Мосты (СИ) - Костылева Мария

— Значит, этот предатель в полиции работает, — с такой злостью произнесла Жерра, что Элья вздрогнула и глянула на неё с удивлением. — То-то про него никто ничего выяснить не смог! Ничтожество, грязный шпион, змея, крыса! Если я когда-нибудь встречу его, своими же руками, своими же руками…

Ненависть на несколько мгновений буквально изуродовала её лицо. В нём появилось что-то звериное, на коже вспыхнули красные пятна, глаза округлились и страшно засверкали. Пальцы скрючились, и кисти девушки стали похожи на лапы стервятника, созданные для того, чтобы хватать и рвать.

Однако вспышка так же внезапно угасла. Жерра перевела дух — и постепенно вновь превратилась в человека. Лишь не сошедшая со щёк краска выдавала только что пережитый приступ ярости.

— Лэрге, или как там его на самом деле, может гордиться собой, — отчеканила Жерра. — Благодаря его стараниям мы потеряли лучших… Прости, что напоминаю о Грапаре.

Последнее она произнесла с искренней печалью.

— Всё в порядке, — ответила Элья как можно мягче.

— И Мароль. Этот ублюдок рассказал тебе, как расправился с Маролем?

Элья помотала головой.

— Он выплеснул ему что-то в лицо. Какую-то магическую дрянь. Лица после неё у Мароля почти не осталось. И ещё нож ему в грудь всадил. Видимо, чтобы не кричал.

— Это… ужасно.

— Да. В общем, все эти потери, насколько ты понимаешь, отбросили нас далеко назад. Пришлось снова налаживать связи с Иланой…

— Ты поэтому здесь? — быстро спросила Элья.

— Именно поэтому. Герцог занимается подготовкой отряда… Этот отряд отправится вместе с Панго в Аасту, когда придёт время. Довольно скоро, кстати. Но ты понимаешь, что я не могу разорваться. Нам не хватает людей — и здесь, и в Кабрии. Я не зря не сдала тебя герцогу — а ведь могла бы…

Элья скривилась:

— Ждёшь благодарности?

— Я просто хочу, чтобы ты осознавала, что я могу разрушить твою жизнь одним словом.

— А, стало быть, это шантаж? Не трудись. Я сегодня же поговорю с герцогом. Уверена, он поймёт меня.

— Во-первых, ты — наивная дура, а во-вторых — я сказала, что могу разрушить твою жизнь, но не сказала, что стану это делать. — Жерра вздохнула. — Можешь мне не верить, но я сочувствую тебе. И я не хочу с тобой враждовать. Да и не вижу смысла. Дело идёт к войне, нам всем лучше держаться вместе. Илана несговорчива, она окажет нам минимальную поддержку. Этой поддержки, впрочем, может быть достаточно, если всё пойдёт так, как мы задумали… Но нужны верные люди. Люди, на которых можно положиться. Везде, во всём… Ты была одной из нас, ты болела тем, чем болел Грапар. Если это время ещё что-то значит для тебя… Не перебивай, я помню про Белобор! Но сейчас на кону стоят судьбы нескольких государств. Сейчас каждый из нас по отдельности не имеет значения. И ты. И я. Но если бы мы снова могли рассчитывать на тебя… Даже здесь, в Рагире, в «Синем солнце», ты могла бы приносить пользу.

«Дипломат из неё так себе, — подумала Элья. — Более неуклюжую смену тактики сложно было придумать… Видать, в Кабрии и в самом деле всё плохо, раз никого больше не нашли. Или остальные просто боятся?».

— А что конкретно ты от меня хочешь? — спросила она.

— Мне сначала нужно связаться с Макорой, чтобы ответить на этот вопрос. Но ты согласна нам помогать?

— Зависит от того, что от меня потребуется. Странно, что ты раньше этого не сделала, кстати… я имею в виду, не связалась с Макорой.

— Не люблю неожиданностей. И не люблю подстраивать их другим. С некоторых пор…

— Понятно… — пробормотала Элья.

— Я дам тебе знать, когда поговорю с Макорой.

Жерра как-то нервно махнула рукой на прощание и вышла из комнаты.

Элья проводила её настороженным взглядом.

***

Элья, улыбнувшись, пропустила несущегося мимо неё мальчишку с мячом и подошла к скамейке. Окинула взглядом светло-серые дома, обступавшие двор. В таких домах обычно жило по две-три семьи, каждая из которых занимала свой этаж, а этажей, в свою очередь, тоже было по два или три. Узкие, подешевле, и более просторные, дома эти стояли друг к другу вплотную, образуя почти непрерывную стену. На маленьких каменных балкончиках трепетало бельё, из некоторых окон шёл пар — там, видимо, готовили, или кипятили какие-нибудь простыни.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Отметив, что на балконе над аркой не висит красный коврик, Элья расправила новенькое, купленное с первого жалования чёрное пальто (накидки в Илане не носили), и села на скамейку. Достала книжку из сумки.

Однако почитать ей дали всего минут десять. Знакомый звонкий голос позвал её: «Аль!», и уже через секунду к скамейке подбежала девочка в коричневом пальто и бежевой шапочке.

— Здравствуй, Маккина! Ты где такую шикарную шишку нашла?

В руках у девочки и правда была еловая шишка, очень длинная и кривая.

— А это мы с дедушкой за реку ходили, там, если подняться чуть-чуть, такие ёлки растут, им лет по пятьсот, наверное…

— Ну, не выдумывай, Макка, какие пятьсот… — Невысокий пожилой мужчина в старом сером кителе железнодорожной службы, опустился на скамейку возле Эльи и устало выдохнул, так, что зашевелились его густые седые усы. — Сорок, от силы… Добрый день, Аль!

— Здравствуйте, господин Гурту.

— Да ну, какие сорок, они такие высоченные, во!..

— Всё, всё, пятьсот, не верещи… иди, вон, в мячик поиграй лучше… Утомила дедушку уже…

Маккина сердито сунула шишку в карман и побежала к остальным ребятам.

— Как у вас дела, Аль?

— Вчера на выступлении был мой друг, с ним пришла Жерра. — Элья слегка понизила голос, хотя особой надобности в этом не было: рядом со скамейкой никто не стоял, а крики детворы заглушали прочие звуки. — А сегодня она зашла ко мне.

— Угу. О чём вы говорили?

Элья пересказала беседу, не называя по имени герцога и колдунью.

— Должен сказать, вам везёт, Аль. Как всем новичкам, наверное… Ваш друг сам нашёл вас в первый же день, избавив от дополнительной работы, а теперь и Жерра… Впрочем, мы догадывались, что рано или поздно кто-то из кабрийских здесь появится. Если будет выбор, старайтесь быть поближе к Макоре или государю Панго. Вы помните, как выйти на наш канал в Бельзуте?

— Да.

— Хорошо. Но перед тем как куда-то уезжать — вообще перед тем, как станет что-то известно — свяжитесь со мной. Можете даже зайти в дом. Если, конечно, не будет висеть красный коврик.

Элья кивнула. Она хорошо помнила о красном коврике и молила богов, чтобы дочь господина Гурту никогда не перекидывала этот страшный флаг через ограждение балкона.

2

Красный коврик появился именно в тот день, когда Элье срочно нужно было встретить господина Гурту. Яркое пятно на один жуткий миг приковало к себе её внимание.

Элья села на скамейку, раскрыла книгу, и её невидящий взгляд заскользил по строчкам.

Почему именно сейчас, ну почему?!

Уже завтра она должна отправляться на встречу с Макорой. А что будет потом — неизвестно. В Аасте предполагали, что Элью попросят перебраться в Кабрию, или же Макора с Панго сделают её своим агентом в Илане. Но после последнего разговора с Жеррой ясности не прибавилось — Макора хочет встретиться с Эльей лично, причём в очень странном месте — рядом с усыпальницей Инерры. А та часть Драконьего Хребта, где находится место упокоения возлюбленной Панго, официально принадлежит Шемейскому округу! Одним богам известно, чем всё это может кончиться…

Элья старалась не думать о том, какая участь постигла господина Гурту и его семью. Коврик означал опасность. Старый шпион что-то заподозрил, кого-то увидел — но это вовсе не означало, что его непременно раскрыли. Возможно, просто следят за его домом.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Продолжая бегать взглядом по строчкам, Элья обдумывала создавшееся положение. Был выход — был, конечно… но очень уж рискованный. Её предупреждали, что рано или поздно наступает пора, когда проверенная схема перестаёт работать — и тогда нужно выкручиваться самой, всё тщательно планировать, действовать на свой страх и риск… Однако девушка надеялась, что эта пора всё же не настанет. Притворяться, играть свою роль, слегка щекоча себе нервы — это одно, но теперь всё говорило о том, что так просто уже не будет. Начиналась настоящая работа.