X-wing-9: Пилоты Адумара - Аарон Оллстон

Вновь бибикнул дроид, и по экрану побежали слова: сообщение от "Преданности", что они опознаны, разрешение на посадку и схематичный план маленького дока, куда, по мнению командования, они должны прибыть. Ага, уже бегу: Ведж активировал комлинк: - Красное звено, заходим на посадку. Главный док. Следуйте за мной.

Он выслушал подтверждения от пилотов и заложил длинную, медленную петлю, обходя ЗР снизу. Комлинк немедленно затрещал.

- Звено крестокрылов, говорит "Преданность". Вам передан вектор на посадочный док альфа-два.

- "Преданность", это Красный-лидер. Мы садимся в главном ангаре. Приказ экспедиционного командования.

Он ухмыльнулся, представив, как забегали офицеры связи. Они не в курсе, что он, Антиллес, экспедиционное командование.

Возникла пауза. Ведж прикинул, что связистам как раз хватит времени вызвать капитана корабля, обменяться парой коротких фраз и: Вот и они.

- Красный-лидер, это "Преданность". Приказ подтверждаю. Отбой.

Крестокрылы влетели в гостеприимно распахнутый створ ангара. Ведж активировал репульсоры, но опускать машину не спешил, парил над палубой. Он осматривался.

Ангар был забит истребителями. А-крылы, В-крылы, крестокрылы, У-крылы, даже ДИСы. Большинство машин находилось в боевой готовности, около остальных копошились механики.

Палуба и переборки корабля тускло блестели, выдавая возраст и изношенность, но и безупречную чистоту, демонстрируя отношения капитана к кораблю. Хороший знак: Маленький док, отведенный им первоначально, предназначался для приема правительственных транспортов. Главный ангар гораздо лучше отражал положение дел на корабле.

Ведж наконец соизволил внять приказам работников дока и посадил свой истребитель радом с эскадрильей корабельных "Инкомов". Эмблема на их плоскостях изображала крестокрыл, парящий над горным пиком. Астродроид опознал их как Высокую летную эскадрилью. Это было, конечно, не самое лучшее подразделение летных сил, но опытное и надежное.

Едва Красное звено завершило посадку, как двери ангара раскрылись и толпа людей мгновенно окружила прибывших.

Ведж заметил худощавого мужчину в форме капитана флота, обычный набор младших офицеров и охранников и: чуть не свалился с трапа, увидев в толпе двухголовую женщину. Спокойно, Антиллес..

Он повернулся к делегации, чувствуя, что его пилоты дисциплинированно выстроились позади него.

- Капитан Салабан, - протянул он руку офицеру. - Рад видеть вас живым и здоровым.

Капитан, смуглый бородатый мужчина, секунду размышлял, нужно ли отдавать начальству честь, если само начальство это сделать явно забыло, потом пожал протянутую руку.

- Взаимно, сэр. Добро пожаловать на борт. И позвольте представить вам моих офицеров: Эта процедура была прекрасно знакома Веджу. Он мысленно повторял каждое названное имя и всматривался в лицо, надеясь сохранить их в памяти хотя бы до конца миссии. Надо сказать, обычно это ему удавалось.

Наконец, капитан указал на двухголовую женщину: - Наш документалист, Халлис Сапер.

Наконец-то Ведж мог разглядывать ее, не боясь показаться невежливым. Она была довольно высока для женщины - выше него на несколько сантиметров, у нее было добродушное открытое лицо и длинные каштановые волосы, забранные в косу. В целом она выглядела так, будто только что прилетела из далекого аграрного мира. Ведж не смог разглядеть ее глаз, скрытых за темными защитными очками. А на ее правом плече устроилась серебристая голова 3ПО протокольного дроида.

- Я счастлива познакомиться с самым знаменитым пилотом Новой Республики, - сказала девушка. Ее голос был даже приятным, но чересчур громким, несдержанным.

- Спасибо, - ответил Ведж. Подумал и добавил как можно более светским тоном. - Я вижу, у вас две головы.

Она засмеялась.

- Это Белогрив, мой прибор для голозаписи. Я соединила вместе протокольного дроида и голокамеру. Ну, добавила кое-каких программ. Он видит все, что вижу я - в очки встроены сенсоры, отслеживающие движение моих зрачков - и записывает.

- Понятно, - сказал Ведж. Разговор почему-то не клеился. - А зачем?

- Я записываю много разговоров с детьми. Исследования полагают, что дети считают 3ПО не несущим угрозы.

- И как успехи? - он был на двести процентов уверен, что знает ответ.

- Пока не очень. Но я ищу ошибки в системе.

"Может, стоит начать с того, что у тебя две головы, а твоих глаз дети не видят?" - подумал Ведж, но решил оставить мнение при себе.

- А теперь вы променяли детей на пилотов. Неравноценная замена.

Девушка помотала головой. Голова дроида осталась неподвижна.

- Что вы, это тоже интересно. Я вам благодарна.

- Приятно познакомиться. Но должен сказать, что Белогрива придется слегка перепрограммировать. У меня должна быть возможность отдать голосовую команду для его выключения. Иногда обстоятельства требуют конфиденциальности.

Халлис занервничала.

- Но это не входило в договор! Я вынуждена отказаться.

- Отлично. Надеюсь, ваша каюта достаточно просторна, чтоб хорошо провести время до конца миссии.

- Если так, я лучше соглашусь. Я даже сама перепрограммирую Белогрива.

- Конечно. Только потом покажите его ледорубам "Преданности". Ну, для оптимизации кода.

Ее улыбка на секунду погасла, и Ведж понял, что угадал правильно. Она явно собиралась устроить все таким образом, чтоб ее команды имели высший приоритет перед командами самого Веджа.

- Договорились, - кивнула девушка, но Ведж почувствовал по голосу, что она не смирилась. Придется держать ухо востро.

Он вновь повернулся к Салабану: - Разрешите представить моих спутников. Полковник Тикхо Селчу, командир Разбойной эскадрильи.

Тикхо отдал капитану безупречный салют.

- Сэр.

Селчу был высоким светловолосым человеком, с тонкими, красивыми чертами лица и аристократическим изяществом движений. Когда-то его совершенство выглядело строгим, даже жестоким, но жизнь не щадила его: гибель семьи и родной планеты Алдераан от Звезды Смерти, плен и попытка промывания мозгов в Имперской разведке, а потом - глубокое недоверие со стороны Новой Республики, отстранение от полетов, издевательский суд: Пережитое оставило глубокие шрамы в его душе. Он по-прежнему выглядел высокомерным аристократом: но в глазах читалась человечность и следы пережитой боли.

- А это майор Уэс Янсон. Если вы до сих пор не в курсе всех его подвигов, он вам с удовольствием про них расскажет.

А также покажет: Янсон бросил на Веджа ледяной взгляд и пожал капитану руку: - Приятно оказаться здесь.

Затем обратился к девушке: - Халлис, я знаю вид даже более захватывающий, чем мои потрясающие летные таланты. Не забудьте - это моя лучшая сторона, - и он повернулся к обалдевшему документалисту левым профилем.

Ведж с трудом удержался от смеха. Кривляния Янсона происходили скорее от желания создать дружескую атмосферу, чем от серьезного самолюбования, но он действительно смотрелся неплохо.

Как и Ведж, и вообще большинство пилотов истребителей, Янсон был немного ниже среднего роста, зато он имел широкие плечи и рельефные мускулы, причем без всяких усилий со своей стороны. Его жизнерадостная физиономия была не то что бы красива, но очень обаятельна. А еще он выглядел просто непростительно молодо - редко кто давал ему больше двадцати, хотя ему было уже тридцать. Очень несправедливое сочетание, считал Антиллес.

- И майор Дерек Кливиан, - закончил Ведж.

Четвертый пилот наклонился, чтоб пожать капитану руку. Он был высокий и худой, а на лице носил выражение не то печальное, не то недовольное.

- Все зовут меня Хобби, - поведал он документалисту. - И я беру назад свою фамилию. Ее обычно неправильно пишут.

Ведж изо всех сил старался не смотреть в глаза записывающего устройства. Он понимал, что вторая голова будет отвлекать его внимание во время работы и что необходимо научиться не обращать на нее внимание: но не мог избавиться от мысли, что все происходящее записывается и останется в архивах Новой Республики. Даже то, как ты сейчас с глупым видом чешешь затылок. Ведж поспешно опустил руку и попытался сделать умное лицо. Не вышло. Теперь его терзал другой вопрос - как он смотрится рядом со своими более колоритными товарищами. Ведж редко задумывался о своей внешности, обычно хватало более важных и насущных дел, разве что его тыкали носом в эти мысли, как вот сейчас. Невысокий и тощий, Антиллес считал, что выглядит более чем заурядно. Правда, Кви утверждала, что его глаза обладают завораживающей глубиной, а волосы так и тянет погладить: Он мысленно пожал плечами. В общем-то, он не слишком переживал, как смотрится в сравнении с атлетом Янсоном или красавчиком Тикхо. Просто ему хотелось видеть в зеркале что-нибудь более значительное, чем вечно растрепанного подростка. В конце концов, он генерал и ему почти тридцать лет: