Как застрелили дядю Джо - Патрик Квентин

— Постарайся вспомнить все хорошенько, — сказал мистер Пратт, — завтра мы с тобой еще поговорим.

Вот потому-то я и записываю все сейчас, чтобы не забыть. Анна мне сообщила, что полицейские арестовали папу, потому что, хотя он говорил, что был в ванной комнате, когда раздался выстрел, но они ему не поверили. Еще Анна рассказала, что так как мамочка и дядя Фрэнк сидели в то время в гостиной, это значит, что стреляли не они.

Я спросила Анну:

— А где была ты? Почему полиция не думает, что ты стреляла?

Анна ответила, что она ходила в то время за врачом.

Тут я ей рассказала, что мистер Пратт считает, что папа получит не больше года тюрьмы, если это он убил дядю Джо, а посидеть годок в тюрьме ничего не значит.

Анна сказала, что это очень жестоко, когда дочь так говорит об отце.

А я считаю, что ничего жестокого тут нет, потому что, если бы она застрелила дядю Джо, то обязательно попала бы на электрический стул, и дядя Фрэнк, и мамочка попадут туда, если они это сделали. Ну так разве папа не мог бы посидеть один год в тюрьме ради того, чтобы кто-нибудь другой не попал на электрический стул? Я все представляла себе, как маму, дядю Фрэнка или Анну пошлют на электрический стул и как это будет страшно… ужасно страшно! И я подумала, что если бы папу посадили в тюрьму, то мама могла бы выйти замуж за дядю Фрэнка. Тогда ей не надо будет каждый день раздеваться перед чужими людьми, и, может быть, она подарила бы мне свой браслет, потому что раз дядя Джо умер, она, наверно, не захочет носить его подарок.

А на следующий день пришел мистер Пратт с каким-то старым мужчиной. Это был папин адвокат, кажется. И мистер Пратт начал опять меня спрашивать, не вспомнила ли я, кто стоял в дверях кухни, когда Анна прятала револьвер. Я ответила:

— Точно не помню, но это был кто-то с белыми волосами.

Тут мистер Пратт посмотрел на адвоката и сказал:

— Ну, теперь все ясно, так как белые волосы только у Жоржа Брауна.

Адвокат был очень взволнован:

— Я заставлю Брауна сознаться, ведь он не мог поступить иначе, а отделается, вообще-то говоря, пустяками.

Потом они оба поблагодарили меня и сказали, что я умная девочка и судье тоже должна рассказать одну только правду. И чтобы я все-все, что могу, хорошенько вспомнила. И я вспомнила и записала все точно, чтобы рассказать судье. Только не расскажу эту историю с браслетом и с дурацкой куклой, и еще не расскажу, что я сделала, когда дядя Джо изругал меня в мамочкиной спальне и грозился посадить нас в тюрьму. Не расскажу, как я пошла в кухню, достала из ящика револьвер и через ванную комнату снова проникла в спальню. Не расскажу, как я чуть-чуть приотворила дверь, чтобы образовалась узкая щелочка, и стала целиться в дядю Джо, потом нажала такую маленькую штучку, как всегда делают в кино… Потом бросила револьвер и убежала в свою комнату.

Ну и натворила бы я глупостей, если бы все это рассказала судье! Ведь все думают, что это сделал папа, и ему дадут за это только один год тюрьмы… А вот если узнают, что это я застрелила дядю Джо, меня, наверно, отправят на электрический стул, а мне этого очень не хочется!