Знахарь - Владимир Голубев

— Кто ты? Я изобразил полное удивление.

— Фрех целуется по-другому, он более опытный. Увы. Ты целуешься приятно, но, … как соседский мальчишка, неуверен в себе, — Зюс смутила меня таким сравнением. Я молча отвел её к спящему Фреху.

— Ты маг? — спросила Зюс, и добавила, — я сразу поняла, что ты не Фрех. И хотя ты молодой и неопытный маг, но у меня кружилась голова от твоих поцелуев. Может, снимешь иллюзию? Я хочу увидеть твоё лицо.

— Это не иллюзия, это другое, — я не сдержал молчания. Её глаза сверкнули. Она услышала мой голос. Я повернулся уйти, но Зюс встала на цыпочки, обняла меня за шею, потянулась к моим губам. Несколько секунд я витал в облаках. Какое это чудо, когда чувствуешь эмоции партнерши. Когда я вернулся на землю, то обнаружил свои руки чуть ниже талии Зюс. Она была также удивлена и смущена, как и я. Бегство моё было стремительно до неприличия.

Зюс.

Через пару минут Зюс пришла в себя. Таких бурных эмоций она ещё никогда не испытывала. Но витание в облаках уступило место практической целесообразности. Зюс сбегала за парочкой самых близких подруг, рассказала им о мгновенном сне пьяного Фреха, и, заодно, пожаловалась на недостаток внимания с его стороны. Подруги ей не поверили, но донести до лавки Фреха помогли. На следующий день, по горячим следам, Зюс отправила родителей к старосте в гости. Тот уже слышал сплетни о происшедшем на вчерашнем празднике, ссориться со священником ему было не с руки, а мнение Фреха никто учитывать не стал. Срок свадьбы был, наконец, твердо назначен. Сама Зюс занялась сбором информации. Она перебрала в памяти всех высоких стройных молодых мужчин, их было мало, они все были Зюс знакомы, и голос мага был чужой. Маг как-то странно разговаривал, смягчал гласные. Зюс зашла с другой стороны, начала перебирать всех иноземцев и вспомнила Пашу. Каков хитрец маг, носит иллюзию старика. Зюс сразу же посетила обитель и внимательно присмотрелась к старому бродяге. Такая маскировка могла обмануть только простаков.

Паша.

Зюс пришла через час после начала работы, внимательно посмотрела на меня и ушла довольная. Вот такой я невероятный маг и хитрец! Любая девчонка вычисляет меня на счет раз. Что же она будет делать дальше? Поднимать шум не в её интересах. Подожду. День прошел спокойно, а вечером, выйдя после ужина на громадный двор обители, я увидел Зюс, сидящей на скамье у ворот. Она сделала мне знак и вышла наружу. Пришлось последовать за ней.

— Господин маг, я не собираюсь раскрывать тебя, — заявила Зюс. Я благодарно кивнул головой.

— Не стану просить показать настоящее лицо, или спрашивать имя. Я продолжал молчать.

— Но у меня есть просьба. После твоего появления в обители целитель Лутт стал легко лечить самые тяжелые недуги. Я думаю, что это ты помогаешь ему. Моя мать мучается обычной грыжей. Лутт утверждает, что такое не лечится. А ты сможешь вылечить?

— Я попробую. Но как ты можешь потом это объяснить всем? — удивился я.

— Перед свадьбой мы всей семьей поедем в город за покупками. Я уговорю мать зайти помолиться в храм святого Целителя. Дальше всё просто — случится чудо. Попрошу Лутта отпустить тебя с нами кучером. Обитель должна помогать отцу, а ты работаешь за еду, выгодный работник.

— Я не смогу работать кучером, — разрушил я хитроумные планы Зюс.

— Пустяки. В дороге ты занедужишь. Я легко заменю тебя.

— Хорошо. Я согласен. У меня вопрос к тебе. Неужели так бросается в глаза, то, что Лутт стал лучше лечить? — я запаниковал.

— Ничего подобного нет. Я тебя провела. Ты пока еще слишком молод, легко попадаешься на уловки, — засмеялась Зюс, пытаясь к тому же узнать мой возраст. Я четко почувствовал её мысль. Как интересно, скоро начну читать мысли людей, как в открытой книге. Нет, это не интересно, это гадко. Я могу посмотреть на Зюс сквозь одежду, но не делаю этого. А мысли читать совсем некрасиво.

— Где ты, маг? Ау! О чем задумался? Наверное, мечтаешь в дороге вволю со мной нацеловаться? Не рассчитывай на это? — а сама вспомнила сладкие наши поцелуи. Как же неприлично подслушивать чужие мысли. И надо прекратить глупо улыбаться. Химия гормонов сбивает мои мозги набекрень. С этим надо что-то делать.

Целитель Лутт.

Жена священника из ближнего села пришла просить себе кучера для поездки в город. Очень странная просьба. Во-первых, попросила именно Пашу, никто ни разу не видел его с лошадьми. Во-вторых, пришла жена, хотя положено было явиться священнику. В-третьих, вид у Паши последнее время очень странный, может он прелюбодействует с женой священника? Странный. Очень странный человек, этот Паша. Кто он? Откуда? За два месяца жизни в обители ничего о своем прошлом Паша не рассказал, хотя разговаривать научился неплохо.

Паша.

Всё дорогу в город Зюс строила мне глазки, благо её мать сидела в пролетке и не могла видеть дочкины художества. Я притворился последним тупицей, и занялся обследованием её матери. Лечить грыжу без хирургического вмешательства, на мой взгляд, безнадежное занятие.

В городе женщины занялись скупкой бесполезных вещей и, пока у них было деньги, поход в храм откладывался. Деньги истощились только вечером, и оказалось, что единственное важное дело в городе — посещение Храма. Даже не веря в Единого, я был потрясен красотой и одухотворенностью этого места. Зюс с матерью бывали в городе по несколько раз в году, вид храма стал для них обычен, а для меня это было чудо. Видя мое лицо, служка затараторил историю храма. По легендам само место это было особенное, а храм во все времена был очень почитаемым. Ночевал я на конюшне, видимо, деньги женщины истратили все. Оказалось — причина в ином. В трактире мне пришлось бы делить комнату с множеством слуг, в конюшне я был один. Чуть стемнело, раздался шорох и я «услышал» мысли Зюс. Лучше было бы спрятаться, но меня уже нашли.

— Я хотела поблагодарить тебя, маг, за согласие лечить мою мать одним скромным поцелуем, — привела девчонка фальшивую причину и нежно обняла меня. Мысли путались у неё в голове. Было непонятно, то ли она прагматично хочет забеременеть от мага, то ли ей не дает покоя то сладкое волнение, которое она испытала со мной на празднике. Затем добавилось неприличное любопытство. У Зюс была не голова, а слоеный пирог. Отключить её мысли было невозможно, она думала так «громко»! Хорошо, что хотя бы во время секса Зюс перестала думать и начала чувствовать. Я зря волновался по поводу потери невинности Зюс. Я был не первый, судя по её опыту, даже не второй. Хорошо, что она избавила меня от слушанья её мыслей по сравнительному анализу моих способностей. На обратной дороге, на привале, я погрузил мать Зюс в обморок-сон. Зюс вправила матери грыжу, и я потратил два часа в попытках нарастить брюшную стенку. Раздражение, злость на самого себя, на свою безграмотность вылилось у меня в острое желание знаний. Я вспомнил большой учебник анатомии и физиологии человека, который на ночных дежурствах штудировала медсестра в больнице. Учебник появился у меня в руке, просто возник из воздуха, хотя в сумраке четвертой «картинки» мелькнул свет. Начинаю потихоньку воровать, усмехнулся я смущенно. Дома кто-то оплатит мою «шалость» в пятикратном размере. Зюс ахнула, увидев книгу.