Всадник на спине ветра или О чём умолчал «Алхимик» - Ирина Медведева

Автомехаников и парикмахеров вокруг пруд пруди, зато бессмертный царь Салима, который помогает людям следовать своей Судьбе — один на весь мир.

Нашелся у Саши и еще один веский аргумент в дискуссиях с милыми, но немного отсталыми и явно не достигшими Великого Творения предками. Мудрый Алхимик из романа Коэльо утверждал, что тот, кто вмешивается в чужую Судьбу никогда не пройдет свою собственную.

Что именно это значит, юноша так до конца и не понял. Логическое следствие сего туманного заявления, тем не менее, было очевидным: если отец с матерью будут указывать ему, что делать, они не пройдут свою собственную Судьбу, то есть, не выполнят свою обязанность . Интересно, чью же тогда судьбу они пройдут, если не свою и какое наказание может последовать за невыполнение обязанности ?

Впрочем, ломать голову над подобными вопросами Саша не любил. Раз Алхимик так сказал — значит так и есть, да и звучало все это на редкость здорово и умно, хоть и непонятно.

Столь убедительным доводам своего начитанного отпрыска родители ничего не могли противопоставить, и потому капитулировали, признав полное право Саши исполнять свою одну-единственную обязанность , следуя своей Судьбе.

Однажды Саша случайно подслушал разговор между отцом и матерью. Речь в этом разговоре шла о нем.

— Молодость, — сказал отец. — Гормоны бурлят. Ничего не поделаешь. Все через это проходят.

— Как бы наш мальчик на наркотики на подсел, — обеспокоено заметила мать.

— Не подсядет, — покачал головой отец. — К счастью, в этой его книге пастух наркотиками не баловался. Если парню так приспичило — пусть пасет овец и ищет в Египте сокровища. Хлебнет свою долю романтики — и успокоится. Главное — не ввязываться в историческое противостояние отцов и детей, иначе он будет чувствовать себя не дураком, а героем.

— Интересно, в кого он такой? — вздохнула мама. — Уж точно не в меня. А у тебя в юности была мечта? Раньше мы никогда не говорили на эту тему.

— Была, — вздохнул отец. — Слава Богу, я ее не осуществил.

— О чем же ты мечтал?

— Ты станешь смеяться.

— Не стану. Обещаю.

— Поклянись, что никому не скажешь.

— Чтоб мне провалиться, — поклялась мама. — Буду нема, как могила.

— И даже не намекнешь.

— И не намекну.

— Ладно. Только держись покрепче за стул. Ты готова?

— Готова.

— Я хотел стать святым.

— Кем? — изумилась мама.

— Святым, — смущенно повторил отец. — Святым великомучеником. Ну вот, я так и знал, что ты будешь смеяться. Ты же обещала!

— П-прости, — от хохота мама даже начала заикаться. — Но почему именно святым великомучеником?

— Гормоны играли, — сконфуженно развел руками отец. — На героизм тянуло. Только обычных героев люди быстро забывают, не то, что святых. Я представлял, как враги пытают меня или даже распинают на кресте головой вниз, как апостола Петра, а я с мужественной и страдальческой улыбкой на устах умираю за веру, выдав перед смертью какую-нибудь забористую фразу, вроде тех, которыми напичкан «Алхимик» — что-нибудь насчет Судьбы, Пути или Высшего Предназначения. Потом эта фраза входит в историю, душа моя возносится на небеса, а к могиле толпами валят верующие за исцелениями.

— О, Господи, — отсмеявшись, с трудом произнесла мама. — В жизни так не веселилась. Представить тебя в роли святого великомученика — это свыше моих сил. Так почему же ты не осуществил свою мечту?

— Пороху не хватило, — объяснил отец. — Я решил для начала потренироваться, чтобы к пыткам подготовиться. Мог ведь и конфуз получиться: станут меня враги истязать — а я вместо того, чтобы изречь нечто умное и возвышенное, очумею от боли и начну орать, как резаный. Вот я и попробовал для разминки загонять под ногти бамбуковые щепки — у японцев такая пытка была. На первом же ногте и сломался. Сообразил, что не гожусь в великомученики.

— Да, не выдержал ты Испытания, — глубокомысленно заметила мама и, не удержавшись, снова хихикнула.

— А потом я прочитал афоризм Бернарда Шоу, — сказал отец: — «Мученичество — единственный способ прославиться, не имея для этого никаких данных» , и понял, что на самом деле я просто хотел без особых усилий войти в историю. Нечто вроде вечнозеленых лавров Герострата,[1] только наоборот. Тогда-то я и стал автомехаником. Так что, насчет того, что молодость знает , этот «Алхимик» явно загнул. Молодость хочет — это да, только, к сожалению, она сама толком не понимает, что, почему и зачем она хочет. Эмоций выше крыши, а вот с мозгами — проблема.

— Да уж, в молодости мы сворачиваем горы, а потом пытаемся выбраться из-под них, — мечтательно вздохнула мама.

— Ладно, теперь твоя очередь, — сказал отец. — Признавайся, какая мечта была у тебя?

— Поклянись, что никому не скажешь.

— Это уже становится интересным, — заметил отец. — Клянусь. Только не говори, что тоже грезила о мученическом венце.

— Как раз наоборот, — усмехнулась мама. — Я мечтала заниматься стрип-дансом и стать самой крутой стриптизершей в мире. Мне даже во сне снилось, как мужчины, едва завидев меня, теряют сознание от восторга и пачками падают к моим ногам, а я продолжаю танцевать, небрежно переступая через неподвижные тела — эдакая роковая женщина-вамп.

— Ты — роковая женщина-вамп? — расхохотался отец. — Поверить не могу! Это еще почище, чем я — великомученик. Ну и как? Ты танцевала в стриптизе?

— Не взяли, — вздохнула мама. — Заявили, что грудь маловата, а пока я копила деньги на операцию, встретила тебя. Так и не воплотила в жизнь свою заветную мечту. Наш сын наверняка заявил бы с умным видом, что мне недостало мужества следовать своей Судьбе, и в итоге, проиграв Славное Сражение, я утратила ощущение Высшего Предназначения.

— Может, это и к лучшему? — заметил отец. — Я имею в виду то, что мы оба проиграли свое Славное Сражение?

— Жаль, что мы не можем спросить об этом у Саши, — лукаво подмигнула ему мать. — Знает ведь только молодость. Где уж нам, старикам, постигнуть замыслы Вселенной!..

Случайно услышанный разговор несколько озадачил юношу. Ему и в голову не могло прийти, что у его родителей были в молодости подобные мечты. Вообразить отца, проповедующего христианство каннибалам с острова Бора-Бора и умирающего на кресте со словами о Пути и Высшем Предназначении было почти так же трудно, как представить спокойную, ласковую и рассудительную мать, танцующую в раздетом виде над телами поверженных мужчин.

Следующая мысль оказалась еще ужасней. Саша с ужасом понял, что, прояви его предки чуть больше стойкости в следовании Своему Пути, он бы вообще не родился — великомученики ведь не имеют обыкновения жениться на стриптизершах. Неужели Вселенная не хотела, чтобы он появился на свет?

Вероятно, хотела, раз родители оказались такими слабаками, что проиграли Славное Сражение и не решились осуществить свою мечту. Но если Вселенная желала его появления, значит, в ее планы не входило, чтобы предки следовали своей Судьбе. Парадокс какой-то получается. Так выполнили родители свое предназначение на Земле или нет? Совершенно непонятно.

Логические построения никогда не были Сашиной сильной стороной, вот и сейчас он совсем запутался.

Неожиданно юноша понял, почему именно ему так нравилась книга Коэльо. Зачем думать и рассуждать, если молодость знает , в чем смысл жизни, знает, потому что чувствует, что правильно, а что неправильно.

Правильно — делать то, что тебе хочется, а поступать так, как тебе не хочется, — неправильно. Если ты делаешь что-то с радостью и удовольствием — значит, ты следуешь своей Судьбе, в противном случае ты идешь против своего Высшего Предназначения. Все просто и ясно, и никаких других теорий не надо.

Несмотря на то, что Саша принял твердое решение впредь не заниматься приводящими к сомнительным парадоксам интеллектуальными изысканиями, сдержать это обещание оказалось непросто. Помимо его желания, время от времени в голову нахально лезли крамольные мысли.

Слова Мелхиседека: «Все люди, пока они еще молоды, знают свою Судьбу. И в этот период жизни все понятно и все возможно» — в редкие минуты душевной слабости смущали юношу и даже вызывали у него определенные сомнения.

Саша не мог похвастаться тем, что знает свою Судьбу. Понятно ему было тоже далеко не все, да и с возможностями возникали некоторые неувязки.

Согласно царю Салима, следовать своей мечте означает воплотить свою Судьбу. Добиться воплощения своей Судьбы — единственная подлинная обязанность человека.

В мечте-то и заключалась вся загвоздка. Мечта у юноши была только одна — он хотел стать Сантьяго. Не подражать Сантьяго, а именно быть им — нашедшим сокровища, научившимся читать Знаки, обращаться в ветер и говорить на Всеобщем Языке.