Кровавая регата - Сергей Иванович Зверев

«Тойота» вильнула вправо, и мощный «Порше» с ревом вырвался вперед. Водитель «Тойоты» выдохнул, вытер пот и выключил сирену.

Вадим, худощавый парень с неприятными, слегка выкаченными глазами и большими залысинами, поднял левую руку. Правой он все время растирал промежность через мятые брюки, морщась и ругаясь сквозь зубы.

Вадим показал на машину Марка, стремительно поднимавшуюся по пологому участку шоссе, и заявил:

– Выжми все, но достань его!

Хмурый плотный водитель кивнул и придавил педаль газа.

По непонятной причине «бэха» чуть замедлилась на подъеме.

Вадим перестал мять мошонку. Его глаза сузились. Он сжал зубы, вытащил пистолет, ухватился левой рукой за ручку над дверью, опустил стекло и высунул ствол в окно.

Резко и звонко загремели выстрелы. Рука Вадима моталась из стороны в сторону под воздействием мощного встречного потока воздуха. Пули уходили в сторону, но он продолжал со злостью нажимать на спусковой крючок. Парень истратил все патроны и скорее догадался, чем увидел, что все время мазал.

– Догони эту суку! Видишь, он тормозит! Я ему сейчас колеса прострелю! – заорал он, размахивая «макаровым».

Джип, двигаясь по левому ряду, выскочил на вершину склона одновременно с «бэхой». Машины разделяло не больше двух метров.

Вадим сменил магазин, взялся за рукоятку пистолета двумя руками и прицелился под свес корпуса низкой «бэхи». Он выстрелил два раза и не попал, потому что целился прямо в колесо. Парень не видел, куда угодили пули, но понял, что опять мажет.

Водитель джипа не знал особенностей трассы перед Новороссийском, а Марк знал. Если не сбросить запредельную скорость на вершине холма, то можно на секунду почувствовать себя горнолыжником, взлетающим с трамплина. Только роль лыж при этом будет выполнять машина. Марк не собирался менять квалификацию, поэтому и притормозил, даже рискуя попасть под пули.

Асфальт ушел вниз. Джип завис над дорогой всеми четырьмя колесами. Встречная фура, разогнавшаяся для того, чтобы легче было зайти в гору, именно в этот момент толкнула внедорожник воздушной подушкой.

Марк аккуратно объехал огромную помятую тушу джипа, лежавшую на левом боку, всю окутанную паром, и стремительно ушел с места аварии.

– Дядя Володя!.. – позвал Марк, заглядывая поверх калитки. – Эй, на палубе?

Из-за разросшихся кустов малины слышался зычный мужской голос, не очень музыкально выводивший:

– Славы нам чужой не надо, АКС – наша отрада.

– Корабли и самолеты, вам привет от морской пехоты! – пробормотал Марк и подмигнул Савелию, попросту Сэму, своему старому дружку, с которым он и прибыл в Новороссийск, пережив по дороге некоторые приключения.

– А чего это он поет? – спросил Савелий и в который раз огляделся по сторонам.

Он делал это с того момента, когда они бросили «бэху» возле какой-то облезлой трансформаторной будки на окраине Новороссийска и пошли пешком к дому дяди Володи. Марк сказал, что это друг его отца. Он должен помочь.

– Дядя Володя душ по утрам принимает. Из бочки. Пока не допоет и не помоется, нас не услышит.

– И вам будет не до смеха, если тронете морпеха! Ах, хорошо! Чтоб я сдох на одном из Карибских островов!

Обладатель зычного командного голоса закончил прием водных процедур и со скрипом распахнул дверку душа, сколоченного из досок.

– Дядя Володя! – крикнул Марк, услышав скрип и догадавшись о его значении.

На дорожке, ведущей к дому, появился плотный мужчина в шлепанцах, до пояса замотанный в большое махровое полотенце. На правом плече мужчины красовалась татуировка в виде развернутого андреевского флага на фоне якоря и с подписью внизу: «Морская пехота».

Слегка прихрамывая, дядя Володя подошел к калитке, прищурился и пробормотал:

– А? Что? Кто там швартуется?

– Понятно, – пробормотал дядя Володя где-то через полчасика и пыхнул трубкой, разгоняя комаров. – Значит, влипли по самые гланды кашалота.

– Ну да, вот так. – Марк развел руками и виновато взглянул на крепкого седого мужчину в тельняшке. – Дядя Володя, вы уж извините. Так уж получилось. Даже не знаю, что делать. Мы переночуем у вас, утром уйдем. А там видно будет.

Дядя Володя снова вверг комаров в панику мощным дымным выдохом, вытащил трубку изо рта и заявил:

– Сходи на кухню, возьми в морозилке еще бутылку и мясо разогрей. Тут надо разобраться как следует.

Марк кивнул и ушел. Сэм тоскливо смотрел перед собой.

Нет, дядя Володя принял их хорошо. Он накормил друзей немудреной, но сытной холостяцкой едой, выслушал краткую историю их приключений, расспросил, где они оставили машину, заставил выпить по три стопки какого-то очень крепкого, но приятного зелья и уложил спать. Проваливаясь в дремоту, Сэм слышал, как дядя Володя с кем-то говорил по телефону.

Потом они проснулись от дневной жары. Хозяин дома отсутствовал. Весь день прошел в безделье. Друзья говорили о своем и смотрели телевизор.

В дневных местных новостях была показана авария джипа. Мол, пассажиры находятся в больнице, их здоровью ничего не угрожает, сработали подушки безопасности. На экране появилась холеная морда Вадима в форме сотрудника Следственного комитета.

Марк выругался, Сэм вздохнул. История закручивалась очень нехорошая. Диктор сообщил, что следствие будет рассматривать и версию покушения на работника правоохранительных органов.

Да, чем им может помочь морпех в запасе? Ну, хоть накормил и напоил, и на том спасибо. Не останешься же у него жить на нелегальном положении! А дальше что?

Вечером, когда на темном небе появились первые звезды и прохладный ветер задул с гор в сторону моря, приехал дядя Володя. Он привез мясо и хлеб. Мужчины сели ужинать на заднем дворе, в «кают-компании», устроенной под виноградником.

На крепком дубовом столе остывала огромная сковорода с остатками жареной картошки, рядом с ней стояла тарелка, не уступающая сковороде в размерах, заполненная помидорами, огурцами и всякой зеленью. Пустую бутылку, недавно заполненную самогоном, собственноручно приготовленным им самим, дядя Володя убрал под стол.

– Думаешь, что с меня взять? – насмешливо спросил отставной капитан первого ранга, поглядывая на поникшего Сэма. – Думаешь, помочь не смогу?

– Да так. – Сэм поднял голову, пожал плечами. – Даже не знаю, что и сказать.

– Ну и молчи, раз не знаешь, что сказать! – отрубил дядя Володя и осведомился: – Кстати, ты хоть в армии-то служил?

– Балтийский флот, дивизион ракетных катеров. Моторист.

– Ого! – Дядя Володя наклонился над столом и впервые с уважением посмотрел на худощавого парня. – Значит, с морем знаком.

– Есть немного.

– Гик от гафеля отличить сможешь? – осведомился дядя Володя.

– Я с пятнадцати лет в яхтклубе. Сначала на «Кадете» ходил, потом на «Летучем голландце» матросом и рулевым. Дальше на флот попал.

– Чтоб я сдох на одном из Карибских островов! – Дядя Володя