Абандон - Сергей Котов

— Всё равно — это безрассудно! — снова заговорил я, скосив взгляд на Соню, — ты же совершенно не знаешь, что оно собой представляет! А что, если бы оно питалось свежими младенцами?

— Бася — девочка, — устало вздохнула Соня, погладив за ушами кошкообразное существо, сидевшее у неё на руках, — и ты это прекрасно знаешь. Говоришь так специально, чтобы её обидеть. А она всё понимает, между прочим.

Я вздохнул.

— К тому же, обычный кошачий корм её вполне устраивает. А ещё, мне кажется, она может охотиться сама.

— Прекрасно! Только дохлых крыс нам в палатке не хватало!

— С чего ты взял, что она захочет с тобой делиться? — фыркнула Соня.

— Нам придётся куратора обманывать, — заметил я, — впервые.

— Так уж и впервые? — Соня изогнула бровь.

— Тот случай не считается!

— Ну да. Конечно. Это другое.

— Всё, хватит. Мы почти приехали.

После очередного поворота грейдерный просёлок упёрся в тупик. Дальнейший путь преграждал отвал породы, уже поросший мелким леском. Его подножие было завалено старым мусором.

— Точно не хочешь в гостинице остановиться? — в Сонином голосе послышались умоляющие интонации.

— Точно, — твёрдо ответил я, разворачивая наш «Патруль» так, чтобы отвал закрывал машину со стороны дороги, — во-первых, тут нет гостиниц, куда можно с животными. И во-вторых — мы не знаем, кто за нами охотился. И какие у них возможности. Так что документы лучше лишний раз не светить.

— Ага. Ещё скажи, что мобилу вырубил! — ухмыльнулась Соня. Вообще смартфон был для неё больным местом. Медведям нельзя долго общаться со сложной электроникой, чувства забиваются. Перестают линии чувствовать.

Место ответа я продемонстрировал ей экран своего смартфона, указывая на значок режима полёта. Нужные карты для навигатора я скачал заранее.

Соня хмыкнула, но промолчала.

— Пошли, — сказал я, открывая дверцу.

— Далеко идти собрался? — спросила Соня.

— До штольни, наверное, — я пожал плечами, — в любом случае, не в этой же помойке палатку ставить?

— Ладно, — кивнула напарница, — хотя можно было бы в машине переночевать.

— Да ну нафиг, — отмахнулся я, — нормально выспаться невозможно. А мне нужна свежая голова.

Я открыл багажник, вытащил наши рюкзаки с запасами, палаткой и спальниками, и мы пошли в лес, по едва приметной тропе, которая, как я предполагал, вела ко входу в один из штреков рудника.

Всего метров через пятьсот мы оказались на лесной поляне, возле ручья, стекающего с гор. Тут было чисто и как-то даже картинно благостно. Совершенно не похоже на привычный Урал.

— Здесь, — сказал я, сбрасывая с плеч рюкзак.

— Уверен? — переспросила Соня, но последовала моему примеру.

— Совершенно.

— Как-то тут слишком… — она вздохнула, пытаясь подобрать нужное слово.

— Спокойно? — предположил я.

— Ага. Спокойно. И красиво. Странно это.

— Да ну брось. Просто бывают такие места. Считай, на повезло. Помнишь, тогда, в Забайкалье? Тоже говорила, что слишком хорошо всё складывается.

— Ты про гнездо манула? — Соня прыснула, вспоминая ту забавную ситуацию.

Я не ответил. Вместо этого начал раскладывать палатку.

После нехитрого ужина, состоявшего из консервированной гречки с мясом и сладкого чая, я сел за расчёты.

Ситуация тут была гораздо проще, чем на кладбище паровозов. Мы специально выбрали такую цель, чтобы гарантировать добычу. Для риска возможностей не осталось: что-то нужно сдать уже через неделю, если не хотим остаться без денег. А жить взаймы я не привык.

Некоторые считают работу наводчиков слишком сложной и муторной. И где-то они, пожалуй, правы. Для расчётов нужна точность, внимательность и усидчивость. Со стороны может показаться, что мы мучимся, высиживая по двенадцать часов над таблицами и дифференциальными уравнениями. Но это только если не вникать в нашу работу достаточно глубоко. Потому что на самом деле чувство разгаданной тайны, вычисленного пути неведомого — это ни с чем не сравнимый кайф. И да, я считаю, что часы, проведённые за скучными расчётами, того стоят. Да и скучными их можно назвать только условно. Вычисляя линию, надо брать в расчёт множество факторов: астрономические, физико-географические, биологические, а иногда даже фольклорно-демографические. Подо всё это хозяйство нужно найти источники данных, перепроверить их, скорректировать, привести к единому стандарту таблиц. Потом решить уравнения. И найти линию с узлами, ту единственную, которая может привести медведя к добыче.

Это увлекательно, искать линию. Настолько, что забываешь обо всём окружающем. Вот и сейчас я вернулся в реальность скучного материального мира только когда Соня аккуратно коснулась моего плеча.

— Арти, — прошептала она.

— Что?.. а, да. Всё в порядке. Я вычислил, — ответил я.

— Хотела тебя ещё репеллентом побрызгать. Комары тут — хуже чем в Сибири. Безбашенные какие-то.

— Спасибо! — ответил я. Руки тут же зачесались. Да, нужно было хотя бы футболку с длинным рукавом надеть…

— Между прочим, уже за полночь, — заметила Соня, — и небо тут красивое.

Я посмотрел наверх. Она была права — россыпь звёзд и Млечный путь смотрелись впечатляюще.

— Надо камеру завести, — в очередной раз вздохнул я, — таймлапсы делать. В таких местах бываем!

— Ты каждый раз грозишься, — усмехнулась Соня, — и каждый раз находятся траты поважнее.

— Зато в прошлом сезоне на «Патруль» накопили! — парировал я.

— Молодец, — кивнула напарница, — возьми конфетку с полочки.

«Патруль», конечно, был далеко не новым. И ещё пришлось капитально вложиться, чтобы привести внедорожник в порядок. Зато теперь, с перебранной ходовой, с ухоженным кузовом, оклеенным матовой серой плёнкой, он по-настоящему стал нашим вторым домом. Точнее, первым. Родительские жилища ни я, ни Соня давно домами не считали.

До «Патруля» у нас был «Джимми». Неплохая машинка для наших целей, но очень уж маленькая. Свои задачи выполняла, но намучались мы в дальних перегонах, что и говорить. В крайних случаях в неё даже поспать нормально невозможно — в отличие от «Ниссана», где багажник мог превращаться в прекрасное спальное место при сложенных задних сиденьях.

Можно было и сейчас заночевать там. Но я не хотел рисковать — после происшествия с паровозами можно ожидать всего, чего угодно.

— Давай спать, — предложил я, чихнув из-за репеллента, которым Соня щедро меня обрызгала.

— Давай, — кивнула она, забираясь в палатку, — вон, уже рассвет скоро. И действительно, на востоке, над горами небо уже начинало светлеть. Жарко будет, не поспишь толком.

— Жара — не холод, — заметил я, — пережить можно.

— Тоже верно.

Я тоже забрался в палатку. Установил противомоскитную сетку у входа и лёг на свою сторону надувного матраса.

— Спокойной ночи, — сказал я.

— Хороших снов, — ответила Соня.

Если бы мне кто-то пару лет назад