Книга жизни и мудрости Вивиана Вивианова. Подлинные записки видного поэта андерграунда. Книга вторая - Анатолий Курчаткин

Сегодня много размышлял о месте культуры в России. Пришел к мысли, места для культуры в России много, а вот самой культуры недостает.

Странно было бы при размерах России, чтобы для культуры не было места. Но надо же его и заполнить! В этом-то и вся загвоздка. Где при таких размерах взять столько культуры? Приходится оставлять место пустым. А незасеянное поле зарастает чертополохом – известное дело.

При советской власти, чтобы поле не пустовало, строили дома культуры и разводили там художественную самодеятельность. Плодоносила художественная самодеятельность плохо, но ведь не в урожае же дело. Главное, чтобы сорняк не лез.

Теперь дома культуры отданы под торговые центры, кое-где даже под обычные рынки, и сеять негде. Получается, места для культуры в России много, но места разместиться ей нет.

Не понимаю, каким образом пришел к подобному выводу. Кажется, это называется софистикой. Или логистикой[3]. Не знаю точно. У нас в Институте культуры ни того, ни другого не преподавали. До всего пришлось доходить своим умом.

По этому поводу написалось стихотворение:

Как необъятна ты, моя Родина!

Сколь велика ты и как державна!

Жить в тебе счастливо, радостно, славно.

Но почему кое в чем ты такая уродина?

Очень хорошее получилось стихотворение. Жаль только, что опять негде будет напечатать. Сплошной базар на месте культуры.

Российская история знает много достижений. У нас было государство Киевская Русь, через которое пролегал путь из варяг в греки. Варяги, чтобы пройти в греки, нуждались в нас, а греки, если бы не мы, сплошь стали варягами, и на месте Византии еще в одиннадцатом веке появилась бы Скандинавия. Таким образом, можно сказать, что Османская империя возникла на карте мира благодаря нам; не мы бы, так никакой Турции не существовало и в помине.

Позднее мы заслонили собой Европу от нашествия степи, – это известно всем. Сами жили двести лет в иге, не развивались и даже одичали, но степняков в Сорбонну и Оксфорд не допустили. А могли бы изобрести паровой двигатель поперед англичан и стать во главе мирового прогресса.

Еще мы колонизировали Урал с Сибирью и тем способствовали завершению эпохи географических открытий.

Америка бы тоже была наша, но по причине нашего поистине безграничного великодушия мы решили, что и другим народам следует где-то жить.

Прорубивши окно в Европу, мы принесли в нее много полезного и ранее неизвестного ей. Научили, например, делать мясо по-строгановски. А также запрягать лошадей тройкой. До тройки европейцы, сколько ни думали, сами додуматься никак не могли.

Но самое большое достижение российской истории – это, конечно, построение развитого социализма в отдельно взятой стране. Успешно построив его, мы явили миру такой пример, что теперь любая страна будет оглядываться на нас и сверять свой путь с нашим, чтобы не дай Бог его не повторить. Тут мы смело можем сравнить себя с путеводной звездой, по которой корабли ориентируются в открытом океане, чтобы не заплыть куда не следует.

В настоящее время российская история успешно стремится к новым достижениям. Наш российский капитализм уже стал самым диким капитализмом в мире и продолжает дичать дальше. Наши политики – самые коррумпированные политики, наши чиновники – самые хорошо ворующие чиновники, наши бандиты – самые безнаказанные и наглые.

Оглянешься на тысячелетнюю историю России – и понимаешь: есть чем гордиться русскому человеку!

Отчего у мужчины растут борода и усы, а у женщины – нет?

Все-таки женская эмансипация не одержала еще окончательной победы.

Зачем человеку столько болезней? Одного гриппа видимо-невидимо видов!

Будь я господом Богом, обошелся бы венерическими заболеваниями. Уж заболел – так за дело. А то ни что ни про что – и страдай.

В юности думал: вот бы человеку не нужно было есть. Сколько бы у него сразу освободилось времени!

Теперь понимаю: а чем бы он занимался в жизни, если б не добывал еду? Благодаря необходимости есть человеческая жизнь полна содержания и смысла.

Ученые утверждают, Вселенная бесконечна.

Готов допустить вероятность этого факта.

Но кто бы мне объяснил, что такое – бесконечность? Все, что существует, то конечно: материальное в пространстве, живое во времени. Бесконечно только то, чего нет. Что не существует. Что – ничто.

Так, во всяком случае, подсказывает мне жизненный опыт и ум, которым я от природы не обделен.

Получается, Вселенная – это ничто? Зеро, черная яма, дырка от бублика, которого тоже нет?!

Решительно не могу согласиться с таким заключением ученых.

Тогда, однако, следует, что Вселенная имеет предел – нечто вроде забора, и за этим забором находится уже не Вселенная.

Что начинается за Вселенной – вот вопрос! Как оно называется? Сумей ученые это определить – и все в нашем представлении о мироздании встало бы на свои места.

Но наши ученые, может быть, хорошие физики, однако очень плохие лингвисты, и до сих пор не нашли нужного слова. Так и живем по их воле в неопределенности, не имея о мироздании достоверного, точного знания.

Недавно листал одну книгу о современных масонах и увидел там свое имя. Выяснил для себя, что я видный член этой организации и обладаю в ней большим авторитетом и властью. Провожу своих людей в депутаты, назначаю министров и руковожу действиями правительства. Не сумел еще только подмять под себя самого президента.

Очень порадовался своей славе. Если бы еще назначенные мной министры платили мне комиссионные за свое назначение! А одной славой жить трудно. Ни курочки на обед не купишь, ни новых башмаков вместо сносившихся.

Михайла Шеин

Был такой во времена Смуты, боярин и воевода. Рубака – ужас какой. Возглавлял оборону Смоленска, выстоял против поляков двадцать месяцев. В плену вел себя тоже недурно, заставил бывших врагов относиться к себе с почтением и уважением. Восемь лет просидел в плену, вернулся – и снова стал покрывать себя подвигами и славой. Одним словом – опора трона, слуга царю. А и отец солдатам: в новую русско-польскую войну послали отбивать у неприятеля все тот же Смоленск, попал с войском в ловушку – выговорил условием капитуляции сохранение жизни всем своим ребятушкам и беспрепятственное возвращение в родную Московию.

За что по возвращении и был казнен. Отрубили голову на Лобном месте и показали всему честному народу: а чтоб неповадно было о смерде заботиться, всех нужно было костьми положить! Солдат русская баба еще нарожает, а славу Родине так просто не добудешь.

Жалко, конечно, Михайлу Шеина. Но должен же был понимать, в чем состоят интересы Отечества!

Литература в человеческой жизни занимает важное место. Она помогает человеку заполнить его досуг. Ее можно читать в поездах дальнего следования, электричках, метро и при желании даже троллейбусах. Также она позволяет человеку образовываться, расширяя свой кругозор. Показывает ему на примере художественных образов, что такое нравственная высота, а что низость. Заставляет переживать за выдуманных людей, заставляя тем самым забывать о собственных горестях.

У литературы, однако, есть большой недостаток. Читая, приходится не просто напрягать зрение, а бегать глазами по строчкам, – занятие однообразное и оттого утомительное. Некоторые от чтения книг до того утомляются, что им выписывают их на ночь как снотворное. Кроме того, писатели, стремясь показать себя людьми умными, а то и образованными, пишут иногда до того сложно, что чтение их превращается в труд потяжелее любого физического. А что же это за досуг, если тебе приходится проводить его рабом на каменоломнях Рима?

В этом смысле театр весьма выгодно отличается от литературы. Глаза, разумеется, тоже приходится напрягать и даже скакать взглядом с одного актера на другого, но все же актеры живые люди и своими размерами значительно превосходят типографский шрифт. Ко всему тому, ни один спектакль не длится так долго, как приходится читать самый завалящийся тощий детективчик. В семь вечера начало, в половине десятого конец. И это вместе с антрактом, во время которого еще сходишь в буфет и согласно древнеримской формулы жизни[4] удовлетворишь свои потребности из ее первой части.

Кино – это тот же театр. С той разницей, что буфет там вынесен не в антракт, а перед началом сеанса.

Имея столь очевидные преимущества перед литературой, театр с кинематографом выполняют те же самые функции: помогают человеку убить его свободное время, развлекают и забавляют, напоминают о вечных истинах, о которых он в реальной жизни давно забыл, и, рассказывая о чужих несчастьях, ненавязчиво убеждают его, что можно еще пожить и ему самому.