Выгодное предложение - Евгений Черепанов

— Да ты чего, разыгрываешь меня? Как вы не можете видеть?

— Девушка, здесь все рамки даже не распакованные стоят, из магазина, в пелёночке. Они просто для уюта расставлены, зачем мы будем фотографии в них вставлять каких то людей? У вас все в порядке? Мне показалось от вас алкоголем несет.

Несмотря на недопонимая, муж решил заступиться за супругу и потребовал извинений от риелтора, которая конечно их не принесла и паре пришлось покинуть дом, слушая в след упреки. И уже на пути к дому брата, парень решил выяснить, что там произошло. В ответ он получил все то же недопонимание: как он не увидел помещенную в рамку фотографию женщины, которая жила за пять километров отсюда, в рамку, которая стояла в доме, возведенном всего год назад и не приютившего никого еще под своей крышей. Проговорив все это вслух, девушка поняла, что звучит это странно и согласилась с парнем на то, что это последствия от переутомления во время перелета и зацикленность на том доме сыграли с ней злую шутку. За кружкой чая у брата они сказали, что дом их не устраивает в принципе, и он обещал показать им один из вариантов, который он присматривал еще для себя. Насколько он знает, его до сих пор не продали из-за удаленности от города, но вариант все же неплохой.

На следующий день они следовали уже к новому объекту на осмотр вместе с братом.

— Мы уже порядочно отъехали? Скоро там?

— Да уже почти.

— Все равно далековато конечно, ну ладно, если дом неплохой, то почему бы и нет, да и цену, наверное, они сбросили, раз долго продать не могут, ты не знаешь?

Спустя еще десять минут и несколько километров они были, наконец, на месте и с легкого посыла брата отправились внутрь.

— Идите, я уже там все видел сорок раз. Так, ключи, держи. Я утром заехал к другу моему, это его дом, он сказал можно без него посмотреть.

— А этот как тебе? Почти как тот доисторический, только лучше, и тоже два этажа кстати. Вот этот мне по душе, как будто я сам строил!

— Да, но тут лестница не такая, просто ступеньки эти дурацкие.

— Хм, лестница. Я пойду, второй этаж осмотрю, догоняй если что.

Девушка принялась с неохотой разглядывать кухонный гарнитур и неслыханно низко расположенные окна, как ей показалось. Осмотр трех комнат на первом этаже занял у нее пару минут, и она уже направлялась к парню, чтобы выразить свое недовольство. Она поднималась по обычной, такой непривлекательной ступенчатой лестнице, ступенька за ступенькой, ступенька за ступенькой, ступенька за … Они не кончались. Сердце уже начинало громко биться и даже ноги начали уставать, дыхание становилось все тяжелее и внезапно закружилась голова, как после карусели. Девушка присела на одной и ступенек и ухватилась за перила. Присмотревшись, она заметила, что одна часть ступеньки, значительно уже, чем та, на которой она сидит, как бывает на … на круговых лестницах. Но как такое возможно, она отчетливо помнит, что ступала она на обычную прямую и не очень то высокую лестницу. Ладно, стоит попробовать подняться на второй этаж еще раз и расспросить мужа, не заметил ли он ничего странного. Но у нее не получалось. Она уже начала бежать, отталкивая от ступенек и прыжками взбираясь по ним, но лестница как змея, как анаконда обхватывала ее снизу и стремилась стянуть, придушить в своих объятьях. Как клавиши под пальцами безумного пианиста, как бесчисленное число ступеней лестницы Иакова вместе с Потёмкинской, лестница не имела конца. Спуститься тоже не получится, внизу, как будто находилась пропасть. Выбившись из сил, девушка в слезах начал ползти по ступенькам, передвигаясь на четвереньках, как вдруг резкий толчок сбил ее с равновесия и она чуть не полетела вниз, благо рука спасения оказалась рядом и, утерев слезу, она смогла рассмотреть своего любимого мужа и тут же кинулась в его объятья. Он тоже прильнул к ней и крепко обнял.

— Где ты был, что случилось?

— Где я был?! Я ждал тебя на втором этаже как договаривались, а потом побежал к тебе, вдруг что случилось, а тут ты лежишь на ступеньках, вся в слезах. Зайка, расскажи что случилось, ты споткнулась? — он поцеловал ее в голову.

— Я…я…я не знаю. — новым залпом плача разразилась девушка. — Лестница, она не кончалась. Сначала было все нормально, я поднималась по простой обычной лестнице, как в любом подъезде у нас, а потом… она как будто превратилась в бесконечную петлю какую то, я не знаю… Давай, пожалуйста, уйдем отсюда, мне не по себе.

Он повел ее за руку из дома и, увидев это, брат выскочил из машины и подбежал в ним, чуть не поскользнувшись на льду. Открестившись от расспросов скользким полом и неудачно расставленной мебелью, они сели в машину и покинули это место.

— Значит, не понравилось вам там?

— Мне точно, планировка какая-то странная и возни много будет это все переделывать. — заканчивая фразу он будто знал, что поймает на себе укоризненный взгляд девушки. А откуда там, кстати, на втором этаже стульев столько? И ничего вообще из мебели.

— Да это друг в ресторане мебель обновлял и старые свез все туда, на передержку, так сказать.

Оказавшись наедине, супруги вновь завели разговор о произошедшем:

— Тебя тоже что то испугало там, в доме? — напрямую спросил муж.

— Что тебя испугало?

— Меня испугала ты, всё.

— Нет уж, я люблю тебя, но ты бы не поменял так быстро свое мнение от «как будто я строил, он шикарный» на «планировка дерьмо» и все прочее только из-за меня.

— Не передразнивай меня.

— Скажи мне, ты же не просто спускался, ты бежал, и лицо у тебя было такое…напуганное. Что ты там увидел?

— Я увидел там истеричку, у которой похоже, крыша потекла. Я за тебя испугался и бежал к тебе скорее, чтобы помочь, но теперь я понимаю, что ты просто актриса, твои эти представления только для того и сделаны, чтобы мы купили именно тот дом, который тебе понравился, а все остальные, которые мне нравятся, ты вообще не рассматриваешь, ты просто прикидываешься сумасшедшей и мной манипулируешь. «Ой, посмотрите, тут фотография той женщины мертвой, на меня лестница охотиться». Что за бред вообще?!

— А тебе значит можно меня передразнивать? Ты значит так про меня думаешь, что я сумасшедшая? Ты сам просто чего-то испугался и теперь пытаешься меня во всем обвинить.

— Все, ты, пожалуйста, успокойся, езжай к родителям,