Гарри Поттер и Вторая Великая Война - Ольга Чернышенко

Страшные мысли, но о чем ещё может думать человек, который отправляется на верную смерть? Он посмотрел на часы: восемь вечера. Пора идти. У дверей кухни он остановился, положил несколько золотых монет на стол — в маггловском мире за них можно получить неплохие деньги — вместе с запиской:

Дорогие дядя, тетя и Дадли,

Я должен уйти и вряд ли когда-нибудь вернусь. Я знаю, что не смогу возместить вам расходы, но прошу взять эти монеты. Думаю, вы купите на них что-то стоящее. Спасибо за то, что терпели меня в вашем доме столько лет. Простите за всё.

Ваш Гарри.

Думаю, они увидят это, когда вернутся из Лондона. Мальчик-который-выжил посмотрел вокруг на привычную обстановку. Он попрощался с домом, ставшим за последние несколько дней родным, и вышел на улицу. Времени оставалось всё меньше и меньше. Гарри подошел к входу в парк, вокруг не было ни души. Вон она, вторая скамейка. Юноша направился к ней и услышал за спиной тихий голос:

— Куда это ты собрался, мой мальчик?

Он замер.

— Римус, а ты был прав: он решился.

Гарри повернулся и обнаружил группу людей в мантиях.

— Что вы хотите?

— Мы пришли за тобой и заберём тебя в наш штаб, — ответил Люпин.

— Нет… Нет… — Гарри попятился, потом повернулся и побежал.

— Гарри, вернись!

— Стой, Поттер!

Орден Феникса бросился за ним вдогонку. Юноша выкрикнул несколько раз «Ступефай!». Несколько человек остолбенели. Грюм, Тонкс и Люпин стреляли в него аналогичными заклятиями, но благодаря квиддичным рефлексам, мальчик уворачивался. Вокруг скамейки заискрилось серебристое сияние. Ещё немного…

— Проклятие, Поттер! Стой!

— Эксплозио! — крикнул Дамблдор, и раздался взрыв. Портал был уничтожен, а Гарри без сознания лежал на земле.

Очнувшись, он увидел перед собой несколько лиц, потом восстановил заклятием свои очки и встал. Глядя на пепел в шаге от себя, он вспомнил, что произошло:

— Что же вы наделали… — прошептал юноша. — Верните всё как было! — это он выкрикнул.

— Гарри, послушай… — Дамблдор пытался его успокоить.

— Я не хочу ничего слушать! Хватит, наслушался за свою жизнь. Мне нужен портал в гостиницу «Дырявый котел»!

— Поттер, ты никуда не пойдешь, — заявил Грюм. — Ты должен быть благодарен нам за то, что мы тебя остановили…

— Благодарен вам? Благодарен за что? За то, что вы помешали попасть мне туда, куда мне было жизненно необходимо, и потому Рон и Гермиона, возможно, уже мертвы?!!

Молли и Артур Уизли побледнели.

— Они живы…

— Это пока! Вы гарантируете, что с ними ничего не произойдет в следующую минуту?

— Да, гарантируем, Гарри. Они в безопасном месте на площади Гриммо.

— Неужели? Как будто этого достаточно для защиты. Вольдеморт, — все вздрогнули, — лично обещал мне, что применит к ним «Круцио», а потом «Авада Кедавра», если я не приду. И ОН ЭТО СДЕЛАЕТ!!!

Повисла гробовая тишина. Мальчик тяжело дышал и смотрел на остальных.

— Минуточку, — раздался голос Тонкс. — Ты хочешь сказать, что собирался на встречу к Тому-кого-нельзя-называть, и вы, директор, мне ничего не сказали?!

— Да, Нимфадора, — устало кивнул Дамблдор, — он собирался именно туда. Том Реддл прислал ему письмо.

— А откуда вы знаете? Читаете мою переписку?

— Гарри, это решение Министерства. Фадж распорядился, чтобы все письма…

— Меня не интересует, как распорядился Фадж! Мне нужно срочно попасть в «Дырявый котел», поэтому не мешайте.

Гарри взмахнул палочкой, и на улице показался автобус «Ночной рыцарь». Двери открылись, но Стэн Шанпайк против обыкновения не сказал ни слова, а ошарашено уставился на волшебников.

— Ты думаешь, мы можем позволить тебе уйти, Гарри? Ты ещё не готов.

— А какая разница, готов ли я или нет, директор? Я собрался и должен идти. — Гарри отвернулся и побежал к автобусу.

Сзади недовольно зашуршали мантиями люди Ордена Феникса.

— Ну, что ж, это для твоего же блага, Гарри. Петрификус тоталус!

— Протего! — крикнул Поттер, мгновенно поворачиваясь, но было поздно. Несколько лучей ударили его в грудь, и он упал.

— Ты можешь ехать дальше, Стэн. Спасибо, — сообщил Дамблдор кондуктору, и в следующее мгновение автобус растаял в воздухе. — Римус, Нимфадора, возьмите юного Поттера на руки.

— Подожди, Альбус, — вмешался Грюм и вытащил из кармана коричневый пузырек. — Снейп передал. Полагаю, это не повредит.

Он наклонился к Гарри. Мальчик старался сопротивляться, но совместными усилиями колдунам удалось влить ему это зелье в рот, и он заснул.

Глава 3. Снова на площади Гриммо

Гарри медленно открыл глаза и посмотрел вокруг. Он узнал обстановку своей комнаты на площади Гриммо, 12. Кровать Рона была пуста — по-видимому, он завтракал. Вспоминая, что произошло накануне и, беспокоясь за друзей, мальчик решил спуститься на кухню. Как бы ему не хотелось видеть людей Ордена, но голод оказался сильнее.

Внутреннее убранство дома мало изменилось: всё тот же тёмный коридор, лестница, высушенные головы домашних эльфов на стенах, подставка для зонтов в виде головы тролля и потрет матери Сириуса Блека. Очень тихо Гарри прошел на кухню. Заметив его, Молли Уизли воскликнула:

— Гарри! Как хорошо, что ты встал! Мы не хотели тебя будить…

Садись за стол, яичницу будешь?

— Да, миссис Уизли. Спасибо… Доброе утро всем, — он посмотрел на сидящих за столом, — Рон, Гермиона, рад вас видеть живыми.

С этими словами, он сел на один из стульев, взял несколько тостов и начал жевать их, всем своим видом показывая явное нежелание разговаривать с кем-либо.

Кингсли Бруствер что-то тихо прошептал Люпину, тот обеспокоено посмотрел на юного Поттера и кивнул. Рон же решил обратиться прямо к нему:

— Э… Дружище, всё нормально?

— Да, Рон, всё хорошо, — Гарри вытер салфеткой руки, — Спасибо, миссис Уизли. Очень вкусно, — и вышел из кухни.

Он решил подняться наверх, посмотреть на Клювокрыла. Но комната, которую прежде занимало это существо, оказалась пустой.

— Хагрид забрал его, — за спиной послышался голос Гермионы.

Гарри обернулся. Двое его лучших друзей стояли в дверях и встревожено смотрели на него. Затем Гермиона нерешительно шагнула вперед и спросила:

— Ты сердишься на нас?

— На вас? Нет, Гермиона, с чего бы это. Не вы же усыпили меня и притащили сюда как мешок с картошкой. В дом, в котором я в последнюю очередь хотел бы оказаться…

Гарри усердно рассматривал обои на стене.

— Серьёзно, друг. Ты, правда, не злишься?

— Нет, Рон, я же сказал. Всё нормально.