Долина Моленклоу - Максим Бондарчук

Наконец, когда тусклые очертания высоких башен переросли в ясные картины, когда еле видимые силуэты поселения превратились в четкие изображения, среди которых они могли разглядеть даже охранников у входа, каждый из них облегченно выдохнул.

- Что теперь? Пойдем к комиссару на отчет?

- Зачем, мы вернулись и сделали это вовремя. Лишняя шумиха нам ни к чему. Если хочешь, можешь сходить туда, а я, - старик на секунду замолчал, - я вернусь к себе. Внимание начальства к моей персоне итак слишком преувеличено.

Парень одобрительно покачал головой. Старик говорил правду. Из-за своих странностей, которых не могли понять большинство людей, он сыскал себе дурную славу. Кто-то говорил, что он сумасшедший, кто-то - шпион, ходило множество слухов, но отважиться сказать такое в лицо доводилось не каждому. Однако ему все прощалось. Порой такие вещи, что любого другого могли просто выставить из поселения и отправить за горизонт. Никто не знал какой была причина, но то, что без него здесь не могли обойтись понимал даже ребенок.

- Стой, - охранник взмахнул рукой и заставил водителя сбавить ход. - А это ты, Стэн. Я думал сегодня черед Александра.

- Нет. Он заболел и мне пришлось поехать вместо него.

- И этот с тобой, - вооруженный винтовкой, охранник указал на старика, молча сидевшего на своем месте.

- Да. Мы сделали все что было надо. Можем проезжать?

- Извини, у нас аврал. Комиссар ввел особый режим, сказал, как только вы вернетесь сразу ему доложить.

- Может не стоит...

- Прости, но у меня приказ.

После этих слов мужчина отошел в сторону и, взяв в руки рацию, стал что-то говорить. Невнятные звуки доносились от него, но как бы парень не старался, услышать что-то конкретное ему так и не удалось. Он искренне не понимал, что могло вызвать столь серьезные меры безопасности. Обычно, когда над этим местом нависала угроза уничтожения, каждому жителю было велено выйти из своих домов и вооружиться для обороны поселения. Но сегодня, все было иначе: люди неспешно двигались вокруг высокого металлического забора, подбирая вокруг стены любой хлам, который можно было пустить в производство. Рабочие занимались своими привычными делами. Недалеко, нервозно шипя и осыпая на землю тысячи ярких искр, работала бригада сварщиков. Разрезая и сваривая стальные листы, они укрепляли заржавевшие и почти развалившиеся части металлических конструкций, чтобы спустя некоторое время, перейдя на другое место, вновь взяться за работу. Все было как и всегда.

- Готово. Он ждет у себя. Проезжайте. - поправив оружие, охранник указал на ворота и осторожно отошел в бок.

Дальше объяснять не было смысла. Этот путь знал каждый, кто родился здесь и хоть раз выходил на улицу. Своего рода защитный инстинкт, который прививали с самого детства. Единственное место, где было относительно безопасно, находилось в самом высоком здании в центре этого муравейника. Именно его шпиль возвышался над всеми остальными и был первым виден при подъезде к этому месту. Именно там, не выходя за пределы здания находился комиссар. Он управлял поселением, обеспечивал его продовольствием и торговыми связями. Раз в несколько недель, охраняемый наемниками, в город прибывал караван из соседних населенных пунктов. Снабженный всем необходимым, он начинал торговлю рано утром и уезжал, когда последняя кипа товаров исчезала с его прилавков. Люди сметали все, что находилось в нем, отдавая последнее, что у них было и соглашаясь на удаленную работу в рудниках в обмен на редкий груз или товар. Законы были одни и население это понимало. Если ты не мог работать и обеспечивать себя, никто не возьмется выхаживать потенциального покойника. Каждый, кто мог держать в руках лопату или учиться управлять техникой, с радостью уходил на работу, зная, что хоть там мог заработать на кусок заплесневелого хлеба. Это был тот случай, когда не работать означало просто умереть. Дети рождались и умирали, а те, кто смог выжить и дать отпор многочисленным болезням и природным катаклизмам, достигнув необходимого возраста, сразу привязывались к определенным работам. Обучаясь в специальных классах, они получали необходимые знания и практически сразу приступали к труду. Так было и с ним.

Глядя на всех этих маленьких детей, что перебегали ему дорогу и кидались маленькими камнями в его машину, он вспоминал свои годы и с ужасов представлял, что ждет этих маленьких людей. Какую участь им готовит этот мир, где честность и доброта не были благодетелями, и где умение вовремя нажать на спусковой крючок оказывалось куда более важным нежели читать и писать.

Неспешно проезжая по узким улочкам поселения, он вел свою машину в самый центр. Огороженный от основной части города металлической проволокой, он был как бы оазисом цивилизации, где вода не была в дефиците, а люди не нуждались в самых элементарных вещах. Вмещавший в себя главное здание, госпиталь и армейские казармы со складами, он являл собой сердце всего этого поселения. Люди стремились попасть туда, но мечты так и оставались мечтами, ведь способов простому человеку пересечь эту границу практически не существовало.

Остановив машину и заглушив двигатель возле последнего пропускного пункта, малыш вышел наружу. Охрана тут же узнала его и позволила пройти. Старик остался внутри и не последовал за ним. Сделав несколько робких шагов, парень дождался сигнала, когда двери откроются, и спустя пару секунд, прошел внутрь.

Одетые в крепкую броню, несколько тучных охранников стояли возле него. Вглядываясь в их черные шлемы, потрепанные и поцарапанные после стольких лет службы, он пытался держать себя в руках. Сердце начало предательски биться и лицо, бывшее до этого спокойным и не подававшее никаких эмоций, начало медленно краснеть.

Недолго думая, они обошли парня с двух сторон и принялись сопровождать в высокое здание. Быстро, будто пытаясь опоздать на какую-то важную встречу, охранники буквально втолкнули малыша в двери и тут же закрыли их за собой. Внутри было прохладно. Непривычная дрожь пробежалась по телу и заставила мышцы непроизвольно вздрогнуть. Чувствовалось, что где-то наверху, под самым потолком, работала система охлаждения и фильтрации воздуха. Нос стал жадно хватать кислород. Какой-то странный и приятный на первый взгляд, в нем было что-то неизвестное доселе, что-то, что еще никогда не доводилось ему ощущать на пыльных дорогах в этих бескрайних местах. Оглядываясь по сторонам, парень пытался уловить и запомнить каждую деталь этого здания. Каждый угол, каждый предмет мебель, что были расставлены по всему помещению и так удивительно ласкавшие его взгляд. Но чем больше он старался увидеть, тем быстрее двигались охранники. Буквально таща его за собой, они в последний момент втолкнули его в небольшую кабину лифта и упрямо уставились на него.