Проклятия Градерона - Марина Клингенберг

Балиан вспомнил его взгляд, когда он только очнулся. Взгляд, жаждущий поверить в происходящее. И что Кристиан получил в ответ? Яростные крики.

Балиан постарался представить, что обнаружил его или Юана во льду. Что бы он испытал? Тут и говорить не о чем, смертельное горе. Но он бы обязательно нашел способ все исправить. И они нашли, пусть и через долгих десять лет.

Но врожденное упрямство все же взяло свое, и, хоть Балиан и чувствовал угрызения совести, он никак не мог отделаться от обиды. Кристиан имеет дела с ненавистным им всем Градероном! Да еще водит с собой неизвестно откуда взявшегося сына! И как он говорил о Юане – неуверенно, таким странным тоном…

Наверное, с ним что-то случилось, – мелькнула у Балиана страшная мысль. Как и с Розеттой… Кристиан сказал, что она умерла, но Балиан не мог в это поверить. Может, она просто вернулась в Дилан и вышла замуж, а Кристиан побоялся сказать? Это было бы лучше, чем безвозвратная смерть.

Подумав об этом, Балиан резко сел в кровати. Кристиан поднял голову и посмотрел на него, но ничего не сказал.

– Извини, – пробурчал Балиан. – Я погорячился. В голове чертов туман.

– Ничего, – Кристиан едва заметно кивнул. – Я все понимаю.

Балиан встал и подошел к столу. За ним все еще спал Демиан.

– Сколько времени прошло? – удивился Балиан.

– Пара часов, наверное.

– И он все это время спит здесь?

– Да… Я забыл, – Кристиан взял мальчика на руки и положил его на вторую кровать.

– Забыл? Он же прямо перед тобой сидел!

Кристиан пожал плечами. Ему явно не хотелось говорить о Демиане.

С минуту они молчали. Потом Кристиан собрался с силами и сказал:

– Мы десять лет ждали, когда ты вернешься. Десять лет.

– Понял уже… Прости, – неуклюже извинился Балиан за свою выходку. – Где Юан? – спросил он, и голос его чуть дрогнул.

– Он должен скоро прийти.

– Скажи мне правду, – не выдержал Балиан. – С ним что-то случилось?

– Нет… – Кристиан выглядел растерянным. – С чего ты взял?

– Ты странно говорил о нем. И почему он не пошел с тобой? У него что, каждый день родные братья оживают?

Кристиан впервые улыбнулся своей прежней, ничем не скованной улыбкой.

– Я просто не представляю вашу встречу. Ведь ему уже шестнадцать. Да, вы теперь ровесники, – он засмеялся, увидев, как вытянулось лицо Балиана. – И не говори глупостей. Конечно, он безумно хотел прийти, но Гволкхмэй и Тристан словно бы прознали… Не знаю, что у них там сейчас творится. Юану пришлось пойти на задание. Он был готов сбежать, но я его отговорил.

– Задание?

– Да. В одиннадцать лет он стал воином Рассвета.

– Почему воином? – совсем не понравился такой поворот Балиану. – Почему не стражем? Он же так хотел…

– Из-за тебя, – сказал Кристиан. – Да, он хотел стать стражем, но им запрещено покидать Эндерглид, ты же знаешь. А став воином, он смог постоянно навещать тебя… И… И свободно приходить ко мне…

– То есть ты… – начал Балиан, но осекся.

– Я предал Эндерглид и служу Градерону, – сказал Кристиан. – Прости. Я знал, что тебя это выведет. Но уж лучше так, чем мы бы больше никогда тебя не увидели.

Балиан старался свыкнуться с полученной информацией, но это оказалось непросто. На смену гневу пришла какая-то болезненная опустошенность, мешающая думать.

– А Розетта? – спросил он с надеждой. – Где она?

– Она умерла, – безжалостно проговорил Кристиан.

Балиан изо всех сил пытался найти в его словах хоть один признак лжи. Но не смог.

– Кто это сделал? – прошептал он, все еще слабо осознавая происходящее. – Ее убили? Да?

– Она пыталась сбежать с Солфорджем, но споткнулась, ударилась головой и упала в воду. Так, по крайней мере, предположил Арес. Он нашел ее, когда искал Тараноса…

– Таранос?! – Балиан было снова повысил голос, но предпочел утихомириться – в горле стоял ком. – Это он…

– Не думаю, – возразил Кристиан. – Помнишь о записи в пергаменте, которую сделал Арес? Таранос не может никого убить. Почему ты не хочешь поверить в то, что это несчастный случай?

– Потому что это слишком… Несправедливо! – Балиан словно со стороны услышал, как дрожит его голос, и умолк.

– Балиан, пойми и нас, – мягко проговорил Кристиан. – Разве это справедливо, поступать так с тобой? А мы? Ты не представляешь, что мы испытали, когда увидели тебя подо льдом. Юан все руки в кровь разбил. Я боялся, что он сойдет с ума, и не мог его успокоить – самому хотелось кричать и бить лед. Ты считаешь, мы могли думать о Розетте? Арес рассказал нам, что она выполняла приказы на Тараноса.

– Мне все равно!

– А нам – нет. И ты бы тоже так думал, будь ты на нашем месте. Ты знаешь, что это так.

Да, это действительно было так. Но это не значило, что он, Балиан, мог так быстро и просто примириться с ужасной мыслью, что Розетты больше нет. Балиан был уверен, что это не могло быть правдой. Он не хотел, чтобы его убеждали в обратном, и чтобы избежать этого, спросил:

– А что Таранос? Вы его убили?

– Нет, – вынужден был разочаровать его Кристиан. – Пока мы были с тобой, Арес поймал его и отвел в Градерон. Руэдейрхи приговорил его к тюремному заключению. Больше я его не видел.

– Ладно, – скрепя сердце, сказал Балиан. – А что насчет тебя? – он смерил взглядом его темную одежду.

– Ненавидишь меня? – Кристиан чуть улыбнулся.

– Нет. Просто не могу поверить, что сижу за одним столом с градеронцем.

– Очень смешно. – Но Кристиан понимал, что Балиан ждет логического объяснения, оправдывающего эту ужасную для него деталь, и сказал: – Я пошел к Руэдейрхи и спросил, может ли он освободить тебя. Он сказал, что да, но что он готов на это только в том случае, если я прослужу ему верой и правдой десять лет. Я согласился.

– Согласился? – выкрикнул Балиан. – Не лучше ли было выбить из этого козла все…

– Это было бы бесполезно, – оборвал его Кристиан. – Поверь. Ты просто ни разу его не видел и не говорил с ним. Так или иначе, я рад, что он сдержал свое обещание, и мое предательство не оказалось напрасным.

– А Юан? – Балиан был в отчаянии. – Он тоже…

– Он хотел пойти со мной, но я уговорил его остаться в Эндерглиде. Я же сказал, он стал воином Рассвета.

– И ты так просто бросил его одного?

– Я спросил его согласия, – отвечал Кристиан ровным голосом. – Я сказал ему, что если он захочет, я останусь с ним и никуда не пойду. Но он, как и я, предпочел пойти на все, лишь бы вернуть тебя. Впрочем, все это время мы виделись. Постоянно. Сначала тайком, Рэвенлир согласился приводить его сюда раз в несколько месяцев. Но потом… Потом кое-что случилось, и он смог приходить ко мне… В Градерон.

Балиан хотел спросить, что же такого могло случиться, ведь чужак – что в Градероне, что в Эндерглиде, – это немыслимо. Но тут за дверью послышался шум. Кто-то, продираясь сквозь непогоду, подходил к дому.

– А вот и Юан, – Кристиан оглянулся на дверной проем.

Буквально через секунду скрипнула дверь, и в дом ворвался юноша с огромным мешком за спиной. Балиан не успел его толком разглядеть, а он уже, попутно кинув на пол свою объемистую ношу, бросился ему в объятия.

– Балиан! Балиан, ты живой… Это правда ты… Балиан!

По его голосу Балиан понял, что Юан плачет, но он так опешил, что совершенно не знал, что делать. Он помнил брата маленьким шестилетним мальчиком, а сейчас к его груди прильнул вполне взрослый парень, лица которого он даже не видел – только золотистые волосы, забранные в высокий хвост и щекочущие ему лицо.

– М-м… – только и промычал Балиан и посмотрел на Кристиана, как бы спрашивая, не обознался ли он.

Но Кристиан занимался тем, что закрывал дверь и поднимал с пола принесенный Юаном груз.

– Юан, ты бы дал ему на себя посмотреть, – пришел он на помощь уже в процессе разбора провизии.

– А! Сейчас, – Юан отстранился и, утерев слезы, радостно улыбнулся Балиану.

Он был почти одного с ним роста, с милым лицом, которое могло похвастаться богатейшей гаммой положительных эмоций, и, в целом, походил на прежнего себя. Только прическа была очень уж странная: высокий хвост и две коротенькие косички, свисающие вдоль щек.

– Нет, я так не могу! – Юан снова бросился к Балиану и, прижавшись к нему, всхлипнул. – Балиан…

Балиан еще несколько секунд стоял в растерянности, но потом, улыбнувшись, обнял Юана в ответ. Тот поднял на него радостные, заплаканные глаза и огорошил просьбой:

– Ударь меня!

– Это еще зачем?

– Я помню, ты меня по голове бил, вот так! Ой, извини! – спохватился Юан, осознав, что вместо желанного подзатыльника он сам наградил им брата. – Ты не представляешь, как я рад!

– Ладно, только перестань реветь, – Балиан совсем растерялся.

– Я очень чувствительный, – самокритично отметил Юан. – Привет, Кристиан! – обернулся он к старшему брату. – Извини, сам понимаешь. Тебя я тоже жутко рад видеть! Встань туда, пожалуйста, чтобы я мог сразу на вас двоих смотреть.