Дневник (не)ловкой попаданки (СИ) - Светлана Нарватова

Не то чтобы я была убеждённой коммунисткой, дорогой дневник, но в словах Верховного Мага сквозила вот эта «Верховность». Элитарность. Исключительность. Снова напоминая о разнице в социальном положении.

— У вас что, жалуется? — не остался в долгу Лео.

— У нас, дорогой мой Леонарду, богатые тоже плачут. Наше правительство кого хочешь может довести до слёз. Но тех, кто побогаче, доводить выгоднее.

Я встала и прошлась туда-сюда. Жесткая подошва была непривычной, и действительно при ходьбе на пятке скорее всего сотрёт, как задник на не ношенных туфлях. Но это не так страшно.

— Знаешь, — подумалось мне. — Очень даже неплохо получилось. И, возможно, удастся обойтись без портянок. Я потом попробую обшить тканью край. Ты сможешь сделать иголку?

Он поднял собранные щепотью пальцы, пристально глядя на них. И вдруг в его руке возникла иголка! Прямо как у фокусника, дорогой дневник!

Маг торжественно вручил иголку мне. Что удивительно, она была острой и даже имела отверстие для нитки.

— Лео, да ты просто гений! — от души похвалила я. — И руки у тебя золотые! Теперь бы ещё ножницы, и будет полный набор начинающей швеи. Нож, чтобы резать ткань, не очень подходит. А я всё же хотела бы сегодня разобраться с одеждой.

Лео смотрел на меня. Я смотрела на Лео.

— Леонарду, любоваться тобой «а-ля натурель» ‑ одно удовольствие. Ты полон достоинств. Особенно мужских. Но если ты ими дорожишь, по лесу лучше ходить в одежде.

— Ты хочешь шить сама? — изумился Верховный маг Ледении. — Ты же лекарь!

В словах сквозило: лекари лечат людей, портные шьют одежду, башмачники пошивают башмаки, маги творят чудеса. В мире есть порядок, и не нужно портить его самодеятельностью. Как, дорогой дневник, объяснить этому аристократу, что в России мы все учились понемногу чему-нибудь и как-нибудь?

— Лео, ты уже получил некоторое представление обо мне. Поднимайся! — скомандовала я, тоже встала и сложила вдвое покрывало. Оно было погрубей, чем простыня, поэтому пойдет на верх. Приложила к плечам, прикидывая ширину и длину. — Садись. Ножик дашь?

— Ты же сама сказала, что я уже получил некоторое представление о тебе. Нет, конечно! — самодовольно ухмыльнулся мой собеседник. Я уже собиралась сказать ему пару непечатных слов, как на его раскрытой ладони начали возникать ножницы. Сначала — зыбкий контур, который темнел на глазах, пока не превратился в знакомый материальный предмет.

— Спасибо! То, что нужно, — кивнула я. — Так вот. Конечно, я не смогу сшить что-то такое, в чём можно появиться во дворце и поразить воображение ваших столичных портных. Кроить — вообще не моё хобби. Увлечение, в смысле, — пояснила я для Леонарду. — Но в силу патологической неуклюжести я постоянно что-нибудь рву. Поэтому строчки научилась делать быстро, аккуратно и прочно. Не должно разойтись по швам от первого же порыва ветра.

— Не разойдётся, — согласился спутник. — Швы и саму ткань я укреплю с помощью магии.

— Отлично. Просто замечательно!

Хотела добавить, что мы просто созданы друг для друга. Но промолчала. В наших неопределённых недоотношениях эта шутка могла прозвучать как претензия на нечто большее. А я, дорогой дневник, ни на что не претендую. Я просто хочу домой, и всё.

Я разложила покрывало поверх перины. Учитывая ограниченность наших ресурсов и моих талантов, покрывала хватит на пару кимоно с простыми квадратными рукавами и поясом. Из материала горловины сделаю карманы. Потом. Когда-нибудь. Из простыни можно сшить штаны а-ля семейники до колен на шнурке вместо резинки.

Блин, тут шить и шить!

Я решительно выдохнула и начала резать ткань. Что получится, то получится. Перешью, если что.

— А ты себе обувь не хочешь сделать? — поинтересовалась я у Лео. — Если не хочешь, то сотвори нам котелок.

Факт, что кто-то без зазрения совести пялится мне на грудь, пока я работаю, раздражал несправедливостью.

— Зачем нам котёл? — поинтересовался Лео и поднял взгляд. А потом подвесил над нами огонёк. Стало значительно удобней. Мне — резать, ему — смотреть. — Нам всё равно в нём пока нечего варить.

— Как это нечего? А воду? Кто знает, какая здесь санитарно-эпидемиологическая обстановки и какие эндемичные паразиты встречаются? К тому же… — Мне удалось завершить почти ровный рез, и теперь предстояло сделать разрез спереди. — К тому же, если в лесу есть шишки, значит, в них есть семена. Если их кто-то грызёт, значит, семена съедобные. Опять же, в речке водятся рыбы. А в лесу — звери. Какие-то — точно.

Он мужчина или кто, дорогой дневник? А раз мужчина, добыть нам мамонта — его прямая обязанность.

— Тебя хоть экономкой во дворец бери, — усмехнулся Леонарду. — Такая хозяйственная!

— Просто я смотрю на жизнь пессимистично. Если сегодня в твоей жизни случилась какая-то катастрофа, то завтра обязательно случится что-нибудь похуже. И к этому моменту лучше подготовиться. — Тем временем я аккуратно обрезала машинный шов вподгибку — идеальная вязочка будет для штанов! — и стала распускать край простыни. — Ты можешь сделать нитку прочнее?

Лео провел по ней пальцами и щедро разрешил:

— Пользуйся! — Будто халат я шила не ему!

Нитка легко вошла в ушко, будто её туда кто-то подтолкнул. Возможно, это было побочное действие заклинания прочности.

Пока я возилась с первым боковым швом, Леонарду корпел над котлом. Судя по его напряженному лицу, занятие было не из легких. Испытывая глубокое удовлетворение от того, что загрузила ближнего трудом на общее благо, я принялась за вторую сторону. Как и ножницы, котёл обретал прочность постепенно. Это какие-то атомные технологии, ей-богу! Получается, он берет из окружающей среды нужные атомы и вплетает их в кристаллическую решётку! Когда он взглядом прожёг отверстие для ручки, я впечатлилась. К моменту, когда в руках у Лео оказался полноценный котелок литра на три, его безрукавка уже была готова.

Мы подогнали по месту вырез, Лео подвязался не обшитым поясом, но всё равно уже выглядел приличным человеком. Вооружившись маленькой звездочкой-светильником, копией той, что освещала моё рабочее место, он ушел за водой и материалом для обуви.

А я принялась наскоро смётывать свой халат.

Глава 3

Дорогой дневник, оказывается, то, что я попала, еще не самое страшное!

Лео не было долго. Я успела пристрочить рукава к своему наряду, раскроить себе штаны и испугаться. И даже собралась кричать «Ау!», когда он появился.

— А мне ты такое сделаешь? — полюбопытствовал Лео, показывая на моё шитьё.

Он подвесил котелок на вогнанную в землю ветку, которая под весом склонилась над костром, как удочка.

Кроме воды в котелке Леонарду притащил два огромных куска коры. Словно спилил