Опасный поцелуй - Шеннон Дрейк

– А перво-наперво, – продолжал дядюшка, – посоветую вам обоим сократить расходы на содержание дома и уволить слуг. И начать с самого бесполезного из них.

– Жака Миро? – усмехнулась Мэгги. Дядюшка Ангус поджал губы:

– Да. Этого вымогателя, а скорее пиявку, присосавшуюся к тебе, Мэгги!

– Миро мой друг, а не слуга и не пиявка, – фыркнула Мэгги. – К тому же он поэт и, я в этом глубоко убеждена, однажды станет знаменитым писателем.

– О ваших с ним отношениях давно шепчутся! – ухмыльнулся дядя Ангус.

– Извините, дядюшка, но я знаю, как много значит для вас мнение света! Я же не считаю хоть сколько-нибудь достойными внимания те сплетни, которые распускают обо мне в обществе!

– Для твоего брата это, наоборот, очень даже важно! – Ангус с такой силой сжал подлокотники стула, что костяшки его пальцев побелели. – Ты считаешь, что еще не вполне запятнала честь семьи, выйдя замуж за полицейского?

– Что ж, в таком случае вы рады, что этот полицейский умер молодым и не успел еще больше обесславить нашу семью! – вскинулась в ответ Мэгги, чувствуя, что не в состоянии сдерживать бушевавший в ней гнев.

Она вовсе не была уверена в том, что подобный аргумент наиболее весом в разговоре с дядей Ангусом. Ведь отнюдь не она просадила в карты семейное достояние!

И вдруг Мэгги поняла, что дядюшка, разглагольствуя о своем непутевом племяннике, на самом деле обращается к ней. Ей показалось также, что она вот-вот догадается, почему Ангус поступает подобным образом.

– Это будет решением всех проблем, – повторил Ангус.

– Какое решение? – требовательно уточнила Мэгги.

– Женитьба.

– Что ж… – Она пожала плечами и в очередной раз бросила взгляд на брата, которого дядя приговорил к женитьбе на богатой вдовушке.

Мэгги, однако, понимала, что Джастин сам тому виной, коль скоро ему грозит мрачная перспектива навсегда погрязнуть в долгах.

– Но, умоляю, дядюшка, – вновь заговорила Мэгги, – скажите, о какой кандидатуре вы намерены вести переговоры от имени брата?

– Дорогая, женитьба твоего брата пока только обсуждается.

– Уверена, что предполагаемая невеста богата и очаровательна, – с учтивым поклоном сказала Мэгги. – И конечно, дядюшка, при вашей мудрости вы непременно выберете женщину по всем меркам… уже зрелую!

Джастин издал странный звук вроде храпа, ну никак не приличествующий барону. Похоже, он противен сам себе.

Мэгги это шокировало.

– Все же я уверена, – жестко сказала она, – существует какой-то иной выход из создавшегося положения, нежели, мягко говоря, скоропалительная и наверняка несчастливая женитьба брата. В конце концов, мы живем в девятнадцатом столетии!

– Мэгги! – запротестовал Джастин, наконец-то вновь обретя дар речи. – Отнюдь не грозящая мне женитьба вызывает на лице дядюшки Ангуса торжество возмездия!

Его сарказм не остался незамеченным.

– Неблагодарный щенок! – взревел дядя Ангус, вскакивая со стула.

– Дядюшка, – тут же вступилась за брата Мэгги, – не забывайте, что юридически главой семьи является Джастин!

– Немало куда более важных персон закончили свою жизнь в Ньюгейте, – напомнил ей Ангус.

Джастин, взглянув на сестру, продолжал атаковать дядю с еще большим сарказмом:

– Неужели ты все еще не поняла, Мэгги, что некое бракосочетание с кем-то очень богатым, внешне непривлекательным и притом перешагнувшим пору зрелости затевается не для меня, а для тебя? Наш милый дядюшка размечтался выдать замуж тебя. Он отнюдь не озабочен моей женитьбой!

– Выдать замуж меня?! – оторопела Мэгги.

– А почему тебя это так удивляет, дорогая племянница? – вопросил Ангус. Лицо его выражало глубочайшее страдание.

Мэгги, однако, нисколько не сомневалась в том, что в душе дядюшка испытал удовольствие при виде изумления и смущения – чувств, которые она не смогла скрыть. Не без содрогания подумала она о том, какого супруга дядюшка Ангус постарался подыскать ей.

Ангус постоял, заложив руки за спину, после чего почему-то принялся ходить вокруг стула, на котором только что сидел.

– Откровенно говоря, – вновь заговорил он, – боюсь, я не подумал о том, что вынужден буду сам оплачивать столь замечательное средство для исцеления твоего тяжелобольного материального состояния. – Ангус замолчал, прервал свое кружение вокруг стула и уставился на Мэгги. Затем сокрушенно покачал головой и с театральным вздохом проговорил: – В юности у тебя был такой блестящий светский сезон, дорогая! Ты ослепила Лондон своим блеском и сразу получила одобрение высшего света на любое брачное предложение. Но ты предпочла опозорить семью, связавшись с простолюдином в полицейской форме!

Мэгги невольно сделала кислую мину и подумала, что дядя Ангус, возможно, скорее простил бы ей убийство, нежели, так называемый, неравный брак. А потому, выдержав короткую паузу, все же ответила:

– Вам никогда не понять меня… Ибо это лежит далеко за пределами вашего разумения. Но я вышла замуж за Натана исключительно по любви. Да, я его полюбила! – Она тоже встала со стула. Ее пальцы сжались в кулаки, оставляя на ладонях вмятины от ногтей. – Если быть объективной, то я отлично помню полные сочувствия слова, которые вы произнесли на похоронах Натана. Тогда я была молода и еще могла в какой-то степени стать разменной монетой для покрытия долгов…

Ангус не усмотрел в словах племянницы насмешки. Ему показалось, что он нашел у Мэгги понимание.

– Ага! – воскликнул он. – Вот теперь ты и сама видишь, что я сказал чистую правду! Ибо для этого настало время. На днях, когда я был в клубе, там произошло нечто значительное. Ко мне подошел лорд Чарлз, виконт Лэнгдон, и заговорил о тебе. Он наслышан о твоем неудачном замужестве и гибели мужа. И был, как мне показалось, озабочен состоянием твоих материальных дел. Лорд Чарлз помнит тебя и считает самой очаровательной женщиной, с которой ему довелось встретиться. Насколько я понял, он считает тебя не только красавицей, но и вполне досягаемой для себя. Это уже, правда, другой разговор. Главное же – он скопил немалую сумму на случай женитьбы. Причем этого с лихвой хватит, чтобы оплатить все карточные долги Джастина и дать ему возможность восстановить и свое доброе имя, и уважение к семье. Деньги для лорда Чарлза ничего не значат. О его баснословных владениях чуть ли не во всех уголках мира только и говорят сейчас в высших кругах лондонской знати. Многое досталось лорду Чарлзу по наследству. Но он и сам сумел нажить и присовокупить к семейному богатству немало. К примеру, огромные владения в Шотландии, на континенте и в Карибском бассейне. Ангус многозначительно взглянул на Джастина, как бы желая дать понять ему, с какой ответственностью надо относиться к семейному богатству.