Проект «Посмертие» - Макс Васильевич Макеев

мужчина средних лет. – На сколько я понял, ваша технология позволит достигнуть цифрового бессмертия, верно?

– Да, – коротко и уверенно ответил Лекс. – Давайте я для начала представлюсь. Меня зовут Александр Любимов, я инженер корпорации «Заслон». У меня тут приготовлена презентация, и через пару минут я смогу продемонстрировать уникальность моей разработки.

– Не стоит, – внезапно сказала девушка, одна из спонсоров. – Но представиться будет приятной взаимностью. Меня зовут Мария, прошу так ко мне и обращаться. Я руководитель группы компаний, специализирующихся на медицине и биологических исследованиях. В том числе на продлении жизни.

Мария была крайне красивой девушкой. На вид лет двадцать пять, и если ей в действительности больше, то компания определенно делает успехи в своей области. Брюнетка с яркими серыми глазами, которые подчеркивал темный макияж. На ней был удлиненный красный жакет поверх черной рубашки и брюк.

– Согласен, Мария права, – добавил мужчина, который начал беседу. – За последние пару лет я успел насмотреться крутых презентаций. Взгляните сюда, взгляните туда… скоро наши технологии дойдут до нужного уровня, – мужчина махнул рукой. – Ах да, меня зовут Михаил, и раз уж только по именам, этого будет достаточно. Моя компания занимается аграрным сектором. От выращивания пшеницы до вырубки и посадки лесов.

Черные волосы с редкой сединой, аккуратная борода и голубые глаза. Строгий черный костюм, галстук с дорогим зажимом из платины, часы, несколько дорогих перстней и очень простое, казалось, сделанное из недрагоценного металла кольцо.

– Меня можете звать Сэм, – сказал третий и… больше ничего не добавил.

Футболка с каким-то круглым логотипом, которого он до этого никогда не видел, полуспортивные серые штаны и кроссовки. Темные очки скрывали глаза, слегка взъерошенные волосы, словно наспех высушенные после мытья. Он жевал жвачку и, казалось, вообще не был заинтересован в этой встрече или технологии.

– Что ж, вот и познакомились. Теперь расскажи, что в твоей технологии уникального, – продолжал Михаил. – Как я уже сказал, многие сейчас спекулируют на вечной жизни, но пока я не нашел ни одного рабочего прототипа.

– Прошу, объясняйте простыми словами. Это покажет, что вы понимаете то, о чем говорите на высоком уровне, – добавила Мария.

– Хорошо, – ответил Лекс и начал объяснять.

Идея проста и работает даже без сверхтехнологий и понимания, что есть личность, самосознание и прочее. В виртуальном мире создается персонаж, связанный с мозгом человека. Взаимодействия с окружением в виртуальном мире передаются в биологический мозг, там они обрабатываются как реальные, а затем обработанная информация возвращается в виртуальный мозг. Так постепенно можно скачать все воспоминания, опыт, мысли. Когда уровень вовлеченности биологического мозга достигнет нуля, человек полностью переходит на работу виртуального.

– То есть вы, по сути, схитрили? – спросила Мария. – Вместо того, чтобы разобраться во всех взаимодействиях нейронов головного мозга, вы просто даете ему поработать под копирку?

– Именно. Изначально переносится только основа. Ходить, говорить, моргать, дышать. Нервная система, кровеносная, кости, мышцы… все это примерно одинаковое. На этой основе виртуальный человек начинает взаимодействовать с миром, обрабатывая реальный опыт параллельно с виртуальным.

– Чем это отличается от копирования? – спросил Михаил.

– В мозге около восьмидесяти шести миллиардов нейронов и сотни триллионов их соединений. При этом, мы до сих пор не знаем точно, как они формируют сознание, – ответил Лекс. – Даже если скопировать весь мозг, вплоть до последнего атома в компьютер и заставить работать, мы не получим того же самого человека… потому что виртуальный мозг будет работать относительно заранее заданных алгоритмов программы.

– А ваш метод использует реальный мозг для создания своей виртуальной версии. По сути, он сам пишет программу, – Михаил задумался, но, похоже, был доволен ответом.

– Сколько времени займет перенос? – спросила Мария. – Как понять, что он окончен? Вы сказали «дойдет до нуля». Что именно?

– Программа будет сверять данные из биологического мозга с уже имеющимися в виртуальном, но по времени, без экспериментов я сказать не могу. Месяцы, возможно, годы, – Лекс сделал паузу. – Виртуальный мозг, в конечном счете перестанет нуждаться в биологическом. Это и будет нулевой точкой.

– Существует также морально-этическая сторона и психологическая, – внезапно заявила Ника, чем слегка напрягла Лекса. – Если вырвать человека из реальности и закинуть в виртуальный мир, это может его сломать. Мы до сих пор не знаем, что такое сознание… эффект от такого переноса может стать пыткой, а не спасением…

Воцарилась тишина. Ее слова сильно задели Лекса, и не без причины. Безусловно, он знал, что эти проблемы могут возникнуть, но его способ задумывался как плавный и защищенный от ошибок, которые сопровождают перенос сразу всей структуры сознания. Вот только спонсорам это будет сложно доказать на теоретической модели. Последний вопрос про время и так сильно его напугал, а тут еще Ника со своей этикой.

– Меня не особо волнует этика или мораль, – сказал Сэм, до этого сидевший молча. – Оба этих понятия ограничены временем, в котором они используются. То, что считалось нормой два века назад, сейчас табу, и наоборот. А вот психологический аспект – это да… и кстати. Вы не представились.

– Меня зовут Вероника. Я программист корпорации «Заслон», – голос Ники дрогнул после взгляда на Лекса. – Я не против этого проекта, но мой брат – инженер. Он мыслит чертежами и графиками, забывая, что мы говорим о живом человеке. Я не сомневаюсь в его разработках, но… чем будет его виртуальная копия?

Вновь воцарилась тишина, в которой отчетливо слышалось, как Сэм, кем бы он ни был, жует жвачку. Лекс злился все больше. Одно дело не соглашаться с ним относительно Нади. Да, она имела на это право, но буквально саботировать проект… Ему потребовалось немало усилий, чтобы сохранить невозмутимый вид и не сорваться.

– Согласна, – Мария нарушила тишину. – Есть неоднозначные моменты, но их можно решить с привлечением психологов, биологов, юристов. Куда важнее для проекта техническая и финансовая части. Как я понимаю, стоить такой перенос будет не дешево?

– Да. Медицинское оборудование и вычислительные системы, в том числе квантовые процессоры, уже разработаны нашей корпорацией, но в таком виде они не подойдут. Изменить их не сложно, а вот производить довольно дорого. Я могу озвучить основные этапы подготовки…

Лекс стал перечислять необходимые элементы. Первый – это сам мозг. Второй – это измененный прибор, разработанный в корпорации «Заслон», который способен считывать деятельность нейронов. Сейчас его основное назначение – выявление проблем со здоровьем и проведение исследований мозговой деятельности. Он совмещает в себе возможности магнитно-резонансной томографии и электроэнцефалографии, позволяющий детально увидеть работу мозга в высоком разрешении. Для проекта необходимо добавить к нему возможность не только считывать, но и передавать информацию. Тогда он станет связующим звеном