Коту под хвост - Светлана Алешина

– Нет, я к ним отношения не имею, – Константин, весьма довольный тем, что напустил туману, помотал головой и наконец признался: – Я работаю в частной охранной фирме!

– И в рабочее время ходите в камуфляже? – прищурилась Маринка, видимо, вспомнив своего предыдущего клиента с газеткой в руках.

– Ну, бывает, – кивнул Константин, – а что, вам нравится камуфляжная форма? Мне самому нравится!

– Терпеть ее ненавижу! – отчеканила Маринка и встала. – Пойдем, нам пора! – резко бросила она мне, и хотя я обычно не прощаю такие обращения, но на этот раз, промолчав, я встала и пошла за Маринкой. Мне самой Константин не понравился.

Однако если мы думали, что от него можно было так просто отделаться одним вилянием хвоста, то мы ошиблись. Он прошлялся за нами еще целый квартал, рассказывая всякие истории, казавшиеся ему смешными, пока наконец не понял, что ему ничего не перепадет, и, пошутив как-то напоследок, отстал.

– Отвязался, – удовлетворенно проговорила Маринка и обратилась ко мне: – Ну что, с чувством глубокого удовлетворения можно считать, что редакционное задание выполнено, или ты думаешь, что нужно еще попробовать на кого-нибудь нарваться?

– Ну что ж, – проговорила я, – маловато будет материальчику-то. Нужно найти еще какую-нибудь жертву и дать обзор на первую страницу с парой фотографий.

– А ты того пятнистого хама тоже поместишь? – удивилась Маринка.

– Очень народный типаж, – ответила я, – распространенный и узнаваемый, – я на всякий случай оглянулась и проверила, не тащится ли за нами Константин, – по крайней мере, за полчаса встретить двоих одной породы – это говорит о явной распространенности типажа.

– Ну тогда для равновесия нам нужен не совсем народный представитель, – заявила Маринка, – вон тот, например! – она показала рукой куда-то вбок.

Я повернулась и посмотрела в ту сторону.

По другой стороне улицы, но в том же направлении, что и мы, шел мужчина в белой рубашке с галстуком и в темных очках. На вид мужчине было лет сорок. Если предполагать его социальное положение, то я бы назвала его преуспевающим менеджером некрупной компании. В руке мужчина нес кожаный «дипломат» приглушенного серого цвета.

– Вот у этого мэна я, пожалуй, и возьму интервью, – решительно сказала Маринка, – сразу видно, что мужчина приличный и пошло шутить не станет.

– А если он еще и неженатый, то окажется просто симпатичным, – иронично добавила я, но Маринка моего юмора не оценила.

– Несомненно! – отрезала она, рванув на другую сторону улицы.

Мне ничего не оставалось, как поплестись за нею следом. Куда ж деваться, если на Маринку напал такой производственный стих?! Не ругать же ее за это!

Мужчина шел достаточно быстрой и целеустремленной походкой, и догнать его сразу не получилось.

Вечер еще не разгулялся, и народу на улице было мало. Если уж быть совсем точной, то, кроме нас с Маринкой и убегающего от нас мужчины, больше никого не было.

Мужчина, обогнав нас на десятка два метров, свернул направо в узенькую пустую улочку, идущую вниз к Волге. Мы поспешили к тому же повороту, и тут справа от нас из проулка вдруг на полной скорости с ревом выскочил мотоциклист в дурацкой каске с рогами. Мы с Маринкой взвизгнули и прижались к шершавой стене дома. Обдав нас выхлопной вонью, мотоциклист помчался по дороге, а из проулка раздался женский крик:

– Помогите!

Глава 2

Мы с Маринкой как были прижаты к стене, так и остались, словно прилепленные к ней.

– Ты слышала? – прошептала она.

Я молча кивнула.

У Маринки на лице было явно написано, что никуда она идти, а тем более бежать не хочет, и я ее прекрасно поняла. Самой не хотелось. Что там отпечаталось на моей симпатичной физиономии – понятия не имею, но второй крик положил конец всем сомнениям.

Я побежала первой и до сих пор горжусь своей смелостью и отвагой. Маринка бросилась за мной, причитая:

– Куда же ты, дура, стой, убьют!

Однако было уже поздно: я разогналась.

За домом, посередине узкого прохода, извилисто спускающегося вниз, стояла женщина. Та самая, у которой мы так неудачно пытались взять первое интервью.

Она нас не узнала. Она стояла уже без своего тяжелого пакета, кричала, размахивала руками и прижимала их то к голове, то к груди.

– Девочки, девочки! Ко мне! – закричала женщина, увидев нас с Маринкой.

– Что-то еще вспомнила, что ли? – на ходу выдохнула Маринка.

Я ничего не ответила, наверное, потому, что реплика Маринки мне показалась из разряда черного юмора. Слишком уж потерянной и перепуганной смотрелась эта женщина.

Мы подбежали к ней. Женщина крепко схватила меня за руку. Не потому, что я ей внушала больше доверия, просто я добежала первой.

– Сумку, сумку вырвали! Хулиган! Туда! Туда поехал, – задыхаясь, выкрикнула женщина и еще крепче вцепилась мне в руку.

– Вы успокойтесь, пожалуйста, – прикрикнула Маринка. – Кто вырвал? Куда поехал? Это мотоциклист?

– Парень! Да, парень на мотоцикле! – женщина заговорила быстрее и тише, на ее глаза навернулись слезы. Ее затрясло, голова у нее задергалась. Одним словом, наступила реакция, и нам сейчас угрожало стать свидетельницами самой обыкновенной истерики. Неприятно, конечно, когда вырывают сумку, но и убиваться так не следует. Наверное.

– Вы успокойтесь, пожалуйста, – максимально убедительно произнесла я и попробовала высвободить свою руку. Но куда там! Хватка стала только крепче!

– Он такой!.. Туда! Вон туда! – женщину наконец-то прорвало на истерику. Она зарыдала в полный голос. Я растерянно переглянулась с Маринкой.

– Милицию нужно вызывать, – сказала Маринка, – по горячим следам…

– Если получится, – пробормотала я, уже не пытаясь освободиться от повисшей на моей руке женщины.

Я, действуя одной рукой, расстегнула сумку и вынула из нее свой сотовый телефон.

– Ой, а что вы хотите? – внезапно испугалась женщина. – Это оружие такое?

– Это телефон, – пояснила Маринка и обратилась ко мне: – Звони, что ты там тормозишь?!

Я промолчала, хотя телефон вынула, разумеется, затем, чтобы звонить, и быстро набрала всем знакомые две цифры. Продиктовав информацию дежурной, я отключилась и хотела что-то сказать, тем более что женщина уже начала успокаиваться, но…

Но в этот момент раздался громкий звук, словно лопнул большой воздушный шар. Совершенно машинально я взглянула на часы. Они показывали семь часов. Просто сработала привычка: когда стреляет наша городская пушка с Лысой горы, значит, вокруг нас полдень, но это были и далеко не полдень, и не пушка.

В ответ на сильнейший звук, похожий на звук взрыва, заверещали со всех сторон автомобильные сигнализации.

– Что это? – прошептала Маринка, тоже хватая меня за руку. Мне точно сегодня везло на захваты.

– Откуда я знаю? – Я уже начала заводиться. – Может быть, рок-концерт начался какой-нибудь.

– Мне страшно, – заявила дама.

– Мы вызвали милицию, так что сейчас приедет наряд, и вы все им и объясните! – сказала я и, улучив момент, вырвалась, отступила назад и поправила сумку на плече.

– Пошли посмотрим, что там, – скомандовала я Маринке, – а вы ждите милицию, – сказала я женщине, – мы ненадолго отойдем, а потом вернемся.

Я, не слушая никаких протестов, подхватила Маринку, и мы помчались на соседнюю улицу.

Не могу сказать, что интуиция меня и на этот раз не подвела. Какая может быть интуиция, если громыхнуло так, что я на секунду потеряла ориентацию во времени?

– Ты думаешь, что правильно делаешь? – с беспокойством спросила Маринка. – А если там бандиты устроили разборки?

– Посреди города? – спросила я, но сбавила свою прыть. Чушь, конечно же, насчет разборок, но чем черт не шутит. Вообще-то я ожидала увидеть взорванное здание, но, как оказалось, Маринкины слова были ближе к истине, чем мои мысли.

Сразу за поворотом у края дороги стояла машина. Точнее было бы сказать, бывшая машина. Черный обугленный остов какой-то иномарки быстро догорал, и черный дым неровными клубами поднимался вверх. Сильно пахло паленой резиной и пластмассой.

Народ уже начал собираться вокруг, держась на почтительном расстоянии, а стражей порядка все еще не было.

Я, схватив Маринку крепче за руку, потащила за собою, но, добравшись до плотных рядов зрителей, столпившихся на тротуаре, отпустила ее. Маринка тут же начала возмущаться.

– Оля! Ты где?! – завопила она. – Не бросай меня!

Самое смешное, что бросать-то ее я не собиралась и далеко никуда не отошла. Я просто, оттеснив одного мужчину, проскользнула вперед и потянула из сумки фотоаппарат.

Маринка активно заработала руками и начала пробираться за мною, но так ловко, как у меня, у нее это не получилось. Народ, собравшийся на зрелище и занявший места согласно времени своего прибытия, терять преимущества не желал.

– Ишь ты! – крикнула откуда-то сзади не замеченная мною старуха. – Одна прошмыгнула и вторую за собой тащишь! Уйди, бесстыжая! Все посмотреть хочуть!