Путь Зверей. Книга вторая - Анна Токарева

отец до четырех лет. Но вскоре его дело стало процветать, и он уже не мог уделять дочери достаточно внимания. И вместо того, чтобы нанять няньку, он взял и женился на женщине с тремя детьми. По его задумке, эта женщина объединяла в себе жену для него, мать и няньку для его дочери. Вроде как уже опытная в воспитании детей женщина должна правильно ее вырастить, ведь мужчина мог многое пропустить в воспитании девочки. Но через два года он отравился каким-то грибным блюдом и оставил дочь на людей так и не ставших для нее семьей. После чего шестилетнюю девочку пристроили помогать по хозяйству, постепенно сведя ее роль до служанки, которая с утра до ночи прислуживала новым хозяевам дома.

В десять лет, она украла наставление по Закалке меридиан у сына вдовы ее отца и за четыре года, втайне Возвышаясь, достигла десятой звезды закалки. Ами не исключала того, что если бы у Литы было больше времени на Возвышение, то она достигла бы этого результата намного раньше. Но в итоге став чемпионкой Арройо, она пошла в городскую управу, чтобы зарегистрироваться и там выяснила, что и мастерские ее отца, и дом, в котором они все это время жили, принадлежат ей. Как чемпионке ей пошли навстречу, когда она сказала, что хочет все продать и это устроили довольно быстро. Но оставаться в доме с родственниками, которые, узнав, что она скоро уедет в Первый пояс, резко изменили к ней свое отношение, ей совсем не хотелось. И пока в управе все оформляли, она решила уйти из дома и пожить в доме главы города.

Там же девочка узнала, что и предыдущие два мужа ее мачехи умерли при странных обстоятельствах, но вина женщины ни в одном из случаев не была доказана. Тут уж Ами не выдержала, и спросила, как же Лита им отомстила? На что девочка ответила, что лишила их дома и дохода от мастерских и считает это достаточным наказанием для них.

Добрая, слишком добрая. Как считала Ами, как чемпионке Лите позволили бы убить мачеху даже не имея веских доказательств ее вины. Но Лита так выпучила глаза на нее, когда услышал ее предположение, что Ами поняла какие они разные. Ами бы ни за что не оставила в живых того, кто виноват в смерти ее любимого родственника. Тогда Ами все свела к шутке, и посетовала, что Лите стоило хотя бы побить мачеху. Лита на это только натужно рассмеялась, явно не восприняв слова соседки всерьез.

Ами закинула ногу на ногу и уставилась на лежанку Литы отсутствующим взглядом. Она думала о том, как трудно придется Лите в Ордене с таким мягким нравом. Ведь этот мир живет по понятиям, кто сильнее тот и прав, и таким добросердечным незлобивым девочкам в нем придется очень трудно. Хотя у Литы не так все и плохо — ей всего четырнадцать, она еще может измениться. Но она одна, у нее нет семьи и детей, которые бы оттягивали почти все ее внимание на себя.

В отличие от Тири. Женщина с мужем и пятью детьми в тридцать два года стала чемпионкой своей деревни. Вот уж кому можно посочувствовать. Ее старшему сыну двенадцать лет, как и Ами, а младшему три года. Тири не сидит с чемпионами за их костром, а проводит все время со своими детьми и мужем за семейными кострами. И никто ее за это не упрекает — все-таки скоро она на полгода расстанется с ними. И Ами не представляла, как ей придется учиться в школе Ордена рядом с детворой, но быть в отдалении от своих детей.

Ох, ладно, хватит переживать о посторонних, пора побеспокоиться о себе.

— Лита, пойдем на речку, посторожишь меня, — Ами вскочила и залезла в свой мешок разыскивая сменный комплект чистой одежды, полотенце и душистое мыло, купленное в Арройо.

— Идем, все наверно давно уже ушли оттуда, — девочка тут же спустилась со своей лежанки и встала у откинутого полога. — Скоро сумерки, надо поторопиться, чтобы не возвращаться по темноте.

— Пойдем, — встала Ами и запихнула мешок ногой под свою лежанку. Со свертком в руках, она выпрыгнула из фургона. Лита последовала за ней и девочки отправились на речку. В отличие от Литы, Ами не переживала о наступающих сумерках. Наоборот, она специально выждала их наступления, чтобы искупаться и постираться без посторонних глаз. Видела она в темноте очень даже хорошо, только все в серых оттенках. Сначала это было непривычно, многие предметы выглядели в таком свете искаженно, но она давно уже к этому приноровилась.

Вернулись они, как и предрекала Лита, уже в темноте. Ами развесила на натянутой посреди фургона веревке свои постиранные вещи и, расправив тюфяк, застелила его чистым постельным бельем. Когда она закончила, к ним присоединились братья и немного поболтав все улеглись спать.

***

А через три дня Ами проснулась среди ночи. Ей спросонья показалось что она опять привязана к дереву, вокруг бушует гроза, а дерево трещит и гнется под страшными порывами ветра, и она вместе с ним. Но, разглядев внутренности фургона, осознала где находится. И при этом фургон действительно раскачивался, а за его пределами стоял леденящий душу гул. И тут фургон качнулся с такой силой, что Ами показалось, еще немного, и он опрокинется.

С верхней лежанки свалился Данто, вскочил и начал непонимающе озираться. Хорошо, что Ортан спал на нижней и его только слегка качнуло, как и Ами. Но Лита наверху испуганно охнула и быстро спустилась, крепко держась за свою лежанку обеими руками. Ами тоже встала и растолкав Ортана, который продолжал бессовестно дрыхнуть, рассадила всех на его лежанке.

— Это песчаная буря, — объяснила она. — На наш поселок налетали иногда такие. Сейчас главное не дать фургону опрокинуться, иначе его заметет песком и потом будут долго выкапывать.

— Поэтому мы все сидим здесь? Для противовеса? — Догадался Данто.

— Угу,