Сталь решает не все - Виктор Зайцев

Зозуля указала дружинникам на лучников, раздался нестройный залп, после которого три всадника в пару секунд оказались между лучниками, орудуя саблями. Белов уже вскочил и закричал:

– Рассыпаться по двое, объехать посёлок, лучников бить сразу, остальных связывать. Зозуля, проверь вокруг дома, я к мастерским.

Он с револьвером в одной руке и мечом в другой побежал по вытоптанному снегу к мастерским, на полдороге встретил выбегающих навстречу дружинников Кудима во главе с командиром отделения. Тот на бегу умудрился доложить, что нападавших было три десятка, все пешие, его отделением уничтожено восемь врагов. Среди дружинников отделения четверо ранены, убитых нет. Отделение Сысоя занимало оборону возле дома старейшины, положение дел у них не известно.

Белов обрадовался таким сведениям и развернулся к дому, из сеней которого уже выбегали дружинники отделения Сысоя. Некоторые сразу бросились в переулочки между домами, выискивая нападавших. Женщины, укрывшиеся в доме, помогали раненым, к мужу уже спешили Лариса и Алина.

– Живы, – обнимая обеих, только и смог выговорить он, – всё хорошо, всё кончилось. Ну, всё, всё, успокойтесь.

Не прошло и получаса, как вернулась раскрасневшаяся Зозуля и сообщила, что в посёлке наведён порядок, пленных и убитых доставляют к дому, убитых среди жителей посёлка нет, раненых скоро привезут. Белов распорядился десятку Кудима организовать объезд вокруг посёлка в поисках убежавших врагов, а десятку Зозули пройти по следам нападавших, найти обоз – не пришли же они пешком из Россоха. Сам старейшина занялся ранеными, которых оказалось пятнадцать человек. Из отделения Сысоя невредимыми остались только двое, сам Сысой оказался тяжело ранен сразу двумя стрелами в ноги. Двое его дружинников убиты стрелами в голову, зато ни у кого не были пробиты кирасы и шлемы, хотя попадания стрел в грудь и спину были практически у всех. Среди жителей посёлка оказался все-таки один убитый, пятеро раненых. Нападавшие взломали двери в доме Тины, где укрывались десять её работниц, всех избили, а четверых успели изнасиловать. Эти сексуально озабоченные злодеи так увлеклись, что были захвачены дружинницами прямо без штанов, за что сильно поплатились. Ни один из них не мог стоять, только лежали, держась за причинное место. Им ещё повезло, по Правде насильников могли лишить всех причиндалов. Белова сначала удивил такой точный выбор единственного дома, где не было мужчин и никто не вооружён. Позднее на допросах насильники объяснили это просто, из дома не стреляли и не ругались мужскими голосами.

Уже в темноте десяток Зозули привёл в посёлок караван из шести саней с тремя пленными. Кудим сообщил, что следов из посёлка в лес на снегу не нашли, утром проверят ещё раз, с собаками. Старый сыщик успел побеседовать с десятком пленников, которые подтвердили, на посёлок должны были напасть только две группы, больше никого не было. Можно было считать, что отбились.

На третий день устроили похороны, в гигантский костёр положили всех убитых булгар, напавших на Бражинск, их оказалось семеро, поверх которых положили ещё жерди и трёх погибших бражинцев. Дружинники предлагали Белову порубить всех пленных, устроить кровавую тризну. Аслан подтвердил, что на юге такое бывает часто. Сам он зарубил двоих нападавших и получил царапину от стрелы, когда защищал дом с десятком девушек. Старейшина не согласился с этим предложением, пленники представляли достаточную ценность, надо было только грамотно распорядиться этим. Тем более что Белов намеревался жить с булгарами мирно, это соседи постоянные, зверствовать глупо. Раненые, к счастью, все выжили, обошлось без осложнений. Даже у пленников ранения заживали удивительно быстро, только семеро с переломами выздоравливали больше месяца.

Семьям убитых подростков старейшина поселка отправил по пять гривен и лошадь с санями, гружёнными мешками с зерном. Все трое погибших были из соседних угорских селений. Револьверы, выданные женатым мужчинам, после сражения он решил оставить в домах, заменить только использованные патроны. Трофейные доспехи и оружие Белов подарил наиболее отличившимся в обороне горожанам, награждение происходило после похорон при полном стечении народа. Одарив горожан, глава поселка выстроил дружинников и объявил, что за успешную оборону Бражинска дарит всем дружинникам кирасы, шлемы и лошадей, назначает каждому денежное содержание и разрешает жениться и выходить замуж. В этот же вечер десять подростков из Верхнего попросились в дружину, Белов принял их учениками, до этого ребят из города Верхнего в дружине не было.

После допросов всех пятидесяти трёх пленников у него появилась авантюрная мысль о захвате ещё двух городов, как минимум. Почти три десятка пленников были из ближайших к Верхнему городков, а восемнадцать оказались вовсе из Верхнего, где стоило немного показать зубы. Летом, когда Белов захватывал Верхний, половина мужчин была в отъезде, они и сколотили «группу поддержки» на санях, которая собралась грабить Бражинск. Из тридцати двух пеших, нападавших на посёлок, двадцать были из Верхнего. У десятника Зыряты невредимыми остались шесть из десяти дружинников, которых он привёл из самого Булгара, с ними было сложнее. Пока раненые не оклемаются, Белов решил не спешить.

После анализа нападения на посёлок старейшина с командирами дружины решил выстроить три башенки-сторожки, откуда бы простреливалась практически вся окружающая территория. На своём доме Белов решил тоже добавить сторожевую башню из кирпича, с которой из карабина будут простреливаться все окраины Бражинска. Строить начали прямо зимой, используя на тяжёлых работах пленников, уныло долбивших промёрзшую землю. Темпы работы были уже привычно высокие, не успели срастись кости у всех раненых, как поселок обзавелся тремя деревянными сторожками, которые снаружи обкладывали кирпичом, а дом Белова, после пристройки двух наблюдательно-оборонительных башенок, стал походить на сказочный замок. После неосторожного замечания старейшины все называли его дом только замком.

В конце декабря, несмотря на морозы за сорок градусов, Белов с двумя отделениями дружинников и большинством пленников, которым здорово «прокапал мозги», отправился в очередной «завоевательный поход». Он улыбался над этим определением, представляя, как будущие летописцы распишут огромную армию, тысячи воинов, во главе которых в ходе кровопролитных сражений коварный завоеватель захватил половину Булгарии. Сражений он устраивать не собирался, хотя с учётом предстоящих захватов часть Булгарии окажется формально под его правлением. На опыте он успел убедиться, что большинству горожан безразлично, кто числится правителем, лишь бы налоги не повышал да не вмешивался в личную жизнь. А если, как поступал Белов, устраивать торговлю недорогим товаром или делать подарки, горожане тебя полюбят надолго, пока товары не подорожают. Не зря именно в древности возникла поговорка об осле, гружённом золотом и способном захватить любой город. Пятнадцать саней в караване бражинцев были нагружены как раз товаром для продажи и подарками.

При въезде такого каравана под высокий берег города Верхнего даже не понадобились дальнейшие уговоры. Родные и близкие неудавшихся разбойников выбежали на лёд, кланялись бражинцам с просьбой о помиловании неудачников. Естественно, помилование последовало, после ставших традиционными требований предоставления аманатов. А старейшины трёх родов, чьими выходцами оказались бунтовщики, отправились в Булгар. Не в ссылку, конечно, а с поклоном царю Авару, с изъявлениями верноподданических чувств. С собой старейшины везли грамоту, написанную Беловым с помощью купцов, местными резами.

В письме Белов каялся, что захватил городки без злого умысла, в ответ на обиду, ему причинённую. И предлагал вернуть городки за выкуп, коего накопилось на сей день в пятьсот гривен. Сумму хитрец загнул невиданную, надеясь, что пройдёт альтернативное предложение. В нём Белов просил оставить городки ему в «кормление», обещая за них двойное ежегодное содержание, то бишь удвоенную сумму налогов царю Авару. Самим послам Белов обещал великолепные бонусы в случае успеха второго предложения, выдав авансом десять гривен на представительские расходы, однако на реальные результаты не рассчитывал. Кто из власть имущих отдаст свою территорию, да ещё неведомому пришельцу? Потому и направил в столицу Белов старейшин-предателей – казнят, так не жалко.

«Карательная» поездка затянулась на два месяца, однако удалось добиться желаемого результата. Сепаратисты из города Верхнего были замирены, в Бражинск отправлены два с лишним десятка подростков. Чтобы отвлечь скучающих зимой жителей купеческого городка от других глупостей, вроде нападения на соседей, Белову пришлось организовать срочное строительство мастерских. Три недели ушли на первичное оборудование ткацко-прядильной мастерской по изготовлению шерстяных тканей. Для мужчин организовали изготовление зажигалок (без кремня и бензина, для окончательной «сборки» в Бражинске) и строительство пилорамы по весне. Городские купцы смогут реализовывать свой товар без поездок в Бражинск, что давало им большую экономию во времени. Белов радовался такой ревности соседних городков ко всему, что приносит прибыль. Чем больше селений и людей будет вовлечено в новые производства, тем быстрее и неуклонней будет продвигаться технический прогресс, чего и добивался он своими новшествами.