Ледокол - Ann Lee

и студенты. Здесь часто собирались весёлые компании молодых и не очень людей, и даже романтИк был не чужд этому месту.

А еще «Графин» был притяжением всяких подозрительных типов. Происходило это ближе к вечеру, когда обстановка становилось томной, а музыка, более блатной, и не было здесь уже того утреннего и дневного задора. Теперь за столами сидели страшные дядьки, с разукрашенными девахами, и решали вопросы, тёрли темы, и просто отдыхали.

Ночные смены никто из нас не любил, ну разве Машка. Ну, она подсела на одного из «серьёзных людей», и всё строила ему глазки. Честно я её не понимала, но не осуждала, не моё дело. Но работать ночью я не любила, если только не на второй своей работе. Посудомойкой.

Тогда можно было врубить в наушниках Don Diablo [1], и ловить кайф, намывать горы тарелок, ложек, и прочих приборов, пританцовывая. И никто к тебе не лез.

В зале же нужно быть юркой. И заказ выполнить, и чтобы не полапали ночные посетители, и ещё и чаевые оставили.

Меня, правда особо и не лапали. Я сразу такие поползновения пресекала. Просто по рукам лупила, и на «чё ты», и «не ломайся», не велась, слала в далёкий и пеший. Пару раз, правда, чуть не нарвалась, приходилось помощи просить у парней из охраны. А так, в принципе, уже приноровилась. Рожу кирпичом, меньше улыбочек. Блузочка на все пуговички. Юбка ниже колен. И на меня особо и не обращали внимания.

Сегодня смена была дневной, и ночная посудомойкой. Зарплата получалась неплохая. Так что новая куртка не за горами.

— Что за праздник? — встречает меня Ленка. — Неужели Юре дала?

— Ну, вот ещё, — фыркаю я в ответ коллеге и по совместительству приятельнице, — просто на меня уже бомжи засматриваются, решила исправить, чтобы за свою не принимали.

Ленка откровенно ржет, над моей историей, пока мы переодеваемся. Ей хорошо, она красотка. Темноволосая миниатюрная, кареглазая, свободная. Мужиками крутит, как хочет, сейчас вот с тремя встречается, как успевает, причём один из ночной смены.

— Молодец Юлëк, так держать, а то совсем ты со своим Юриком, про себя забыла, — поддерживает она меня.

Я поправляю форму перед зеркалом. Намного неудобно, и с непривычки, давят стринги, от нового комплекта, зато бюстгальтер сидит шикарно. Грудь высокая, на месте, не надо поправлять ежеминутно съезжающие бретельки.

— Так, — в подсобку входит администратор Марго, придирчиво осматривает нас, делает замечания, мне тоже перепадает.

— Кузнецова, волосы собери, нечего ими над тарелками трясти! — ворчит она.

Марго вообще хорошая тётка, не жестит понапрасну, всегда лояльна к просьбам, но и порядок тоже любит. Да и для своих сорока выглядит неплохо. Такая ухоженная блондинка. Пышненькая, но её это совершенно не портит, а придаёт даже некий шарм. Поговаривают, что у неё роман с Ашотом Гургеновичем, хозяином ресторана. Но это только поговаривают, точно никто не знает, тем более что Марго замужем.

— И ещё, Кузнецова, было бы не плохо, если бы ты так выглядела, всё время, — кивает мне одобрительно.

— Постараюсь, — отзываюсь я и выхожу в зал.

День пролетает легко и быстро. После обеда созваниваемся с Андреем. Сын рассказывает новости. Спрашиваю про Юру, говорит, что не было. Напоминаю, что сегодня я в ночную, чтобы не терял, и звонил если что. Мальчик у меня самостоятельный. На соревнования без меня, с семи лет ездит, так что он молодец.

Перед ночной сменой, немного отдыхаю, удаётся даже подремать с часок. Потом начинается. Потянулись первые посетители, попёрла посуда. Я переодеваюсь в свою одежду, натягиваю клеёнчатый фартук, и перчатки, наушники в уши, и поехало.

К двенадцати небольшой перекур. Я пью кофе, болтая с Машкой. Её серьезный дяденька не пришёл, она в расстройстве. Я молчу, и только слушаю. Не говорю, что это и так было понятно, что все они тут хозяева жизни, а мы для них, так игрушки, и надеяться среди этого контингента, на серьёзные отношения, надо быть либо идиоткой, либо очень наивной. Машка по ходу идиотка, потому что верит в любовь бандита к ней.

После перекура возвращаюсь в помывочную. Там уже гора. Снова всё заново. Ноги уже откровенно ноют, поясница тоже. Голова болит. Середина смены только, надо собраться.

— Юль! — тянет меня за плечо Серёга, один из охранников.

Я оборачиваюсь, и, скинув перчатки, вытаскиваю наушники из ушей.

— Ух, ты! — говорит он, по-моему, совсем не то, что собирался. — Ты сегодня классно выглядишь.

Я улыбаюсь.

Вот так тебе бомж! Шах и мат. Я ещё могу нормальных мужиков привлекать. Вообще Серёга мне нравился. Он был высокий, плечистый, в прошлом военный. Ёжик коротких волос, и темный прищур глаз, сводили с ума не только меня. Но, блин Серёга был женат, и я не могла перейти эту черту, даже, после того как у нас Юрой всё стало хреново, хотя он был по ходу не против, и не раз переходил её с другими девчонками. И быть одной из его шалав, как-то не хотелось совсем. Поэтому я иногда просто ограничивалась невинным флиртом, и слала его подальше, если он намекал на продолжение. Из всего этого, сложились вполне неплохие дружеские отношения.

— Там тебя кое-кто спрашивает, — замялся Серёга.

— Кто? — удивляет больше его поведение.

— Кликуха у него Шмель, очень опасный типок. Ты не в курсе, что он от тебя хочет? — Серёга подозрительно на меня посмотрел.

— Какой ещё Шмель, Сереж? — я в недоумении смотрю на охранника.

— Иди сюда, — он протягивает руку, хватает меня за рукав, и тянет к выходу. Я безропотно иду за ним. Из кухни мы выглядываем, в зал. Серёга кивком указывает на мужчину стоящего возле бара. Низкорослый коренастый, и рыжий.

— Знаком тебе? — снова интересуется Серёга.

— Серёж, говорю же, не знаю я его, — разглядываю мужчину, который опрокидывает в себя рюмку водки.

— Просит тебя выйти к нему, говорит, к тебе базар имеется, — передаёт Серёжа слова Шмеля.

— Ну надо, выйду, — пожимаю плечами, и снимаю фартук. Мало ли кто это. Пока не спрошу, не узнаю.

— Ты если что, зови, — Серёга останавливает меня на выходе, — не нравится он мне.

— Хорошо, — улыбаюсь ему.

— И это Юль, может как-нибудь… — снова за руку хватает.

— Иди на хрен, Соколов, — шлю ему всё ту же милую улыбку, и выхожу в зал.

[1] Don Diablo — нидерландский диджей и музыкальный продюсер в жанре электронной музыки.

4

Подхожу к бару.

Мужчина, словно чувствует моё приближение, поворачивается. Жесткий, холодный взгляд, просто безжизненный упирается в меня, и я спотыкаюсь, и останавливаюсь, не доходя пары шагов.

— Вы искали