Правда людей - Василий Сахаров

— Нестер! — услышал я взволнованный голос Вадика Смирнова, одного из разведчиков. — Это ловушка! Вы окружены! Наемники! Их много! Вот-вот на штурм пойдут!

— Кто против нас!?

— Судя по нашивкам и броне, черти из "Halliburton"! Элита! Сотни три стволов, на подходе бронетехника, а над районом беспилотники зависли!

Треск помех. Шум выстрелов и человеческий хрип. Конец Вадику Смирнову и его напарнику Рустаму Камалову. Плохо. Все очень и очень плохо.

— Генерал, ты все слышал, — я отключил радиобраслет и посмотрел на Карпова.

— Уходим через подземные коммуникации, — Генерал кивнул на дверь за своей спиной, а затем добавил: — Там запасная оружейка. Живее! Вооружаемся и вниз!

Сказав это, Карпов выхватил из-под стола металлический дипломат с кодовым замком и первым устремился к запасному выходу, который вел еще глубже под землю и мог вывести нас на свободу. В помещении охраны уже шел бой, были слышны глухие выстрелы, и что-то взорвалось, наверняка, наемники вышибным зарядом сворачивали дверь. Однако тут раздался еще один выстрел, прямо в комнате, где мы находились. Он был тихим и больше напоминал щелчок пальцами. Однако выстрел остановил Генерала, который уже ухватился за ручку двери, но неожиданно споткнулся и его ноги подломились.

Все мы замерли и посмотрели на Деева, который был бледен, словно сама смерть. В глазах адъютанта плескалось безумие и в его руках находилось два пистолета с насадками ПБС. Он оказался предателем — это понятно. Но как так случилось, что Витя Деев, этот отчаянный боец, сдал Генерала, который ему словно отец? Непонятно.

Моя правая ладонь зашла за спину, и я приготовился к тому, чтобы выхватить ПСС. Ну, а Карпов, которому адъютант прострелил колено, прошипел в сторону Деева:

— Почему?

Витя все понял и, не спуская с нас глаз, прохрипел:

— Так сложилось, Владимирович, не обессудь. У меня жена и ребенок нашлись, и они у америкосов. В общем, сам понимаешь, я оказался перед выбором. Либо вы все и этот чемоданчик, — адъютант кивнул на кейс Генерала, — попадаете в лапки звездно-полосатых, либо моих близких распотрошат на органы. Извини.

— Но тебя же все равно грохнут.

— Знаю. Однако жена и ребенок будут жить. Это мне обещали.

— Сука!

Карпов слегка приподнялся и плюнул в Деева. Капитан на долю секунды отвлекся и это был шанс. ПСС, словно сам по себе, лег в мою ладонь, и я, прыгая в сторону, выстрелил.

— Бах! Бах! — пули впились в грудь Гоши, а затем меня отбросило назад. Деев боец хороший и опытный, тоже успел отстреляться. Но все же я его достал, и теперь у камрадов появилась возможность выжить…

Моя голова соприкоснулась с бетонным полом, и на какое-то время я потерял сознание. Однако вскоре очнулся оттого, что меня тормошили. Открыл глаза. Все тот же самый штабной подвал. Все в пороховом дыму и обе двери приоткрыты. Возле одной Мага Исмаилов и отец Федор, а возле другой Миша и Эдик. Камрады вооружены штурмовыми автоматами и ведут огонь по коридорам. Рядом лежат тела убитых, Вити Деева и Красновой, а надо мной, стоя на одном колене, навис Карпов.

— Что, Генерал, — прошептал я, — все плохо?

— Да, Нестер, последний парад наступает. Пути отхода перекрыты, охрана перебита и нам конец.

— Стремно.

— Согласен. Но речь не об этом. Ты можешь отсюда вырваться…

— Нет… В плен не хочу…

— Не об этом речь. — Карпов подтянул к себе уже раскрытый кейс, в котором моргали разноцветные светодиодные лампочки, а затем схватил мою правую ладонь, и натянул на нее что-то вроде игровой перчатки с проводами. — Объяснять некогда, Нестер, у нас меньше минуты… Наемники вот-вот газ пустят, и я здесь все взорву… Потом сам тему поймешь. Просто прими как данность, то ты вернешься назад и запомни… Проект "Параллель"… Создатель Геннадий Сальников из Екатеринбурга… Если что, то не упусти парня — он талант… Прощай!

Карпов потянулся к чемоданчику, и я попытался просипеть:

— Подожд…

Я не договорил. Мое тело сотряс сильнейший электрический удар и, чувствуя, что начинаю гореть, я вновь провалился в спасительное беспамятство.

Глава 1

Москва. Лето 2013-го.

Заложив руки за спину, генерал-майор Нестеров стоял у окна своего кабинета, и с высоты седьмого этажа смотрел на улицу. Внизу проносились автомашины, самые разные, но в основном дорогие иномарки, все же центр столицы и здесь по определению не могло быть обшарпанных колес из провинции. Вдоль домов потоком шли люди, и все они куда-то спешили. Обычная суета, которая стала для него, высокопоставленного офицера ФСБ, привычной, хотя родился и вырос Нестеров в глухой уральской деревушке, где жизнь текла тихо и размеренно, а люди были крепкими и спокойными работягами. По тем далеким временам он скучал. И каждое утро, прежде чем приступить к работе или отправиться на очередное совещание, Нестеров несколько минут стоял возле окна, сравнивал свою малую родину и Москву, а затем, забывая, что родная деревня спилась еще во времена проклятой Перестройки, приходил к выводу, что в провинции народ крепче и основательней. После чего он улыбался, быстро настраивался на деловой лад, планировал распорядок дня и только потом окончательно включался в работу.

Вот и сегодня, широкоплечий и коротко стриженный русоволосый мужчина в дорогом костюме от модного итальянского портного, золотыми швейцарскими часами на руке и сделанных на заказ мягких удобных туфлях, повторил свой ежедневный ритуал. Однако тема, которая этим утром занимала его, была неприятной. Она никак не желала отпускать Нестерова, и потому глаза генерала сузились, губы крепко сомкнулись, а пальцы с набитыми костяшками сжались в кулаки. Так что если бы его увидел кто-то из подчиненных, который знал генерала давно, то он решил бы, что настроение у начальника хуже некуда, и оказался бы прав. Иван Егорович Нестеров был зол и злился он, как ни странно, на самого себе. Ну, а причина находилась на поверхности. Генерал был недоволен тем, как прожил свою жизнь, по крайней мере, последние пятнадцать лет. Поэтому он пытался понять, где и когда совершил ошибку…

В восемнадцать лет Иван Нестеров покинул просторный отчий дом в лесной деревне Киржачи и отправился в армию. Попал в ВДВ, благо, здоровье крепкое, и два года службы прошли для него своим чередом. После чего, решив не возвращаться домой, он поступил в военное училище, окончил его и получил заветное офицерское звание. Впереди была размеренная служба где-то на просторах необъятной советской империи, и свое будущее молодой лейтенант видел достаточно четко. Гарнизоны и переезды, женитьба и дети, полигоны и повышения, возможно, командировки, куда страна пошлет, а затем спокойная пенсия. На тот момент это было пределом его мечтаний. Однако государство, которому он присягал на верность, как-то вдруг развалилось и все полетело в тар-тарары. Перестройка и гласность, громкие разоблачения и самобичевание бывших партийных функционеров, неразбериха и хаос, демократизация и обнищание народа, реформы и приватизация, а затем развал некогда великой империи и отделение республик. Это все создавало негативный фон, который постоянно давил на Нестерова и других офицеров полка, куда он попал по распределению, словно ярмо. Ну, а потом началась первая Чеченская кампания, и он отправился на Кавказ.