Позолоченный ключик - Наталья Александрова

— Чего-чего? — Лёня от неожиданности плюхнулся на диван, едва не придавив кота, который успел, конечно, в последнюю секунду отскочить, но был очень недоволен.

— Да-да. Сейчас у приличных людей считается дурным тоном приглашать гостей в ресторан. Таким образом ты как бы выражаешь свое пренебрежение. В ресторан-то каждый может позвать. А вот если ты приглашаешь домой, то это знак высшего уважения, вроде как отличаешь этого человека от других, делаешь для него что-то своими руками… Еда приготовлена не чужими равнодушными людьми, а другом, который вложил в нее частичку своей души.

— То есть ты хочешь сказать, что хозяйка готовить еду должна сама? — с изумлением спросил Лёня. — На двадцать, к примеру, человек? Ну, уж в это я ни за что не поверю. К твоему сведению, у всех богатых людей есть свой повар.

— Ну да, — с досадой ответила Лола, — разумеется. А у кого нет, те в ресторане еду заказывают. Но хотя бы одно блюдо можно приготовить самим.

— Но хозяйка, по крайней мере, предупреждает какое? — опасливо спросил Маркиз. — Видишь ли, знаю я некоторых женщин… они простую яичницу пожарить не в состоянии. Я, конечно, не тебя имею в виду, — тут же поправился он, заметив, как Лола грозно блеснула глазами и сурово поджала губы.

Впрочем, она не восприняла его слова всерьез, потому что была у нее в городе Черноморске замечательная тетка Калерия Ивановна, которая готовила, по Лёниному выражению, «как Бог, и даже лучше». То время, когда тетя Каля гостила у них в Петербурге, Лёня до сих пор вспоминал с нежностью. Какие борщи варила тетка, какие делала вареники с вишнями и творогом, какие рассыпчатые кулебяки с мясом, какие блинчики, которые буквально таяли во рту!

Лолке, конечно, до нее далеко, но с тетей Калей никто не сравнится. Зато тетка все-таки сумела научить племянницу кое-чему, и Лола могла не только яичницу пожарить, но и приготовить приличный обед. Когда не ленилась, конечно. Так что она не обиделась на нетактичное замечание своего компаньона.

— Так или иначе, теперь так принято, — сухо сказала она. — То же самое и с подарками. Купить можно что угодно, были бы деньги. А так она будет знать, что я старалась, трудилась, думала о ней, когда вышивала.

— Кто — она? — осведомился Маркиз.

— Подруга моя старая, Сонька Маламутова. Ей тридцать лет исполняется скоро! Вот, решила подушку ей вышить. Потому что все у нее есть, она за банкиром замужем.

Лола едва слышно вздохнула. Когда-то давно и у нее самой был страстный роман с банкиром Ангеловым. И если бы Лола только захотела, то сейчас тоже была бы замужем. Банкир, конечно, был мужчиной что надо. И очень хорошо к ней относился. Но Лола вспомнила, как буквально через неделю ей стало невыносимо скучно. Не хватало опасных приключений, веселых перепалок… Не хватало Маркиза и компании зверей. Она скучала по ним. Пу И, конечно, она взяла тогда с собой, но песик отчего-то банкира сильно невзлюбил.

Лёня деликатно подождал, пока Лолино нахмуренное чело прояснится, после чего задал следующий вопрос:

— А что ты собираешься вышить?

— Ну, вот тут у меня рисунок. Вот здесь — вензель С и М, а внизу — ключи.

— Ключи? Это еще зачем?

— Ну как ты не понимаешь, ключ — это символ власти, возможность открывать любые двери! — Лола набрала полную грудь воздуха и продолжила: — Ключ — это знание. Кто владеет ключом, тот может все открывать и запирать, связывать и освобождать. Вот у меня тут будет множество самых разных ключей, и каждый будет что-то значить. Этот, самый большой, — символ богатства.

— От банка ее мужа, что ли? Там, небось, замки электронные, сейчас везде такие…

— Не прикидывайся глупее, чем ты есть на самом деле! — вспыхнула Лола. — Это аллегорический ключ. Или символический, если так тебе понятнее. Вот этот — от сердца ее мужа…

— Ух ты!

— А вот этот, самый главный, — от счастья!

— Ну и чушь ты городишь! — высказался Маркиз и отскочил в сторону, чтобы Лолка в сердцах не ткнула его иголкой.

— Это не чушь, это знаки и символы, наука такая есть, называется семантика.

— Умная ты, Лолка, — помолчав, уважительно сказал Маркиз. — Умная и образованная, тебе бы лекции научно-популярные читать в нашем ЖЭКе для пенсионеров…

И снова Лола посмотрела на него всепрощающим мудрым взглядом. И вздохнула чуть слышно.

И хоть Лёня прекрасно знал, что по части выразительных взглядов, а равно и по части вздохов его подруга была большая мастерица, все равно принял все за чистую монету и слегка устыдился. Ну что, в самом деле, он привязался к Лолке? Ну, сидит себе, вышивает, никого не трогает, все тихо-спокойно…

— Что-то я такого банкира Маламутова не знаю, — сказал он примиряюще. — Никогда не слышал.

— А Маламутова — это Сонькина девичья фамилия, — невозмутимо ответила Лола. — А сейчас она Мизинцева.

— Мизинцев? Большой человек… Что ж, вензель у тебя получился красивый…

— Это еще что, вот когда я всю подушку вышью… — Лола снова вздохнула, на этот раз искренне.

Честно говоря, подушка ей порядком надоела, она вообще не любила долго сидеть на одном месте, к тому же иголка нещадно кололась, и средний палец натирало наперстком. Но жалко было бросить начатое дело, и к тому же, как ни крути, подарок нужен… Она уже столько провозилась с этой подушкой!

— Монограмму сама придумала?

— Не совсем, — честно призналась Лола. — Поискала в Интернете. Этот ключ тоже оттуда, и этот, а вот этот, не поверишь, Лёнечка, мне приснился во сне!

— Да что ты?

— Точно! А ты знаешь, к чему снятся ключи?

— Да откуда? — Лёне начал уже надоедать этот бесполезный разговор. Что в самом деле? Он уже проявил вежливость, похвалил Лолкино вышивание, теперь хорошо бы спокойно поесть или хотя бы чаю выпить. И отдохнуть, наконец, с котом на коленях, да хорошо бы не просто отдохнуть, а обдумать детали предстоящего дела. А тут подсовывают подушки дурацкие.

— Ключи, Лёнечка, снятся к неожиданным переменам и оживлению в делах! — Судя по безмятежности, сквозившей в Лолиных глазах, она и не подозревала, что ее ожидает.

Как уже говорилось, Лола была капризна и ленива. Но когда Лёне удавалось уговорить ее поработать, Лола становилась послушной и исполнительной. Но сколько же потов сойдет, пока ее уговоришь взяться за очередное дело!

— А ты откуда все это знаешь? — спросил Лёня вроде бы невинно, чтобы Лола не чувствовала подвоха.

— Я сонник купила! — Лола показала книжку в яркой глянцевой обложке. — Здесь написано, что если женщина отпирает ключом дверь, — бормотала она вдохновенно, — значит, ее ждет встреча с новым возлюбленным…

— Да? — хмыкнул Лёня. — Ну-ну…

— А вот если она запирает ключом дверь, то ее замужество будет очень удачным!

— Да что ты говоришь? — всерьез удивился Лёня. — А тебе-то что снилось? Ты что с этим ключом делала?

— Я… я его… — Лола потупилась.

— Потеряла? — Лёня отобрал у нее сонник. — Сломала? Утопила в туалете?

— Ничего не утопила! Я его отдала…

— Отдала? Это интересно… — Маркиз с увлечением листал сонник. — Вот тут написано, что если женщина во сне отдает кому-то ключи, то она не сумеет проявить здравый смысл и сохранить свою репутацию. Лола, признавайся, ты отдала ключ от своего сердца демоническому брюнету? Или самоуверенному блондину?

— Ой, да что ты! — с досадой отмахнулась Лола. — Какому-то старику! Такой, знаешь, старый, мрачный, глаза красные, щеки свисают — вылитый бассет!

— А уши? — полюбопытствовал Маркиз самым невинным тоном. — У него были собачьи уши? Ты ведь знаешь, какие у бассета длинные уши — прямо до земли свисают!

— Уши у него были человеческие, но все равно похож! — сухо сказала Лола.

— Ладно, хватит морочить мне голову, — решительно сказал Лёня. — Из твоего сна верно только одно: видеть во сне ключ означает оживление в делах. Так что могу тебе сообщить, что у нас новое дело.

— Какое еще дело? Ты договорился за моей спиной?! — очень натурально возопила Лола.

— Ну, начинается, — поморщился Маркиз. — Лолка, неужели тебе не надоело каждый раз устраивать скандалы? Вот как только я заговариваю о делах, ты сразу же из нормальной женщины превращаешься в форменную ведьму!

— Сам ты ведьм, — обиделась Лола, — то есть леший. Или, скорее, домовой…

— Ну что такое… — Лёня безнадежно махнул рукой и пошел было на кухню.

— Кощей Бессмертный! — крикнула ему вслед Лола.

— А тогда ты — кикимора болотная! — Компаньон и в самом деле разозлился.

— Я? Я — кикимора?! — Лола вскочила и бросилась за ним, чтобы ударить сзади, исподтишка. Сходиться с Маркизом в честном бою она не решалась. Если Леньку как следует разозлить, он может прилично накостылять, не посмотрит, что она женщина.

Подушка отлетела в сторону, посыпались клубки, иголки. И на пол со звоном упал ключ. Небольшой такой золотистый ключик с фигурной бородкой и головкой в форме полураспустившейся лилии с узорной чеканкой на ней.