Девять этажей вниз - Елена Северная

то план не выполним, премии не будет, а без премии пусть кто-то другой работает на такой работе».

А тебе их еще и возвращать потом. Особенная ирония: когда клиент, которого уговаривали взять кредит, его возвращать не хочет.

Хоронишь себя и своих коллег в бумажках, не видя свежего воздуха, родных, что уж говорить о мире: Индии, Индонезии, Южной Африке.

Написать хотя бы книгу. Сделать карьеру хотя бы фотографа. Научится рисовать.

Научится бы снимать фильмы?

А я что, Тарантино? Зачем это мне?

Вот – где нужно время. А времени на это нет.

***

И пишу в дневнике, запрятанном между листами кредитного дела:

«Я сказала Вселенной: «Нет!» – и упала на горячий песок.

Песок заскрипел на зубах, согрел мою холодную пустую душу и проник прямо к небьющемуся сердцу, заставляя его работать.»

Паспорт, код, справка о зарплате…

«Через несколько секунд, я открываю глаза.

Яркое солнце ослепило и выжгло их до самого дна.

На мгновение теряю ориентацию, опираюсь высохшей шершавой рукой на мелкий струящийся песок. Постепенно прихожу в себя.»

Паспорт, код, справка о зарплате…

Листаю дела на выдачу кредитов.

«Все еще ослепленная, поднимаюсь на ноги. Каблуки глубоко погружаются в песок. И прозреваю.

Песок. Песок. Песок.

Голубое небо.

И песок.

Тишина. Неподвижность.

Барханы. Барханы наваливаются на меня как волны, как море.

Утонуть в неподвижности и молчании.

Скрип песка от моих ног.

И больше никого. И больше ничего.

Дыхания нет.

Сердце не бьется.»

Паспорт, код, справка о зарплате…

Паспорт, код, справка о зарплате…

«Поднимаюсь на одну гору песка и вижу еще сотни таких же гор.

Слежу за Солнцем: оно еще дальше, еще выше. Еще жарче и нестерпимей.

Шаг за шагом проходят дни одиночества, ночи беспробудного сна.

Минута за минутой, песчинка за песчинкой теряю счет.

Солнце каменным молотком бьет по одному и тому же окровавленному месту.

И я уже не могу встать.

И я уже даже не могу ползти.

И я уже даже не открываю глаза.

И не молю Кассиопею о помощи.»

Паспорт, код, справка о зарплате.

Паспорт, код, справка о зарплате…

Паспорт, код, справка о зарплате…

Странные фамилии.

Редкие места рождения. Разные. Далекие и близкие. Из больших городов. Из маленьких поселков.

Но все здесь, в этом Богом забытом месте. А где-то далеко – наверное такие же, но с нашим местом рождения.

Раскидало людей, перетасовало, как в колоде карт.

Но все с нужным паспортом.

Но вдруг – место рождения ЮСА. И совсем другой паспорт. Как же.

Всех иностранцев – долой.

Пускай кредиты у себя берут. В той стране, чей паспорт.

Паспорт, код, справка о зарплате.

***

«Вспоминаю разговор в маршрутке бабушки и внука:

– 

А знаешь, какие реки ты знаешь?

– 

Днепр.

– 

А еще какие?

Маленький внук думает.

– 

Больше не знаю.

– 

Бывают другие реки. Славянка, Дунай, Буг.

– 

Это что за чудо такое?

– 

Разные они бывают. Широкие, как Днепр, и узкие, как маленький ручеек. Их можно даже перешагнуть, но это все равно будет река.

– 

А у нас под подъездом, после дождя, это тоже река?

Бабушка смеется.

– 

Нет, это – океан.

***

Ксерокопии, Ксерокопии, Ксерокопии.

Паспорт, код, справка о зарплате.

В паспорте не вклеено второе фото – на доработку.

Паспорт – копия, заверенная клиентом и работником.

Код – копия, заверенная клиентом и работником.

«Копия верна», дата, подпись, фамилия, инициалы. Для работника – еще и должность. Это если делать правильно.

Нет – на доработку.

Нет прописки – отказ.

Другая область – отказ.

Лицо не внушает доверия – в отдел безопасности с просьбой уделить особое внимание.

То же – о справках про заработную плату – странная подпись, несуществующая фирма. Отказ.

«Он подобрал меня на пятый день, закутанный в черную длинную просторную одежду с черным платком на лице. Сверкая ярко голубыми глазами.

Смочил высохшие губы водой.

Накрыл поломанные сухие волосы.

И посадил впереди себя на черного арабского коня, обнял и увез из Пустыни.»

Паспорт, под , справка о зарплате.

Зарплата в размере прожиточного минимума, минус налоги, минус коммунальные платежи, минус деньги на проживание, минус ежемесячный платеж по кредиту.

Странно.

Хватает.

Класс А. Можно выдавать.

На что кредит? Лечение.

Возраст? Предпенсионный. Хорошо. Пенсионеры всегда платят, в отличие от молодых. Воспитание не то. Хотя скоро молодые станут пенсионерами и они перестанут платить.

Вот Центр удивиться, когда узнает, что оказывается можно прожить на минимальную зарплату, оплачивать коммунальные, помогать детям, кушать, одеваться, ездить по дачам, и при этом еще и кредит платить!

Нет. Отказ.

Звонит экономист с отделения, объясняет: не надо ей отказывать.

Объясняет: у нее 8 соток, капельное орошение, теплицы, выплатит в течении полугода – в сезон. Просит: можно выдать?

«Ладно, может быть.»

Говорю: высылай документы на землю. Дело – на доработку.

Паспорт, код, справка о зарплате.

Отдаю дела девочке, чтобы разнесла по службам.

И вдруг в кабинете никого не остается. Все разбежались.

И тишина.

И вспоминаю: “Тишина.

на 10 метров вокруг – тишина.

Лают собаки, и ветер обнимает тело.

Никого нет.

Никто и не придет.

И холодными пальцами набираю бессмысленный смс: «Почему же? Где же ты? Зачем ты меня так?»…

…Не отвечает…

Кашляю в кулак.

Первое свидание не состоялось. ,

Можно уходить.”

И отбираю дела на кредитный.

Паспорт. код, справка о зарплате, замечание юриста, безопасности, оценка финансового состояния, проект решения – на кредитный.

Что еще?

Пару автомобилей, пару квартир, юридическое дело.

Смотреть?

Нет. Перекур.

Встаю. Ноги, как на воздушных подушках – пересидела.

***

«Так не сказав и слова, он оставил меня перед пустынным ночным городом.

– 

Кто ты? – спросила я его.

Он посмотрел на меня, на Восходящее Солнце за Пустыней, потом на черные тучи за Городом, развернулся и, так и не ответив мне, ускакал назад в Пустыню.

А где-то на противоположной стороне Города – начиналась Гроза.»

***

Гроза все не утихала.

Он, странный Пьяный человек, сидел напротив, за столом, обставленным пустыми стопками, полуопустошенными графинами водки, и курил. Пускал перистые облака в стратосферу шумной кафешки.

Смотрел на меня.

Между затяжек говорил:

– 

Часто ли получается так, как ты хочешь?

Исподлобья через опущенную на лицо челку отвечаю:

– 

Отпусти меня.

Прошу его.

– 

Отпусти.

Сквозь дым вижу его улыбку.

– 

Будешь? – не дожидаясь ответа, он берет графин с водкой и наливает мне полный стакан.

– 

Нет, – отвечаю ему.

– 

Будешь, – со спокойной уверенностью говорит он, наливает себе, берет обе стопки и протягивает одну мне.

Некоторое время смотрю на него сквозь пальцы. Пытаюсь преодолеть ступор в мозгах. С силой вдыхаю дымный воздух в себя, беру стопку и залпом, не чокаясь, выпиваю ее.

В расплывающейся реальности опять замечаю его улыбку.

– 

Расскажи мне свою историю.

Тянусь, вытягиваю из пачки сигарету. Он бьет меня по рукам, сжимает, выворачивает пальцы, выдирает сигарету из рук.

Отвечаю:

– 

Не расскажу.

И он заказывает кальян на молоке у худого, высокого и бледного бармена в черном.

А я рассказываю ему историю.

***

В тот день три старых человека: два деда и одна бабка, рано утром встали с постели.

Первый дед еще только выглаживал брюки с рубашкой, когда бабка уже заканчивала готовить для своего внука с семьей завтрак, а второй дед уже подходил к редакции местной газеты.

Когда первый дед еще только чистил обувь и приглаживал волосы в одну сторону, чтобы не топорщились, бабка уже разбудила внука с семьей на завтрак и быстро собралась на почту за пенсией.

В это же время второй дед, получил