Как украсть драконье (сердце) пламя - Елена Боброва

разбежаться, раскинув руки, что я и сделала, когда отошла подальше от дороги. Свобода! И солнце мое, и небо, и эти золотые пшеничные колосья, и эта горячая сладко пахнущая земля! Все мое!

Искорка вторила моему смеху, хихикая внутри, она тоже радовалась свободе и яркому жаркому солнышку.

Холм издалека виделся тяжелым для подъема, но вблизи оказался вполне удобным. Карабкаясь, поняла, что не зря таскала тяжелые подносы с утра до вечера. Спина, руки, ноги были крепкими и не подводили. Забралась на высоту играючи. Повернулась и застыла.

Вид был захватывающим, у меня на самом деле перехватило дыхание. Поле, по которому я шла было, как на ладони, и поблескивало золотистым покровом. Деревня моя казалась отсюда крошечной. Далеко я ушла, а солнышко еще к закату не клонилось. И пусть идти мне далеко, и я не знаю, что меня там ждет, но сейчас, в эту минуту я лечу свободной птицей над бескрайней землей. Дышу, улыбаюсь, живу!

Насмотревшись на вид с холма, повернулась к лесу. Он казался довольно темным, особенно на контрасте с солнечным полем. Зато в лесу прохладнее, устала от жары. Хотелось посидеть немного в тени и перекусить. Страшновато было, конечно, заходить в густую сосновую чащу, но Искорка меня успокаивала. Говорила, что к моему огню никакой зверь не подступится. Если и заночую в лесу, ничего страшного не случится. Я привыкла доверять своей Искорке, поэтому собралась с духом и пошла вперед.

Лес встретил меня блаженной прохладой, которая остудила мою нагревшуюся от волнений и палящего солнца кожу. Я глубоко вдохнула хвойный запах и шумно выдохнула, аж голова закружилась. Пройдя немного вглубь леса, услышала тихое журчание лесного ручья. Нашла, где бежит водичка, и с огромным удовольствием умылась. Как хорошо!

Перекусила пирогом, который купила на рынке. С матушкиными, конечно, не сравнить, но мне нравится пирог со вкусом свободы. Долго сидеть не стала, легко поднялась и пошла по лесу дальше. Лес был густой и темный, что казалось уже смеркается. Шла, пока могла разглядеть хоть что-то под ногами, потом наткнулась на небольшую полянку, развела там с помощью Искорки большой костер, хвороста в лесу видимо-невидимо, постелила небольшой плед и, положив руки под голову, быстро уснула.

Ночь прошла, как одно мгновение. Не зря говорят, что на свежем воздухе отлично спится. Спать было не страшно, Искорка постоянно поддерживала костер. Он горел ярко и грозно трещал, выпуская снопы искр, стоило какому-либо зверю лишь повести носом в нашу сторону. Мне было тепло и спокойно всю ночь.

Проснувшись от первого щебетания птиц, я сладко потянулась. Сев, поблагодарила подругу за спокойный сон и протянула ей руку. Как только Искорка вернулась ко мне, костер начал затухать, огонь стал выглядеть мирно и устало. Я допила и доела все, что у меня с собой было и решила, что теперь можно и к людям выбираться, запасы пополнить. Искорка снова подсказала направление.

Выбравшись из леса, увидела ровную дорогу и отправилась по ней. Подумала, что, судя по глубоким бороздам, по ней явно часто проезжают тяжелые телеги. И не ошиблась. Меня нагнала смирная лошадка, запряженная в обычную деревенскую телегу, на которой ехал мужичок, заросший настолько, что не было понятно, сколько ему лет, но не шибко молодой, скорее постарше. Да и его хрипловатый голос подтверждал немалый возраст.

— Девонька, далече идешь? Можа подвести?

— А вы куда едете?

— В деревню Соленое Озеро, слыхала про такую?

— Конечно, — не то, чтобы слышала, но зато теперь увижу. — Туда и собиралась.

— Садись, милая, вмиг домчим.

Я залезла на телегу, которая и хода не сбавила, а продолжала медленно-медленно двигаться вперед, мерно покачиваясь на колдобинах.

— Ты что ж это одна по дорогам бродишь, случилось чегой-то?

— Все хорошо, путешествую я, — ответила мужичку.

— Одна?

— Не совсем, — сказала уклончиво, мало ли.

— Понятно. Сиротка значится, таких сейчас по миру много бродит. А все треклятые драконы, чтобы у них глотки окаменели! — удивленно посмотрела на мужичка, а он согнулся еще сильнее и грустно шмыгнул носом.

— У вас что-то случилось? — мне стало очень жаль его, от сгорбленной фигуры повеяло тяжким горем.

— Сынок, — только и ответил мужичок и замолчал.

А я задумалась. Возможно, именно поэтому охотников отправили на поиски драконов. Наверно у того самого непримиримого заказчика кто-то погиб, вот он и решил отомстить. Что ж, не у него одного. Мое сиротское сердце тоже требует отмщения за родителей. За их лютую погибель. Мой тяжкий вздох вторил настроению возницы.

Дальше разговор не вязался, под мерное покачивание телеги я задремала, а когда проснулась, мы уже въезжали в большую, оживленную деревню.

Глава 4. Деревенские легенды

— Благодарю! — сказала вознице, легко соскакивая с телеги.

— Не хворай! — попрощался мужчина.

Очевидно, я оказалась на центральной улице, осмотрелась и тут же заприметила самый большой и крепкий дом. Это точно либо таверна, либо дом старосты. Подошла поближе, по шуму и вкусным запахам убедилась, что первый вариант верный.

Зайдя внутрь, будто дома оказалась. За одним из столиков крикнули: «Девушка!», и я чуть было не дернулась идти и принимать заказ. Потом моргнула раз, другой, кто-то толкнул меня в спину, со словами: «Чего на входе стала», и пошла к свободному столу, рассчитанному на небольшую компанию, удачно пустующему в уголке.

Ко мне не скоро подошла усталая девушка, людей в таверне было предостаточно. Как раз обеденное время. Попросила принести самое вкусное, что есть, и сразу щедро заплатила, чтобы вызвать доверие и нормально пообедать. Знаю я, как настораживают приезжие гости, особенно одинокие.

Стол мой в один миг был уставлен всякой всячиной. Мне принесли и пироги, которые я в итоге завернула с собой, и густую ароматную похлебку, и мелкую речную рыбку, поджаренную до золотистой корочки, и даже салат из каких-то корешков и трав. Кувшинчик холодного молока и пышная горячая булка завершали трапезу. Ела я долго и с удовольствием. В кои-то веки не хватала в спешке, торопясь к посетителям.

Дальше решила прогуляться по местному рынку, поглазеть на товары и погреть уши. Рынок нашла очень быстро, как и таверну до этого. В этой деревне удачно располагались улицы, все самое нужное и интересное было в центре. Впрочем, и в нашей Золотаревке было так же.

Глаза разбежались, стоило мне зайти на рынок. Чего здесь только не было, особенно мне понравились цветастые платки, которые я обычно повязывала, работая в таверне. Разнообразные узоры с множеством символических значений завораживали. В основном, конечно, их делали защитными, но бывали и те, что могли привлечь