Буря (ЛП) - Линч Карен

Мои губы подёрнулись.

— Если бы Эрик был тут, он бы сказал, что тебе надо поработать над скоростью реакции.

Димитрий одарил меня мрачным взглядом и зашагал к дороге. Я не смогла сдержать смех, когда он запустил пальцы в волосы, не заметив прилипший к щеке лист. Хуго решил быть полезным и начал лизать Димитрию лицо, как чересчур жизнерадостный щенок.

— Ладно, парниша, хватит, — сказал Димитрий, но Хуго не сдавался.

— Он скучал по тебе, — сказала я, теребя грубую шерсть Вульфа.

Как только мы начали ходить, Хуго и Вульф стали нашими постоянными компаньонами и защитниками. В последние несколько лет, как мы стали более занятыми из-за тренировок и друзей, мы стали всё меньше и меньше проводить времени дома и друг с другом.

Димитрий похлопал Хуго по голове.

— Знаю, но им надо привыкнуть, что мы не всегда будем здесь, особенно когда станем воинами. Только подумай, в этот же день через год мы будем где-то в мире и проводить настоящую работу.

Я всегда с воодушевлением ждала опыта жизни во внешнем мире, но у меня были смешанные чувства насчет оставления дома. Я любила нашу долину, и я никогда не была более счастлива, чем когда была здесь. И у мамы было также. Большую часть своего детства она провела в лесах Мэна. Она верила, что наша кровь фейри даёт нам более глубокую связь с природой.

В отличие от меня, Димитрий страстно желал стремительного темпа городской жизни. Большинство событий случалось в таких больших городах, как Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Вегас и Чикаго, и именно там он хотел бы быть. Я хотела бы увидеть все эти города и поучаствовать в каких-то действиях, но я не видела себя живущей там.

— Так, брысь, — Димитрий игриво оттолкнул от себя Хуго. — Сгоняй и убедись, что никакой вампир не пытается проникнуть в долину.

От слова «вампир» церберы резко задрали головы и их тела стали жёсткими. Они низко зарычали и бросились в лес, хотя ни один вампир не мог подойти на расстояние в пятнадцать километров отсюда. Вся долина, включая маленький городок Бутлер Фолс в восьми километрах отсюда, были защищены мощнейшими фейскими чарами.

— Итак, на чем мы остановились? — Димитрий ухмыльнулся и рванул в сторону дома.

— Эй.

В считанные секунды я уже наступала ему на пятки, позволяя ему вести, пока не заметила сверкающую гладь озера сквозь деревья. Вырвавшись вперёд, я достигла главного крыльца нашего бревенчатого дома на целых пять секунд раньше него. Он, может, и был сильнее и был лучшим борцом, но с моей скоростью ему было не сравниться. Но это не останавливало его от попыток.

— Ты засранка, — выкрикнул он, когда нагнал меня.

Я фыркнула.

— Вот что получаешь жульничая, Дима.

Он протянул руку, чтобы взъерошить мои волосы, но я пригнулась и вбежала в дом. Скинув ботинки и повесив жакет в прихожей, я вошла на кухню.

На кухонном острове Элиот, Оруэлл и Верн ругались и дрались из-за черничного кекса. Кекс был в клочья, а Верн выглядел так, словно катался в черничном джеме. Импы были так поглощены своим спором, что не услышали меня, пока я не прочистила громко горло. Три виноватых личика повернулись ко мне.

— Ооох, у вас проблемы, — нараспев сказал Димитрий позади меня.

Я указала на беспорядок на острове.

— Парни, вам лучше убраться, пока мама не увидела это.

Верн указал пальцем на двух других и негодующе затараторил. Я не владела языком импов в совершенстве, но я выучила достаточно слов, чтобы понять суть того, что он говорил.

Я глянула на его рубашку и брюки.

— Не переживай. Я их постираю, — а Элиоту и Оруэллу я сказала: — а вы двое, прекращайте придираться к своему брату.

Оставив их убираться, я прошла через короткий коридор от гостиной до своей спальни. Это была моя самая любимая комната в доме, и она была оформлена в мягких земляных тонах. Бледно-зелёное покрывало и поблёкший ковер с цветочным орнаментом. Естественный свет тёк в комнату из двух больших окон, одно из которых выходило на озеро. Отсюда я видела дом, в котором жили дядя Крис и тётя Бет со своей пятнадцатилетней дочерью Грейс. В настоящий момент они были в Европе, гостили у родителей дядя Криса, и озеро было слишком тихим без них.

Сменив тренировочный костюм, я плюхнулась на кровать с телефоном. Я взбивала подушку, как вдруг мой телефон зазвонил, уведомив о входящем видео-звонке. Я широко улыбнулась, увидев имя звонившего.

Я нажала кнопку «Ответить»

— Привет, друженция.

На экране появилось улыбающееся веснушчатое лицо Саммер Келли. Её огненно-рыжие волосы были убраны на макушку в виде беспорядочного пучка. Её зелёные глаза озарились, как только она меня увидела.

— Представляешь что? Я сдала тот большой тест по химии на отлично.

— Не я ли тебе говорила, что беспокоиться не о чем? — я поставила подушку и устроилась в полулежащем положении. — Праздновать будешь?

— Моя соседка по комнате, Сидни, позвала меня вечером на вечеринку. Я не была ещё ни на одной с самого приезда.

Я ощутила укол зависти.

— Оо. Твоя первая вечеринка в колледже.

Она вздохнула.

— Жаль, что ты не здесь и не можешь пойти со мной.

— Мне тоже.

Саммер была первокурсницей в колледже при Северо-Восточном университете. Когда мы были чуть меньше, мы мечтали, что пойдём в колледж вместе и будем жить в одной комнате в общежитии. Мы всё спланировали, пока в один из дней мама с папой не сказали мне, что слишком опасно молодому Мохири быть предоставленным самому себе в колледже.

— Но, что мне сейчас на самом деле хочется, так это обратиться и отправиться на долгую пробежку.

Она поставила телефон на свой стол и потянула руки над головой, застонав.

— Как же я скучаю по возможности делать всё что захочу.

Я состроила грустное лицо. Должно быть для оборотня было очень тяжело жить в городе, особенно, когда он вырос в таком месте как Холмы, которые почти полностью были окружены лесом. Холмы считались отдаленной частью Нью-Гастингса в штате Мэн, где выросла мама, и там был дом для большинства оборотней.

— Когда ты снова поедешь домой? — спросила я.

Она рухнула в кресло.

— На следующих выходных. У мамы день рождения, и папа планирует семейное барбекю, а это значит, что все с Холмов будут там.

— Никто не устраивает такие вечеринки, как твоя семья.

Внезапно взревел Димитрий. Я скатилась с кровати и побежала через смежную ванную комнату, соединявшую наши спальни. Я обнаружила его стоящим у комода, с рукой прижатой к груди.

— Проклятье, Бронте. Как ты туда забираешься? — с раздражением спросил он.

Я плотно сжала губы, стараясь не рассмеяться, и подошла к нему, держа повыше телефон, чтобы Саммер смогла увидеть то, что видела я. Верхний ящик его комода был открыт, и среди его носков и нижнего белья уютно устроилась маленькая, гладенькая черная кошка с серебристыми глазами и карликовыми ушками. Она потянулась, дав нам взглянуть на нежные черные крылья как у летучей мыши.

Из телефона послышался смех, и Саммер сказала:

— Ах, она такая милая.

— Можешь взять себе, — ответил он.

Саммер хихикнула.

— Вряд ли в общежитии разрешено держать демонических кошек.

Димитрий умоляюще поглядел на меня, а я пожала плечами.

— Это твоя кошка.

— Она не моя, — уже наверное в сотый раз сказал он.

Я тихо фыркнула.

— Сомневаюсь, что она знает об этом.

Подняв её из ящика, он посадил её на тёмно-синее покрывало. Она тихо зарычала, показав своё раздражение, а потом свернулась клубком и закрыла глаза.

Я держалась в стороне от неё. Бронте была Кразаном, кошкой-демоном. Тетя Бет нашла её и принесла нам домой два года назад, Бронте была ещё котёнком. Наш старый кот Оскар умер, когда мне было тринадцать, и нам недоставало кота дома.

Вот только была одна проблема. Будучи наполовину фейри, мы с мамой не были любимчиками Бронте. Она не возражала против папы, но главным для неё был Димитрий. Она решила, что принадлежит ему, независимо от того, хочет он питомца или нет.