Танго на стёклах, или Снежная страсть - Коротаева Ольга

Водитель привёз их к высокому зданию, в тёмном стекле стен которого отражались огни ночного города. У входа постоянно останавливались автомобили представительского класса, из которых выходили богато одетые мужчины и женщины. Пары улыбались репортёрам и в серебре вспышек фотокамер проходили внутрь.

Алина жадно вглядывалась в гостей, узнавая знаменитостей, но не обращая на них внимания. Девушка искала другие лица и боялась их увидеть. Всё ещё мучительны были воспоминания, разъедающие нервы и крадущие сны. В этот важный день приступ паники ни к чему.

Подошла их очередь, и водитель открыл дверь сначала Огневу, а затем помог выбраться из машины ей. Алина ослепительно улыбнулась репортёрам и, легко ступая по ковровой дорожке, направилась за мужчиной к распахнутым стеклянным дверям.

Она слышала, как вокруг шептались и гадали, кто эта красавица – начинающая актриса или певица. Ей оборачивались вслед, получая ревнивые взгляды спутниц, мужчины.

– Святослав Арсеньевич! – К ним подошёл грузный мужчина средних лет. Огромными ладонями он схватил протянутую руку Огнева и радостно тряхнул её. – Рад, что вы нашли время… О! Кто же этот ангел? Представьте меня своей спутнице, молю.

Огнев покосился на Алину с усмешкой и едва заметно кивнул. Мол, твой выход.

– Габи, – с улыбкой представилась девушка.

Сокращённое от Гибискус. И пусть вместо кроваво-алого платья на ней парчовый костюм василькового цвета, суть от этого не изменилась.

Китайская роза. Кровохлёбка. Твоя погибель, Огнев.

К ним подходили новые люди, Алина вежливо ответила на вопросы, а затем поинтересовалась делами советника президента и похвалила вкус его жены. Попросила консультацию у биржевого магната и поделилась шуткой об акциях. Как все цветы в Оранжерее, она была в курсе последних сводок и наизусть знала биографии всех важных лиц столицы.

Слух об очаровательной спутнице Огнева прокатился по рядам гостей, и вокруг пары становилось тесно.

– Святослав? – Удивлённый женский возглас заставил всех обернуться.

Огнев замер, будто ему в спину прилетела стрела. Алина ощутила, как окаменели мышцы под её пальцами, и не сдержала короткой усмешки.

Из всех жителей столицы её спутник меньше всего сейчас желал бы увидеть эту женщину.

Поэтому Алина сделала всё возможное, чтобы та посетила это мероприятие.

Глава 4

Два года назад…

Прошло несколько тревожных дней, за которые Алина не могла найти себе места. Роберт не отвечал на звонки, не приходил в универ, в общаге его тоже не видели. Девушка была как на иголках от беспокойства, ведь парень отлучился в туалет и исчез сразу после того, как сделал ей предложение!

– Что это может значить? – обнимая подушку, со стоном спросила она.

– Бросил, – подкрашивая реснички, ехидно предположила Милана. – И напоследок подарил красивую сказку. Дорогой рестик, признание и брюлик…

Она завистливо глянула на руку подруги:

– Я бы заглянула к ювелиру. Наверняка это фианит или циркон… Сейчас такая огранка, от натурального не отличишь!

– Не слушай её. – Юлька уселась рядом и обняла подругу. – Все знают, что Милка сохнет по Принцу, а Королёв на неё ноль внимания, фунт презрения!

– Ой-ой! – Попова резко застегнула косметичку, где лежали лишь брендовые средства, приобретённые по дешёвке через интернет-обменник. – Нужен мне твой Роберт! Он Линке за год ни одного букетика чахлого не принёс, даже шоколадки не подарил! Потому и думаю, что кольцо – подделка. Жмот, он и в Африке жмот.

– Почему в Африке? – глухо спросила Алина.

В груди неприятно защемило. Вспомнилась, как Роберт показывал фото с ручным тигром. На фоне саванны, в хлопковом костюме цвета хаки и пробковом котелке, Королёв выглядел настоящим искателем сокровищ.

Парень любил путешествовать и при любом удобном случае срывался с места, звонил ей с другого конца планеты и извинялся. Пел ей приятным баритоном: «Ты такая нежная, королева снежная», и Алина всё прощала.

Но в этот раз тишина…

– Да он наверняка с ребятами затусил! – нарочито громко заявила Юля. – Женится ведь скоро, вот и устроил мальчишник.

– Предложение – это ещё не свадьба, Курочка, – снисходительно возразила Попова.

– Не называй меня так! – в тысячный раз уязвлённо воскликнула та. Курочкина терпеть не могла прилепившееся с первого курса прозвище. И все его производные, от «куриных мозгов» до «кудахтанья», которые щедро сыпались со всех сторон. При том, что Юля была лучшей ученицей на потоке. – А то сдам твои брендовые платья в секонд, а вырученные деньги вложу в акции сельхозпредприятия!

Попова иронично фыркнула:

– Считай, уже испугалась!

– Через пару лет про Юльку будут говорить, что у неё куры денег не клюют, – подняв руку, нарочито весело заявила Алина, и Милана хлопнула по её ладони.

С самого первого дня в общаге ей приходилось исполнять роль миротворца, чтобы умная, но обидчивая Юля могла жить рядом с расчётливой и саркастичной Миланой. Алине уже второй год удавалось переводить злые шуточки в комплименты, и все оставались довольны.

– О, – тут же расцвела Юля. – Улыбка тебе больше идёт, чем мировая скорбь. Обожаю эти ямочки!

Она легонько ущипнула Алину за щёки, и обе рассмеялись.

– На занятия не собираетесь, хохотушки? – поправляя на шее дизайнерский шарф, высокомерно уточнила Милана. Подхватила со столика ключ от авто и многозначительно погремела брелоком. – Или на метро потащитесь?

– Подожди! – подскочила Юлька. Потянула Алину за руку: – Шевелись, принцесса. А то белый конь ускачет, полтора часа добираться будем.

– У вас пять минут, пока машину прогрею, – важно напомнила Попова и, подхватив лёгкий пуховичок, поцокала шпильками по старому паркету.

Как ни убеждала Алина подругу, что ходить так зимой опасно, – если не поскользнёшься на обледенелой лестнице, то простудишься, – Милана и слышать ничего не хотела. Шпильки были её визиткой, и даже в больницу, где её спасали от пульпита, девушка тщательно выбирала обувь.

Впрочем, кроме того раза, Попова никогда не болела. Ни разу даже насморк не подхватила, хотя всю зиму бегала в капроновых колготках и мини. А вот Юлька осенью и весной стабильно не вылезала из простуды и училась дистанционно. Зимой и летом её таинственная болячка отступала, что Алину безмерно радовало. Ей нравился лёгкий и открытый характер подруги.

С Миланой же они сохраняли ощутимую дистанцию. Попова всячески подчёркивала, что её добротой пользуются, при этом не стесняясь делить расходы на бензин, запчасти и парковку на троих, «забывая» про собственные поездки.

Задумавшись, Алина скользила взглядом по обочине, как вдруг в груди ёкнуло.

– Стой! – подскочила она, и Милана ударила по тормозам.

Позади недовольно загудели сигналы, кто-то выкрикнул в окно про грёбаных блондинок (в машине, кроме Алины, их не было), а Попова закричала:

– Спятила?! Чего орёшь?

– Мне показалось, там Роберт. – Алина потыкала пальцем в стекло. – Только что вошёл в кафе… Мил, высади меня. Пожалуйста!

– Как знаешь, Снежная, – раздражённо проворчала девушка, направляя автомобиль к обочине. – Но знай, лекции я тебе хрен дам списать.

– Я напишу под копирку для обеих, – пообещала Юля и на прощание махнула рукой. – Приятного свидания!

Алина нервно улыбнулась и со всех ног кинулась к университетскому кафе, где они с Королёвым частенько коротали большую перемену. Сердце клокотало где-то в горле, которое то и дело сжимал спазм, и к глазам подкатывались слёзы. Как ни хотелось пропустить слова Миланы мимо ушей, не получалось.

Слишком странным было поведение Роберта.

А когда Алина заметила через витрину его профиль, то застыла на месте.

Королёв точно был в столице, но игнорировал звонки. По спине скользнула ледяная змейка страха.

Так её на самом деле бросили?

Королёв сидел в компании двух девушек и о чём-то весело с ними переговаривался. Когда Роберт взял руку одной из них и прижал к губам, то от боли, которая пронзила грудь, на миг потемнело в глазах. А затем в уши врезался рёв мотора. Прохожие бросились врассыпную.