Японистка. Книга первая. Хищная Сакура - Полина Кацуро

«Вот ведь детский сад! Наплакалась, наелась и спать. Примитивное существо! Одно слово – стрекоза», – поворчал Алексей и тоже начал устраиваться на ночлег в тесном кресле.

Глава 2

– Ну, что будем делать? – нарушил молчание Алексей.

Получив багаж, они уже четверть часа высматривали таблички со своими именами или названием университета, да хоть чего-нибудь.

– Не знаю, – вздохнула Лиля.

– Давайте подождём, может, они опаздывают, – не теряла надежды Дана.

– Очень непохоже на пунктуальных японцев, – занервничал Алексей.

Оставалось стоять и ждать, разглядывая аэропорт. А посмотреть было на что. С первых минут понимаешь, что Япония – страна больших возможностей. Здание огромное, с высокими потолками, окнами, пропускающими лавиной яркого солнечного света, с ковролином, приглушающим звуки колёс тележек и чемоданов, со светлыми стенами, увешанными плакатами с красотами Японии, а не с рекламой газировки и сигарет.

Ребята стояли в стороне от обнимающихся и целующихся людей. Схлынула основная волна прибывших из Москвы, и наступила несколько пугающая тишина. Мимо них прошли работницы аэропорта и скрылись за какими-то дверьми. «А туда ли мы прилетели?» – запаниковала Дана.

– Вот он, – сказал Алексей.

Мужчина лет тридцати пяти нёсся по залу огромными скачками. Очки съехали набок, плащ развевался за спиной парусом, в руках раскачивался портфель. Подбежав к студентам, мужчина спросил, задыхаясь:

– Это вы?

– Мы, – ответили стажёры.

Мужчина вытер пот со лба, пару раз глубоко вздохнул, и его лицо приняло вдруг, можно сказать, скучающее выражение.

– Меня зовут Каваками. Для вас – Каваками-сан. Очень приятно вас всех видеть в нашей стране. Прошу прощения, что я опоздал. Надеюсь, вы не сильно перенервничали. А теперь мне надо проверить ваши имена. Арэкусэй Фуромофу.

– Я, – отозвался Алексей.

– Ририя Рарина.

– Я, – мягко произнесла Лиля.

– Дана Сутацукая, – продолжил Каваками-сан и поднял глаза на Дану.

– Я, – сказала Дана и улыбнулась.

– Вообще-то, я знаю, кто есть кто по фотографиям из вашего института, но так положено. Дело в том, что задержали электричку на целых пять минут, и я опоздал на пересадку. Ох уж этот Токио! В поезде нам объявили расписание транспорта из Нариты. Наш автобус на Сидзуоку отправится только через час, а ехать придётся три часа, поэтому предлагаю поесть перед дорогой.

Сказав это, Каваками-сан сделал приглашающий жест и первым последовал к эскалатору. Поднимаясь на нем, Дана поняла, что ошибалась, когда думала, что аэропорт – это большой дворец. Это был маленький город с улицами, магазинами и даже своей монорельсовой дорогой между двумя терминалами.

Разместившись в небольшом ресторанчике за столиком из тёмного дерева, все дружно уткнулись в меню, стараясь понять незнакомые иероглифы. К счастью, напротив каждого названия была фотография блюда. Неслышно подошла худенькая официантка и подала влажные салфетки и воду со льдом. После нескольких минут молчания Кавакамисан спросил о выборе каждого.

– Я буду суши, – сказала Лилия.

– Нет, нет, очень не советую, – замахал руками японец. – Вы будете жить на берегу океана, где рыба свежая и вкусная, а здесь, вдали от моря, разве могут быть приличные суши?!

– А я буду этот сэндвич с курицей, – сказала Дана.

– Выбор хороший, но я посоветовал бы вам попробовать жареную лапшу. Здесь её хорошо готовят, – заявил Каваками-сан с видом знатока и ценителя.

На том и остановились: все будут жареную лапшу и салат.

Подошла официантка с блокнотом.

– Надо же, как она вовремя, – ухмыльнулся Алексей. – Такое чувство, будто стояла и только за нами и наблюдала.

– Нет, она не постоянно смотрела на нас. Просто, когда люди определяются с выбором, они начинают пить воду, продолжая разглядывать меню, или просто откладывают меню на стол. Вот тогда и надо подходить, – разъяснил Каваками-сан.

Русские студенты переглянулись и захихикали. Они привыкли к тому, что официантки подходят только после того, как их несколько раз позовёшь, и им уж точно невдомёк, почему люди начинают пить воду, глядя в меню, да и воду сначала заказать нужно.

В ожидании блюд Каваками-сан подмигнул русским студентам и спросил:

– Как прошёл ваш полёт? Как в России, холодно?

Был конец марта, и в Москве действительно было ещё холодно, особенно по сравнению с прекрасной погодой в Токио. Но Дану поразило, как быстро она об этом забыла. Московская погода казалась чем-то далёким и не совсем реальным. Чем-то, что было в прошлой жизни.

Пока спутники Даны отвечали на вопросы японца, принесли еду, и за столиком воцарилось молчание. Все занялись поглощением лапши. Вкус у неё был очень необычный, солоновато-сладковатый, мягкий, отдающий соевым соусом и букетом пряностей, пока незнакомых. Лапша была пожарена с овощами – капустой, морковкой и даже зелёным болгарским перцем, а ещё с мясом, скорее всего, свининой. Всё блюдо было красиво посыпано зелёными сухими водорослями и рыбной стружкой, которая двигалась и меняла форму от жара лапши. Каваками-сан предложил положить немного майонеза и красного перца. Это добавило пикантности и остроты. Главное, как сказал Каваками-сан, взять упаковку майонеза с тонким горлышком, чтобы не переборщить с этим жирным соусом. Было очень вкусно, но есть палочками было ужасно неудобно. Лапша постоянно соскальзывала, а овощи убегали прямо из-под палочек, словно не желая быть съеденными. И хотя три русских студента перед отъездом упражнялись в еде палочками, до высокого уровня владения этим инструментом – а именно такой нужен был для поедания лапши – им было далеко. Пришлось изрядно попотеть в борьбе за еду. Победителями вышли студенты, правда, усеяв стол кусочками овощей и лапши. Каваками-сан улыбнулся и сказал только одно:

– Ничего, скоро привыкнете.

Как только с лапшой было покончено, снова появилась официантка. С улыбкой и поклоном она предложила забрать грязные тарелки, а взамен принесла всем горячий зелёный чай и поменяла влажные салфетки на новые. Каваками-сан взял свою чашку двумя пальцами за края, поднёс к губам и звучно потянул горячий чай. Такие же звуки доносились и от японца за соседним столом. Но там несколько японцев в деловых костюмах лихо справлялись с лапшой из супа, залихвацки перебросив галстуки через плечо, чтобы те не попали в тарелки. Похоже, удивление слишком явно выразилось на лице у русских, потому что Каваками-сан поспешил пояснить:

– В Японии есть лапшу звучно совсем не считается чем-то неприличным. Наоборот, длинную лапшу не принято кусать, а хорошим тоном считается втянуть всю длинную полоску. За границей японцам приходится сдерживаться, потому что их часто не понимают, поэтому первым делом, приехав из командировки, многие японцы отправляются поесть лапшу «по-нашему», – он широко улыбнулся.

«Похоже, трудно будет привыкнуть к здешним обычаям», – заключила про себя Дана, но вслух ничего не сказала.

Вскоре японец посмотрел на часы, сложил ладони вместе у груди и слегка поклонился своей чашке чая. А когда поднял голову, произнес: «Соро-соро. Пора». Все встали из-за стола и пошли по лестницам и коридорам на остановку, где их уже ждал автобус оранжевого цвета, отправлявшийся в Сидзуоку.

Глава 3

В автобусе Лиля села рядом с Даной, а через проход расположились Каваками-сан с Алексеем. Вскоре после того, как все пассажиры расселись, в салон зашла девушка, которая принимала билеты на остановке. Поклонившись, она быстро произнесла слова благодарности за то, что был выбран именно этот автобус в качестве сегодняшнего транспорта. Она представила водителя и пожелала приятного путешествия. Речь была произнесена дважды: сначала на японском, потом на ломаном английском с ужасным акцентом. Но всё равно было приятно, что иностранцев тоже не забыли поблагодарить. Закончив речь, девушка ещё раз поклонилась, сказала пару слов водителю и вышла из автобуса с чувством собственного достоинства. Автобус мягко тронулся.

Сразу после отправления Каваками-сан полез в свой портфель, достал четыре одинаковых стопки бумаги, положил их себе на колени и сказал:

– Вы, наверное, очень устали в самолёте и хотите спать, но мне необходимо поговорить с вами о расписании на ближайшие несколько дней. Поэтому прошу внимания.

Студенты повернулись к нему и приготовились внимательно слушать. Каваками-сан убедился, что все глаза и уши направлены на него, самодовольно прищурился и продолжил:

– Вы приземлились в аэропорту Нарита, в Японии. Япония – это островная страна, вытянутая с севера на юг более чем на две тысячи километров. Вы знаете названия основных четырёх островов Японии? «Ну, это легкий вопрос, – подумала Дана, – кто же не знает стишок, придуманный великими людьми, русскими японистами, чтобы облегчить жизнь, таким, как мы?» Сразу в голове возникли строки: