Подполковник танцует один - Анатолий Ярмолюк

– Значит, его зовут Подполковник, – задумчиво сказала женщина. – Странное имя…

– Да, его зовут Подполковник, – подтвердил Ваше Мнение, а Спинка Минтая важно кивнула.

– Почему же – Подполковник? – спросила женщина.

– А почему я – Ваше Мнение? А она – Спинка Минтая? – и Ваше Мнение вновь ткнул пальцем в глаз Спинке Минтая. – А тот красавчик со сладкой улыбкой и глазами убийцы – Соловей? А тот тип – Челюсти? А тот, который в надвинутой на глаза шляпе, – Теоретик? И так далее. Здесь, сударыня, у всякого свое имя…

– Какие же это имена? – задумчиво спросила женщина. – Это, наверно, прозвища…

– Что есть имя и что есть прозвище? – полупьяно хмыкнул Ваше Мнение. – Если желаете знать, то прозвище и есть истинное имя. Ибо именно прозвище выражает суть человека, а вовсе не его имя. Ваше мнение?

– Наверно, вы правы…

– Разумеется, я прав! – Ваше Мнение сделал рукой театральный жест.

– И все-таки… Почему он – Подполковник? – спросила женщина.

– Ну… – поразмыслил Ваше Мнение. – Поговаривают, что он и вправду был подполковником на какой-то войне. Или, может, в полиции… Еще раз скажу: прозвища зря не дают.

– А почему он сегодня танцевал один? – спросила женщина. – Странно, когда мужчина танцует один.

– Об этом, сударыня, вы можете спросить у него самого, – назидательно произнес Ваше Мнение, а Спинка Минтая кивнула в знак подтверждения. – Если, конечно, он вам ответит. А то может и не ответить…

– Он никому не отвечает! – сообщила Спинка Минтая. – Он всегда один! И приходит один, и уходит один, и танцует тоже один! Вот!

– Собственно говоря, все мы здесь – одиночки… – таинственно произнес Ваше Мнение.

– Но Подполковник – еще больший одиночка, чем мы все! – дополнила Спинка Минтая.

– Именно так! – подвел итог Ваше Мнение, и еще раз сотворил театральный жест.

– А когда он придет в следующий раз? – спросила женщина.

– И этого, сударыня, не знает никто! – сообщил Ваше Мнение. – Он может прийти завтра, а может – через неделю или месяц. Но – он обязательно придет! Он всегда уходит и возвращается в это заведение. Очень может статься, что ему и приходить-то больше некуда… И ничего другого, любезнейшая сударыня, я вам больше сообщить не могу. Ибо – не знаю… И она, – и Ваше Мнение в третий раз ткнул пальцем в глаз Спинке Минтая, – тоже ничего вам не может сказать. Ну-с, какие еще будут ваши вопросы? То есть, о чем еще вы хотели бы спросить у двух бедных путников, бредущим по горестным житейским юдолям?

– Больше – ни о чем, – сказала женщина. – Спасибо.

– Тогда – позвольте откланяться, – приподнялся Ваше Мнение и пьяно пошатнулся. – Ибо не исключено, что нас ожидают за другими столами, на коих ютится в неприкаянной бессмысленности недопитая водка… Ваше мнение?

– Да, – рассеянно произнесла женщина, – да…

Ваше Мнение и Спинка Минтая ушли к другим столам, а женщина еще долго сидела и смотрела в черное окно. За окном по-прежнему лил дождь, и все так же бились о стекло пятипалые кленовые листья, похожие на чудных золотых бабочек, прилетевших из неведомого мира умирать под холодным сентябрьским ливнем…

Следующие три вечера Подполковник в «Грустном Ангеле» не появлялся. Женщина приходила в заведение каждый вечер, а Подполковника – не было. Женщина садилась за тот стол, где обыкновенно любил сидеть в одиночестве Подполковник, и смотрела в черное вечернее окно. Золотые пятикрылые бабочки больше к окну не прилетали, и кто может сказать, отчего они не прилетали? Может, они уже все прилетели и умерли, а, может, шальной ночной ветер унес их к каким-нибудь другим окнам?… В окно стучал дождь – пустой и беспрерывный.

Никто в «Грустном Ангеле» женщину не тревожил. Все считали, что она ждет Подполковника, и даже успели ее прозвать «женщиной Подполковника». Но – ждала ли она Подполковника в самом деле? Да, ждала. Она надеялась, что он – придет. Сегодня, завтра или послезавтра – неважно. Но – он обязательно явится в заведение под названием «Грустный Ангел», сядет за свой – третий с краю – стол, и станет молча смотреть в черное вечернее окно. Зачем он был ей нужен? Она не знала этого, да о том и не задумывалась. Так бывает: человек – тебе нужен, а для чего – ты и не знаешь. А просто тебе хочется его увидеть – еще хотя бы только один раз…

Конец ознакомительного фрагмента.