Часть 2 и 3 - Алексей Дуров

  Теперь вопрос - как идти? По песку - остаются следы. Заросли здесь густые, местами - непролазные, да и след все-таки останется, в виде поломанных веток. Следов не останется, если идти по полосе прибоя, вода все смоет. Но тогда окажешься далековато от зарослей, не успеешь спрятаться, если появятся телре. Рянц ничего по этому поводу не советовала.

  Решил попробовать идти лесом. Оказалось не так уж сложно, хоть заросли и густые, всегда удавалось найти проход. А вскоре обнаружил дерево с розовыми плодами, очень похожими на инжир. Есть немытые плоды не хотелось, но уже хотелось просто есть. И пить. Решил не рисковать, вдруг это чутье предупреждает насчет связанных с немытым инжиром желудочных болезней. Просто набрал плодов в карманы, надеясь, что обнаружит воду и сможет их помыть. Можно помыть и морской водой, но тогда останутся на песке следы. Надо будет побольше инжира насушить, чтобы хватило не только на переход по пустыне, но и на мир невидимой смерти.

  Потом попались другие плоды, цитрусы. Трудно сказать, апельсины или мандарины. Михаил решил, что опасные микробы не могут прятаться под кожурой, очистил пару штук, съел. Сладкие, по вкусу больше похож на лимон, чем на апельсин. И очень сочные, это хорошо.

  Песчаный пляж сменился глинистым, глинистый - каменистым, на котором заметных следов не остается, и Михаил наконец-то рискнул помыть в море инжир. Вода - очень теплая, хотелось искупаться, освежиться. Очень хотелось. А может - поплыть вдоль берега? А если появятся телре что делать, нырять? К тому же - акулы... Отогнал бредовые мысли, вернулся в тень зарослей.

  Очень беспокоило, что не слышно Нику. В Обитаемом Пространстве тоже не сразу ее почувствовал, тем не менее - страшновато, именно "голос" Ники позволяет понять, к какому лазу стремиться. Может Михаил вообще неправильное направление выбрал. Наконец, когда солнце было почти в зените, связь с Никой удалось нащупать. Слабенькая была связь, даже в сравнении с Обитаемым Пространством, но разница в течении времени значительно меньше: если в Обитаемом Пространстве Никиным секундам соответствовали примерно годы Михаила, то здесь - где-то так часы.

  От восстановления связи стало не лучше, а хуже. Потому что Ника была в панике и отчаянии, потому что окончательно поняла: Михаил исчез. Вероятно, она не осознает, что связь не оборвалась, а ослабела. Еще не осознает, чтобы обнаружить эту слабую связь, Нике нужно успокоиться. Рано или поздно она это сделает, насколько Михаил знал свою подружку, но воспринимать отчаяние Ники было мучительно.

  Михаил поначалу растерялся. Потом попробовал до Ники "докричаться", при этом изо всех сил старался внушить ей жизнерадостность или, хотя бы, оптимизм. Но для этого нужно было поднять настроение себе самому, а как? Все, что смог Михаил - успокоиться с помощью дыхательных упражнений. А попытки как-то себя развеселить только все испортили, потому что в его теперешнем положении веселого мало. Нечем себя порадовать, кроме факта, что все еще жив. Да и то - змеи, акулы, телре... Попытался вспомнить что-нибудь хорошее и положительное - только все испортил. Самым лучшим в его жизни была Ника, а она прямо сейчас страдает. Из-за него. Попробовал переключиться на другие воспоминания, о пельменях, например. И обнаружил, что не в состоянии вспомнить вкус пельменей, это в такую тоску вогнало, что пришлось снова делать дыхательные упражнения.

  Все эти самоистязания ничего не давали, Ника по-прежнему не улавливала присутствия Михаила, и стало совсем хреново. Даже дыхательные упражнения почему-то перестали помогать. Вдыхал, выдыхал - тягостное ощущение оставалось. Аж злость брала.

  А на самом деле это не тоска по вкусу пельменей была. Это чутье об опасности предупреждало. Проворонил за своей "внутренней борьбой", проморгал.

  Шел, уже плохо понимая, куда, и чуть не уткнулся в воина телре, который совершенно внезапно перегородил дорогу. Самый настоящий телре, как его описывала Рянц: могучий мужик в серых штанах и рубахе, с мечом в ножнах на широком поясе и чем-то очень похожем не ружье в руках. Оружие телре держал у пояса с обманчивой небрежностью, но шестигранный ствол направлен прямо Михаилу в живот. Можно попытаться незаметно сократить дистанцию, или рвануться, или вильнуть в сторону... но за спиной раздались тихие шаги. Как минимум, двое. Мало того, какая-то непонятная опасность грозила справа, со стороны кустов. Еще один стрелок притаился?

  Значит - драка отпадает. И что теперь делать, кем притворяться? На материках мира Ду шире всего распространены две разновидности человеческих особей: воины-телре и рабы. Притворяться телре - не получится, у всех телре есть мечи, а Михаил даже палку выломать не удосужился, да и вообще - языка не знает. Значит - рабом. Но рабы тоже разные бывают, здесь, в прибрежной полосе раб без хозяина - либо беглый, либо случайно потерявшийся. Беглый раб уже валялся бы у телре в ногах, умоляя не убивать, или попытался бы рвануть в кусты... кстати, а может попробовать? Бегает Михаил хорошо, от пуль зигзаг спасет... но чутье подсказало, что бежать слишком опасно. Значит, будем притворяться случайно потерявшимся рабом. Вовремя вспомнил совет Рянц: ссутулился, глядя в землю. А вот фраза, которую произносят в мире Ду рабы, встречая другого телре, не своего хозяина, не вспоминалась, начисто из памяти вылетела.

  Телре, похоже, был несколько озадачен поведением Михаила: не бежит, в ногах не валяется, согнулся, но молчит. А может и не озадачен: лицо у воина было совершенно лишено выражения. Черты правильные, но неподвижность делает из лица маску, а глаза - рыбьи, никакого выражения в них нет. Нечеловеческие глаза.

  Так простояли секунду, Михаил сумел исподтишка рассмотреть телре подробнее: одежда поношенная, обувь - кожаные сапожки - стоптанная. Широкий кожаный пояс выглядит новым, на нем, кроме меча, висят нож, фляга и маленькая треугольная сумка. К поясу в беспорядке пришиты вроде как значки с непонятными символами - это отмечены жизненные достижения воина. Чтобы все видели.

  Телре произнес что-то. Надо отвечать, а то еще пристрелят. Однако фраза на языке телре "не понимаю" - тоже из памяти вылетела. Попытался изобразить жестами, что не слышит и сказать ничего не может, глухонемой. Понял телре или нет - неизвестно, однако повесил свое ружье на шею, сделал два шага и ударил Михаила кулаком в живот.

  Михаил мог защититься. Мог, пожалуй, и сдачи дать, вообще убить телре. Но - позволил себя ударить, только и сделал, что напряг пресс. А потом - согнулся и завалился на бок, изображая, что удар все-таки пронял. То ли чутье подсказало, что лучше свои бойцовские качества не проявлять, то ли просто струсил - не разберешь.