Борщ в четыре руки - Александр Мардань

Гаснет свет.

На кухню входит мужчина. Он торопится к плите, на ходу натягивая согревающий пояс поверх одежды. Помешивает овощи на сковороде. Раздается звонок мобильного. Мужчина оглядывается на телефон, но не берет его.)

МУЖЧИНА: Нет его! Уехал. А у меня сейчас все сгорит. (Пауза.) Он мой телефон не берет, и я его брать не буду.

Звонок прекращается. Мужчина заправляет пояс под футболку.

МУЖЧИНА: Один раз вот так из дома вышел. Пояс — поверх рубашки. Заметил только в машине. Пришел бы в офис… Весь авторитет насмарку. Не курю, весь такой спортивный… Правда, в бассейн хожу из-за спины. (Пауза.) Хотя… лекарше все равно нравлюсь. Она мне, кстати, бассейн и прописала. (Пауза.) На последнем приеме молоточком постукивает — и вдруг: вы новую комедию про холостяков видели? Может, сходим, на выходные? Я сначала растерялся, потом вспомнил, что к маме еду, с ремонтом помочь. (Пауза.) Кино? Мне и без кино весело… (Напевает.) «Если у вас нету тети, то вам ее не потерять…». Кстати, сегодня тираж. Надо телевизор посмотреть. (Обращается к Джоконде.) Опять улыбаетесь? Думаете, не выиграю? Жена так улыбалась, когда я карточки заполнял.

Отставляет сковороду в сторону. Берет свеклу, натирает ее на терке. Делает резкое движение, шипит сквозь зубы.

МУЖЧИНА: Черт! (Рассматривает ссадину на пальце.) Срочная дезинфекция!

Моет руки, достает из холодильника начатую бутылку водки. Наливает водку в рюмку, хочет засунуть в нее палец. В последний момент останавливается, сливает из рюмки немного водки себе на палец, дует на него. С рюмкой в руках подходит к зеркалу, чокается с ним.

МУЖЧИНА: За мое здоровье! Аперитив.

Выпивает и заедает кусочком моркови.

МУЖЧИНА: Говорят, мы пьем, чтобы сделать других интереснее. А когда с зеркалом чокаемся? Собой интересуемся? (Наливает вторую рюмку.) Ладно… Уважаемая Мона Лиза! А давайте-ка перейдем на ты. Брудершафт не получится. Так что — за тебя, красавицу!

Выпивает. Натирает на терке свеклу.

МУЖЧИНА: Многие ее режут. А я тру. Все равно терку после моркови мыть. И руки от революционного цвета. (Пауза.) Овощ — трансвестит. Буряк. Он же — свекла… Борщ, как путь в жизни, у каждого свой выходит. Одинаковых не бывает. Уж больно модель многофакторная. Каждый продукт можно резать, а можно тереть. Можно жарить, а можно тушить… Можно с мясом, можно — постный… холостой. (Пауза.) Кстати, мама звонит через день: «Тебе надо жениться, надо найти…».

Моет терку. Заворачивает кран, но вода продолжает идти.

МУЖЧИНА: Опять резьба. (Закрывает кран после нескольких неудачных попыток.) Где-то была реклама «Муж на час». Надо вызвать. А интересно — есть «Жена на час»? Пуговицу пришить, посуду вымыть… Но — на час. Хорошо, когда женщина — как лабрадор: позвал — есть, не позвал — нету.

Перекладывает жареный лук с морковью со сковороды в кастрюлю, где варится фасоль.

МУЖЧИНА: «Надо жениться, надо искать»… Кого искать? Они сами находятся. Одна ужин предлагает, другая — кино. А мне не хочется. Бесплатный секс, как и бесплатный сыр (обращается к Джоконде), знаешь, где? По глазам вижу — знаешь… Не хочу. Конфеты — букеты… Вроде, надежды не давал, но — обнадежил. Потом неловко. А она — дрогнувшим голосом: «Мы в ответе за тех, кого приручили». И расплачется… Свинцовое чувство вины… А еще вместе работаем… Лучше я тобой буду любоваться. (Смотрит на Джоконду.) Я знаю, почему тобой все восхищаются. Никогда не плачешь. (Декламирует.) «Я с детства не люблю очередей, ночных звонков и слез у женщин, из всех известных мне людей себя я не люблю намного меньше»…

Высыпает на сковороду тертую свеклу, жарит. Потом берет себя за запястье, щупает пульс.

МУЖЧИНА: Как-то… не очень.

Выходит из кухни. Возвращается. В руках — аппарат для измерения давления. Садится, делает несколько глубоких вдохов. Надевает манжету, накачивает грушей воздух, следит за прибором.

МУЖЧИНА: Сто тридцать на девяносто пять. Подскочило. В первый раз к лекарше пришел, она спрашивает: какое у вас обычное? А я откуда знаю? В космос не собирался. Теперь в курсе: сто двадцать на восемьдесят. Что-то сегодня сердце прыгает. Лишнюю дорожку проплыл. Возраст… Пропорция между тем, что было, и тем, что будет.

Снимает манжету. Возвращается к плите, помешивает буряк на сковороде.

МУЖЧИНА: И что будет? Как говорил один персонаж — «Я старый и больной, меня девушки не любят». Про девушек — правда. Я им материально не интересен. А тем, кому за тридцать… Для них я не старый. И не больной. Если мне лечащий врач глазки строит, значит, не все потеряно. Машина есть, бегает еще. Квартира двухкомнатная, отцовская. Не пришлось при разводе метры делить… А почему тогда один… на кухне стою? Развелся… Вырвался… Свобода! Могу пиво пить, а могу не пить. Могу тетку на ночь пригласить, могу у нее остаться. Всё могу! А что-то не вдохновляет. Вырываешься на свободу, а попадаешь в одиночество. (Напевает с кавказским акцентом.) «Адын, адын, совсэм адын!».

Помешивает содержимое сковороды. Смотрит на Джоконду.

МУЖЧИНА: «Вы сотканы из взглядов, как простыня из льна, как ласковый платок из шелка. Улыбка скромная загадочно — грустна, как будто в восхищеньях нету толка». Красиво? Сам сочинил. Про тебя, загадочная. А когда на работе отмечали день рождения экономки, я вместо тоста эти стихи ей прочитал. Ты меня, Лиза, прости за ветреность. Она решила, что это про нее. Специфика женского ума: принимать желаемое за действительное. Хотя… Умная женщина — одни проблемы. Глупая — другие. А посредине… Середины нет. (Обращается к Джоконде.) Вот ты, однозначно — лучшая. Всегда молчишь и улыбаешься. А умная или не умная… Кстати, один ученый выдвинул версию, что ты была… ну, как бы, не совсем нормальная. Он тебя измерил. Одна рука больше другой, лицо не симметричное… Вроде как диагноз. Хотя, я думаю, это от зависти. У большинства людей что-то с чем-то не совпадает. И вообще — здоровых нет. Есть не до конца обследованные. (Пауза.) Кажется, все. Буряк на треть уменьшился — значит, готов. Можно отправлять в компанию. (Кладет содержимое сковороды в кастрюлю. Достает из холодильника кочан капусты.) «Один буряк сказал капусте: А мы тебя в наш борщ не пустим!». А кто его, буряка, спрашивать будет?

Раздается звонок мобильного.

МУЖЧИНА: Игорь кому-то очень нужен. А может, и мне сейчас кто-то звонит? Лекарша, например. Или экономка… Я тут страдаю в сомнениях, правильно ли живу, а все решается без меня.

Гаснет свет.

Женщина входит в кухню. В руках — топорик для разделки мяса.

ЖЕНЩИНА: Броня крепка…

Достает из кармана передника мобильный, набирает номер. Слушает. Убирает телефон в карман.

ЖЕНЩИНА: Наш абонент джакузи купил, что ли? Под душем так долго не стоят. А может все-таки трубку брать не хочет? Через полчаса контрольный звонок — и буду искать другой выход. Или вход.

Помешав ложкой борщ, накрывает кастрюлю крышкой.

ЖЕНЩИНА: Борщ — как коньяк, должен настояться. Любите вчерашний? Приходите завтра.

Открывает холодильник, достает яйца. Кладет их в маленькую кастрюльку.

ЖЕНЩИНА: Специально купила перепелиные. (Наливает в кастрюльку воду.) В четыре раза меньше, в два — дороже. Наверно, полезные. (Смеется.) Однажды мы с Машкой чуть пожар не устроили, в школе еще. Поставили яйца варить, а по телеку — кино. С Ален Делоном. Название не помню. В результате яйца спеклись. Я кастрюлю драила, а Машка полотенцем, как пропеллером, дым из кухни выгоняла.

Ставит кастрюльку на плиту, включает конфорку.

ЖЕНЩИНА: Ален Делон! Первая любовь. (Пауза.) Нет… Первая — в детском садике. Тоже, брюнет. Интересно… А почему, когда выросла, одни шатены были? (Пауза.) А теперь кто? Может, пора переходить на седых и лысых? Кстати, бритые в моде. Говорят — эротично. На уровне подсознания, наверное… (Пауза.) Чтобы раньше девочка влюбилась в лысого?.. (Пауза.) Как говорила моя бабушка, «ученые доказали», почему мы влюбляемся. Все дело в запахе. У каждого свой, как отпечаток пальца. Ты даже не осознала ничего, а мозги уже влюбились. В запах. Внешность — без разницы. (Пауза.) Придет Геракл засушенный — и я в него влюблюсь, потому что он с одеколоном угадал. Хотя, здесь так борщом пахнет…