Влюбленный мститель - Кейт Уолкер

— Мой брат тоже был таким. — Мерседес улыбнулась, вспоминая недавнюю свадьбу Хоакина и объявление, что он и его жена Кэсси ожидают первенца. — Но он все-таки женился.

— Ну, я не думаю, что Джейк изменит свое мнение. Кстати, ни одна из его пассий не задерживалась рядом с ним надолго. Я слышала, он бросил…

Слова застыли в воздухе, выражение лица Антонии резко изменилось. Она на краткий миг посмотрела на него, потом поспешно отвела взгляд, а у Мерседес от нервного предчувствия по спине забегали мурашки.

— Седее, — процедила Антония сквозь зубы, не смотри туда… он идет прямо к нам!

ГЛАВА ВТОРАЯ

Джейк сразу сказал себе, что будет держаться подальше от Мерседес Алколар. Ведь именно она — причина проблем его компании.

Да, она — причина всех проблем. И он не собирается ворошить это осиное гнездо, называемое семьей Алколар.

Но почему-то он не сдержался.

Один взгляд в ее сторону, и эта женщина овладела его мыслями — ее образ теперь постоянно стоял у него перед глазами. Он не мог стереть ее из памяти или отвлечься на что-то, как ни пытался.

Джейк осушил несколько бокалов, но первоклассное шампанское действовало на него, как водопроводная вода.

Он попытался пофлиртовать с самыми красивыми женщинами, присутствующими здесь, но интерес к ним пропадал после первых же оброненных им слов. Говоря с ними, он видел перед собой утонченные, изящные черты лица и большие темные глаза Мерседес Алколар.

Тогда Джейк решил, что ничего не будет делать, но и не вернется в главный танцевальный зал, где она все еще стоит с подругой. Он был уверен, что убедил себя, и вдруг, к его же великому изумлению, обнаружил, что находится в центре наполненной людьми комнаты, отыскивая среди гостей то единственное лицо…

— Смотрите на нашу экзотическую испаночку? заметил его собеседник, чьего имени Джейк даже не помнил.

Только самая красивая женщина с самыми совершенными чертами лица могла настолько просто укладывать волосы — собрать их назад в классический пучок и заколоть шпильками. С такой прической Мерседес Алколар выглядела сногсшибательно. Но как хотелось распустить ее волосы, чтобы они упали на ее плечи, почувствовать, как они касаются его лица…

— Правда, красотка?

Кажется, он ответил утвердительно, а может быть, только издал нечленораздельный звук, который мужчина воспринял как согласие. Но теперь Джейку уже было все равно, потому что он вдруг пошел ей навстречу, инстинктивно пробираясь сквозь людей, смотря только на ее лицо.

Она наблюдала, как он приближается к ней, не отрывая от него взгляда своих больших темных глаз. В горле у него пересохло от опасения, что выражение ее лица снова станет застывшим и она вновь посмотрит на него свысока…

Однако этого не произошло — она глядела немного настороженно, слегка опустив ресницы, но взгляд ее не прогонял его прочь.

— Тония…

Джейк услышал чей-то голос и понял, что он принадлежит Мерседес. С ее губ слетело единственное слово. Не сводя с него глаз, она прикоснулась к руке подруги, будто прося защиты.

Ее голос был тихим, слегка хриплым, с едва уловимым иностранным акцентом, и знакомое ему имя на это раз прозвучало как-то иначе.

— Вы — Мерседес Алколар? — произнес он громко и решительно, потому что больше всего на свете желал познакомиться с ней.

— Да, — ответила она по-испански.

Мерседес вздрогнула, услышав свой дрожащий, тихий голос — слабый и беззащитный, каким служанка отвечает хозяину.

Наблюдая за тем, как он подходит, она решила взять себя в руки и поклялась, что в этот раз не совершит ошибки — не отвергнет его, не позволит отвернуться и уйти, игнорируя ее.

Она заставила себя посмотреть ему в лицо, даже попыталась улыбнуться, что было излишне. У нее пересохло в горле, сердце учащенно забилось, потому попытка шепотом позвать Антонию не удалась, получилось намного громче, чем она ожидала.

— Вы — Мерседес Алколар? — сказал он.

Низкий, звучный голос мог принадлежать только ему, подумала Мерседес, с трудом подавляя дрожь, бегущую по ее обнаженной спине. Ее никогда особенно не привлекал английский язык, она считала его слишком грубым и суровым. Но голос этого мужчины натолкнул на мысль о густом, теплом меде, и у нее почему-то возникло необычное чувство, что она ждала всю жизнь, когда он произнесет ее имя.

Ее имя прозвучало из уст англичанина с безупречным испанским произношением, так, будто по ее коже пробежал легкий, ласкающий ветерок.

Она сразу же невольно улыбнулась и заметила ответный огонек в его глазах.

— Да. Меня зовут Мерседес Алколар.

Она увидела, как он слегка наклонил голову, услышав подтверждение, и его ясные голубые глаза, разглядывающие ее лицо, будто в знак признательности стали еще ярче.

— А я Джейк Тавернер, — сказал он. — Вы имеете отношение к Хуану Алколару… из корпорации «Алколар»?

— Он мой отец.

Джейк чуть откинул темноволосую голову и улыбнулся так, что ее беспокойство тут же рассеялось.

— Не хотите выпить, Мерседес Алколар? Или потанцевать?

— Я не думаю, что вы этого хотите.

Слова непроизвольно сорвались с губ, выдавая ее внутренний страх и вынуждая его угрожающе нахмуриться.

— Не хочу чего?

— Приглашать танцевать, — пояснила Мерседес, с отчаянием наблюдая, как Антония удивленно вытаращила глаза.

— Почему бы мне не хотеть?

— Мне показалось…

Как объяснить? Он ждал ответа молча и терпеливо, с едва заметной, непонятной улыбкой, и она поняла, что глупо бояться.

— Я думала, что… раньше… — она умолкла и увидела, как выражение его лица снова изменилось, голубые глаза приобрели тот же оттенок, как и в ту минуту, когда они впервые увиделись.

— Раньше я вел себя как дурак, — сказал он. — У меня было просто плохое настроение.

— А теперь оно изменилось?

Лицо Джейка Тавернера осветила широкая, великолепная улыбка. От потрясения она моргнула, чуть отступила назад, неловко переступая с ноги на ногу, чтобы удержать равновесие.

Он тут же протянул руку и крепко взял ее за локоть. Прикосновение его решительной теплой ладони к ее мягкой чувствительной коже обнаженной руки заставило ее затрепетать от чувственности.

— Только один час в году я могу вести себя как дурак. К сожалению, вы были этому свидетелем.

Больше такого не произойдет.

— А в следующем году?

— Нет… Так что у вас в распоряжении триста шестьдесят четыре дня, когда я полностью благоразумен. Так вы потанцуете со мной?

Мерседес заметила, как у него за спиной Антония неистово жестикулирует, энергично кивая ей, призывая принять приглашение. Но образ подруги, да и всех людей вокруг, померк, перед ее взором было только потрясающее мужское лицо, наполненное сдержанностью, и эти действующие на нее гипнотически горящие голубые глаза.