Спри и Фли - Людмила Костина

Что, если…

– 1. Что, если мы разойдёмся ненадолго ввиду обстоятельств?

– Мы станем блёклыми молями и сойдём на нет, не успев снова встретиться. Ищущие повод к слиянию, да найдут его.

– Согласна. Но это могло бы пойти на пользу. Особенно если искать повод для наблюдения за собой, норму в еде, связях, прострации и обещаниях, пытаться понять, ощущается ли покой (тот самый, который появляется, когда ты себя будто бы нашёл). Пройдена ли точка невозврата в формировании тех черепных костей, поверх которых готово оформиться лицо.

– Потом можно сойтись снова, только поводов любоваться друг другом станет больше.

– 2. Что, если в поисках своей меры в связях кто-то из нас пустится во все тяжкие. Другой, понимая хрупкость нашей «крепости», зациклится и остановится в развитии?

– Что ж, обоих откинет на несколько шагов назад от цели обретения себя. Второму придётся усилием воли абстрагироваться. Молчаливый пример того, кто обрёл лик красноречивее всего.

– 3.Что, если второй заиграется в святость?

– Обретёт черты идола, а второй, отпрянув, отпустит руку и окончательно потеряется.

– 4. Что, если они оба столкнутся с кем-то третьим – мерилом, значимым другим?

– Подозреваю, что потеря уже завоёванных позиций обеспечена: ты снова станешь раздражать неуловимостью черт, а я бросаться в глаза, рискуя снова стать яркой дешёвкой. Один станет из кожи вон лезть, чтобы выглядеть лучше партнёра, второй – ревновать, видимо. Вывод – пускать третьего по венам семьи нельзя, это и ему вредно – может потерять свою НИТЬ, пытаясь мирить, вовлекаясь в то, что его не должно ни касаться, ни портить, ни даже волновать.

– 5. Что, если никакого слияния друг с другом с чётко прописанным уговором не расставаться не произойдёт?

– Тогда каждый – наблюдатель и компаньон, поддержка для другого. Как только необходимость в союзе отпадёт, можно и разойтись, чтобы снова сойтись однажды при появлении новой схожей цели оставить по себе инсайты, удивление, восхищение и выводы о себе и своём месте. А однажды просто вернуться навсегда, заняв эту самую подобающую позицию. Меняться местами, играть, экспериментировать.

Прикрыв глаза, Фли посидела откинувшись, очнулась и написала: «Сначала мне стало не по себе от мысли, что написав этот рассказ, дав ему жизнь, я будто лишила себя тебя и нашего будущего. Будто в параллельной Вселенной всё уже произошло. Но потом успокоилась, это же мой вариант развития событий. Есть ещё твой и наш, думаю, я освободилась от ожиданий, сводящих скулы, отвердевающих в мышцах. Я расслабилась, как, надеюсь, и моё лицо, ставшее мягче и нежнее».

Слова «я скучаю и хочу, чтобы ты был рядом» какие-то перевёрнутые. Мне приходят другие: я хочу гладить тебя и ласкать, дать взмыть до небес, принести радостную лёгкость обладания – состояние, которому не доверяешь до конца. Не от недостатка, а от избытка сойтись.

Теперь всё сложится непредсказуемым образом, то есть наилучшим из возможных». Так бы всё и было, Спри, если бы ты существовал, а не был бы просто другим проявлением меня. Хотя кто может до конца поручиться за реальность чьего-то существования.

Примечания

1

спринтер, чёткий, всегда бодрый и весёлый, его шутки расходятся тысячными тиражами, даже его романтизм какой-то свежий и не вызывает ощущения сахарных соплей. От английского spread-распространяться, spring –весенний росток и немного от скорости – speed, если угодно. Но и его можно на скаку придержать и обнять, не получив травм. Быстро околдовывает, но и пресыщение им порой происходит довольно скоро.

2

флегматична и погружена в себя, где-то эскапист (не даром flee означает «совершать побег»), в ней есть что-то от моли и фланели, но, сами увидите, это не конечное её состояние. Её привлекательность для отдельно взятого человека растёт прямо пропорционально продолжительности знакомства. При условии, если человек возьмёт на себя труд приглядеться.