Создатель балагана - Алексей Верт

– Я сочинил эпитафию в честь деда. Мне кажется, сейчас самое время ее произнести.

Юлиус пожал плечами. Он мысленно торопил время изо всех сил, и был шанс, что так оно пролетит быстрей.

Гераклид гордо поднял голову и расправил плечи. В этот момент его нелепая фигура приобрела некую торжественность.

Однажды умер дед внезапно

А я про то когда узнал

То понял сразу и печально

Что стану дедом и помру

– Достаточно! – взмолился Юлиус и тут же был одарен обиженным взглядом. – Кажется, маска готова.

Даже если раствор еще не до конца застыл, он вдруг почувствовал, что готов на все. Лишь бы прекратить стихоизвержение. После «поразительной технологии» это был новый удар по чувству прекрасного, и мошенник очень переживал, что чувство может не выдержать.

Тем временем обида исчезла с лица скульптора, сменившись сосредоточенным любопытством. Толстые пальцы попытались снять маску с лица покойного, но ничего не вышло. Тогда они попробовали сильнее, но вновь не получилось. Напрягшись, Гераклид дернул… и едва не отлетел в сторону, крепко сжимая маску в руках. По счастью для Юлиуса – она не пострадала.

Что же касается мертвеца – тому повезло меньше. Часть волос оторвалась вместе с гипсом, оставив громадные проплешины. Кожа местами слезла или прилипла к раствору, отчего покойный теперь напоминал человека, который, умерев, пролежал еще с месяц.

– Я – труп, – сглотнул Гераклид.

– Спокойно! – Юлиус понял, что это и есть долгожданный шанс. – Давай маску сюда, дружок. Так, ага. Сейчас я спускаюсь вниз и начинаю рассказывать твоей тетушке о том, как все прекрасно получилось и показываю труд. Ты тем временем маскируешь следы.

– Как?!

– Не знаю!

Корпс выскользнул за дверь, пряча маску под одежду. Спускаясь по лестнице, мошенник едва не столкнулся с Николисом. Тот грациозно приподнял одну бровь, и Юлиус поспешил ответить на молчаливый вопрос.

– Нельзя мешать творцу, – он многозначительно закатил глаза. – Какой мастер, какой талант!

Николис смотрел недоверчиво. Он явно знал Гераклида достаточно, чтобы понять несоответствие персоны и эпитетов.

Однако Юлиус лишь кивнул на прощание, выскочил за порог и постарался быстрей затеряться на улицах. Сжимая маску, он спешил на обратный поезд. Конечно, получилось не так, как он задумывал, но все же удалось раздобыть хоть что-то.

Представив, каково придется Гераклиду, когда его застукают над изуродованным трупом, да еще и без маски, мошенник посочувствовал бедняге. Однако спасать незадачливого скульптора в его планы не входило. «Это тебе за стихи. Мы квиты», – мстительно подумал Юлиус Корпс и улыбнулся.

Впереди его ждало богатство.

…

Наутро мошенник извлек поросенка из ящика и тщательно его осмотрел. Позолота нигде не стерлась, щетина блестела и переливалась при свете солнца, даже самодельные крылышки не слишком помялись. Немного подумав, Юлиус оторвал длинную полоску ткани от запасной рубашки и соорудил вокруг поросячьей шеи что-то вроде клоунского жабо. Поцокав языком, замотал морду животного крепкой бечевкой – за что удостоился двух чувствительных ударов копытом в живот. Не обращая внимания на боль, он с помощью клея, который остался от производства крылышек, закрепил на морде поросенка посмертную маску.

Образ в итоге получился сомнительный. На Юлиуса пустыми глазами смотрел умудренный жизнью престарелый купидон – с морщинами и складками на лице, с непропорционально маленькими крыльями, с золотым телом и почему-то – с копытами и хвостом. В энциклопедии он выглядел по-другому. Однако мошенник считал, что главное в товаре – это не его суть, а правильное представление, поэтому, бережно прижав к себе «купидона» и репетируя торжественную речь, Юлиус пустился в путь.

Он миновал домики на окраине полиса, стараясь не попадаться никому на глаза (поросенок был родом из здешних дворов), и зашагал к дому правителя. Через два квартала за ним уже следовала толпа зевак – не каждый день по городским улицам носят мифических существ… даже не существ, а богов! Юлиус вежливо и толково отвечал на любопытные вопросы:

– Нет, летает он не шибко высоко, только потому я его и поймал… Да, старый уже – но хи-и-итрый, чуть было не выстрелил мне в сердце из своего лука. Промахнулся, только это меня и спасло… А веревки на нем распадаются сами собой, поэтому несу в руках…

Судя по кивающим слушателям, Юлиус был достаточно убедителен.

Двери в обитель городского главы оказались закрыты. Мошеннику пришлось долго топтаться у порога и несколько раз жать кнопку звонка, пока ему не открыли.

– Чего надо-то?

Слуга явно был не слишком вежлив, но Юлиус лишь улыбнулся в ответ на грубость. Нужно уметь держать себя в руках, как бы с тобой ни разговаривали.

– Я по объявлению, дружок. Принес мифическое существо для дочери хозяина.

– Ты опоздал, подарок доставили еще вчера вечером.

Мошенник едва сдержался, чтобы не выругаться от досады, и вовремя подставил ногу, чтобы не дать захлопнуть дверь перед своим носом.

– Но мое предложение гораздо лучше! Это даже не зверь, а бог! Позови правителя…

– У нас тоже не зверушка какая, а сам Двуликий Янус. Велено – больше не пускать никого.

Юлиус заскрипел зубами. Его чудесные планы рассеялись, как дым. Снова придется воровать, ехать на сцепке между вагонами, ночевать в рощах на окраинах – там поменьше опасных бродяг – и искать новые способы обогащения. Не сказать, чтобы это было в новинку, но он-то было понадеялся на приятную паузу в кочевой жизни…

Тут любопытствующие отвернулись от мошенника – напротив крыльца затормозила повозка, которая привлекла внимание толпы. Сначала из нее вылез дородный мужчина, потом он бережно спустил с подножки маленькую девочку, а следом за ней… Юлиус почувствовал, что его наполняет ярость. Следом за девочкой из повозки вылез карлик в вычурной одежде и смешных длинноносых ботинках и как будто демонстративно завертел головой, показывая второе лицо на затылке. Лицо, очень, очень похожее на маску, во всяком случае, для наметанного глаза.

«Это кто ж такой умный, украл мою блестящую идею? – подумал Юлиус, у которого аж потемнело в глазах от злости. Он не слишком философски воспринимал, когда у него одалживали или забирали вещи, а уж собственные мысли и изобретения считал принципиально неприкосновенными. – Это кто ж скупил все маски в театральной лавке, чтобы я не сумел его опередить? Это кто ж…»

От негодования он на мгновение забыл о «купидоне», чем тот незамедлительно воспользовался. Поросенок лягнул мошенника двумя копытами, вывернулся из рук и, упав на землю, устремился прочь, мотая головой. Через пару метров он сбил на землю старушку, через каких-то пять секунд врезался в дородного господина. Даже если ты правитель полиса, это не гарантирует тебе безопасность при столкновении со слепыми свиньями. Мужчина пошатнулся и чуть не сел на собственную дочь. Та испуганно закричала, двуликий карлик истерически заржал, а интуиция Юлиуса подсказала тому: «Срочно делай ноги!»

Не было никакого повода, чтобы ее ослушаться.

Глава вторая.

Обманщики и обманутые

Юлиус Корпс дождался, пока фермер, который уже в пятый раз за последние два часа проведывал животных, уйдет, и вылез из укрытия. Мошенник отряхнулся, хотя это не помогло – он по-прежнему был весь перепачкан грязью, а вагон заполняла немыслимая вонь.

Свиньи, завидев Юлиуса, обступили его со всех сторон, возбужденно похрюкивая.

– Брысь!

Корпс сопроводил просьбу пинком, и несчастный хряк, обиженно завизжав, бросился прочь, чем спровоцировал очередную толчею. Возникла серьезная опасность быть затоптанным свиньей. Точно так же, как одна из их племени совсем недавно растоптала надежду мошенника на богатство.

«Не обманывай себя, – подумал Юлиус. – Ее растоптала не свинья, а лживое отродье, укравшее твою гениальную идею!» Оскалившись в неровном свете вагона и заскрежетав зубами, Корпс напугал свиней так, что они предпочли оказаться подальше.

С досадой махнув на них рукой, Юлиус открыл потертую временем, но до сих пор сохранившую следы богатых украшений торбу и вытащил оттуда помятую газетную вырезку месячной давности.

«Полис Лариса: Ежегодное соревнование предсказателей „Второй Оракул“ приглашает участников. Продемонстрируй свое пророческое умение и выиграй поездку в Дельфы к настоящему Оракулу и солидные премиальные. Участие может принять любой желающий, гадать можно на чем угодно».

Корпс по большей части не любил продуманных планов, предпочитая импровизировать на ходу, но предыдущая неудача лишила его почти всех накоплений, а потому настало время для запасного варианта. Что касается поездки, то Дельфы были знаменитым полисом, и там наверняка найдется много желающих отдать свои драхмы мошеннику. В общем, возможность доехать в хлебное место в спокойствии и комфорте была не лишней.