Том 3. Стихотворения 1866-1877 - Николай Некрасов

Пальцов

Куда ж девались люди эти?

Миша

Бог весть! Я не встречаю их.Их песня спета — что нам в них?Герои слова, а на деле — дети!Да! одного я встретил: глуп, речистИ стар, как возвращенный декабрист.В них вообще теперь не много толку.Мудрейшие достали втихомолкуТакого рода прочные места,Где служба по возможности чиста,И, средние оклады получая,Не принося ни пользы, ни вреда,Живут себе под старость припевая;За то теперь клеймит их иногдаПредателями племя молодое;Но я ему сказал бы: не забудь —Кто выдержал то время роковое,Есть отчего тому и отдохнуть.Бог на помочь! бросайся прямо в пламяИ погибай…Но, кто твое держал когда-то знамя,Тех не пятнай!Не предали они — они усталиСвой крест нести,Покинул их дух Гнева и ПечалиНа полпути…

Еще добром должны мы помянутьТогдашнюю литературу,У ней была задача: как-нибудьНамеком натолкнуть на честный путьК развитию способную натуру…Хорошая задача! Не забыл,Я думаю, ты истинных светил,Отметивших то время роковое:Белинский жил тогда, Грановский, Гоголь жил,Еще найдется славных двое-трое —У них тогда училось всё живое…

Белинский был особенно любим…Молясь твоей многострадальной тени,Учитель! перед именем твоимПозволь смиренно преклонить колени!

В те дни, как всё коснело на Руси,Дремля и раболепствуя позорно,Твой ум кипел — и новые стезиПрокладывал, работая упорно.

Ты не гнушался никаким трудом:«Чернорабочий я — не белоручка!» —Говаривал ты нам — и напроломШел к истине, великий самоучка!

Ты нас гуманно мыслить научил,Едва ль не первый вспомнил об народе,Едва ль не первый ты заговорилО равенстве, о братстве, о свободе…

Недаром ты, мужая по часам,На взгляд глупцов казался переменчив,Но пред врагом заносчив и упрям,С друзьями был ты кроток и застенчив.

Не думал ты, что стоишь ты венца,И разум твой горел не угасая,Самим собой и жизнью до концаСвятое недовольство сохраняя, —

То недовольство, при котором нетНи самообольщенья, ни застоя,С которым и на склоне наших летПостыдно мы не убежим из строя, —

То недовольство, что душе живойНе даст восстать противу новой силыЗа то, что заслоняет нас собойИ старцам говорит: «Пора в могилы!»

Грановского я тоже близко знал —Я слушал лекции его три года.Великий ум! счастливая природа!Но говорил он лучше, чем писал.Оно и хорошо — писать не время было:Почти что ничего тогда не проходило!Бывали случаи: весь векСчитался умным человек,А в книге глупым очутился:Пропал и ум, и слог, и жар,Как будто с бедным приключилсяАпоплексический удар!

Когда же в книгах будем мы блистатьВсей русской мыслью, речью, даром,А не заиками хромыми выступатьС апоплексическим ударом?..

Перед рядами многих поколенийПрошел твой светлый образ; чистых впечатленийИ добрых знаний много сеял ты,Друг Истины, Добра и Красоты!Пытлив ты был: искусство и природа,Наука, жизнь — ты всё познать желал,И в новом творчестве ты силы почерпал,И в гении угасшего народа…И всем делиться с нами ты хотел!Не диво, что тебя мы горячо любили:Терпимость и любовь тобой руководили.Ты настоящее оплакивать умелИ брата узнавать в рабе иноплеменном,От нас веками отдаленном!Готовил родине ты честных сыновей,Провидя луч зари за непроглядной далью.Как ты любил ее! Как ты скорбел о ней!Как рано умер ты, терзаемый печалью!Когда над бедной русскою землейЗаря надежды медленно всходила,Созрел недуг, посеянный тоской,Которая всю жизнь тебя крушила…

Да! славной смертью, смертью роковойГрановский умер… кто не издевалсяНад «беспредметною» тоской?Но глупый смех к чему не придирался!«Гражданской скорбью» наши мудрецыПрозвали настроение такое…Над чем смеяться вздумали, глупцы!Опошлить чувство силятся какое!Поверхностной иронии печатьМы очень часто налагаемНа то, что должно уважать,Зато — достойное презренья уважаем!Нам юноша, стремящийся к добру,Смешон восторженностью странной,А зрелый муж, поверженный в хандру,Смешон тоскою постоянной;Не понимаем мы глубоких мук,Которыми болит душа иная,Внимая в жизни вечно ложный звукИ в праздности невольной изнывая;Не понимаем мы — и где же нам понять? —Что белый свет кончается не нами,Что можно личным горем не страдатьИ плакать честными слезами.Что туча каждая, грозящая бедой,Нависшая над жизнию народной,След оставляет роковойВ душе живой и благородной!

Да! были личности!.. Не пропадет народ,Обретший их во времена крутые!Мудреными путями бог ведетТебя, многострадальная Россия!Попробуй усомнись в твоих богатыряхДоисторического века,Когда и в наши дни выносят на плечахВсё поколенье два-три человека!

Как ты меня, однако ж, взволновал!Не шуточное вышло излиянье,Я лучший перл со дна души достал,Чистейшее мое воспоминанье!Мне стало грустно… Надо попадать,По мере сил, опять на тон шутливый…. . . . . . . . . . . . . . . . . . . .

(В лесу раздается сигнальный выстрел и вслед за тем крики, трещотки, хлопушки. Охотники поспешно расходятся на свои нумера и становятся на стороже, со взведенными штуцерами…)

Песня о труде*

Кто хочет сделаться глупцом,Тому мы предлагаем:Пускай пренебрежет трудомИ жить начнет лентяем.

Хоть Геркулесом будь рожденИ умственным атлетом,Всё ж будет слаб, как тряпка, онИ жалкий трус при этом.

Нет в жизни праздника тому,Кто не трудится в будень.Пока есть лишний мед в дому,Терпим пчелами трутень;

Когда ж общественной нуждыПридет крутое время,Лентяй, не годный никуды!Ты всем двойное бремя.

Когда придут зараза, мор,Ты первый кайся богу,Запрешь ворота на запор,Но смерть найдет дорогу!..

Кому бросаются в глазаВ труде одни мозоли,Тот глуп, не смыслит ни аза!Страдает праздность боле.

Когда придет упадок сил,Хандра подступит злая —Верь, ни единый пес не вылТоскливее лентяя!

Итак, о славе не мечтайНе будь на деньги падок,Трудись по силам и желай,Чтоб труд был вечно сладок.

Чтоб испустить последний вздохНе в праздности — в работе,Как старый пес мой, что издохНад гаршнепом в болоте!..

Песня («Отпусти меня, родная…»)*

Отпусти меня, родная,Отпусти не споря!Я не травка полевая,Я взросла у моря.

Не рыбацкий парус малый —Корабли мне снятся,Скучно! в этой жизни вялойДни так долго длятся.

Здесь, как в клетке, заперта я,Сон кругом глубокий,Отпусти меня, родная,На простор широкий,

Где сама ты грудью белойВолны рассекала,Где тебя я гордой, смелой,Счастливой видала.

Ты не с песнею победнойК берегу пристала,Но хоть час из жизни беднойТоржество ты знала.

Пусть и я сломлюсь от горя,Не жалей ты дочку!Коли вырастет у моря —Не спастись цветочку

Всё равно! Сегодня счастье.Завтра буря грянет,Разыграется ненастье,Ветер с моря встанет,

В день один песку нагонитНа прибрежный цветикИ навеки похоронит!..Отпусти, мой светик!..

Человек сороковых*