким считают Чаку нынешние лидеры демократического движения Южно-Африканской Республики. Таким видел его Альберт Лутули, генеральный президент Африканского национального конгресса — крупнейшей политической организации африканского населения ЮАР…

В программе Южно-Африканской коммунистической партии упоминается, что зулусы героически боролись против вторжения бурских и английских завоевателей, «используя боевую тактику Чаки».

Руководитель революционного подполья Южно-Африканской Республики Нельсон Мандела заявил на суде в Претории в 1965 году, что «на борьбу за человеческое достоинство родного народа его подняла мысль о великих делах Чаки».

Когда в 1816 году Чака стал вождем второстепенного племени зулу, его владения составляли всего примерно 275 квадратных километров, а к моменту его смерти в 1828 году созданное им зулусское государство имело территорию почти в 300 тысяч Квадратных километров, что значительно больше площади Англии. Влияние же его в той или иной степени распространилось на огромное пространство примерно в 3,5 миллиона квадратных километров, что чуть ли не вдвое обширней площади всех тогдашних колониальных держав, вместе взятых.