Летняя вьюга - Павел Сормов

    ****

    Выходные у Димы тоже как-то не задались. Натали, 'некст дур гёрл', иногда скрашивавшая его холостяцкий досуг, уехала по делам. Впрочем, она была не очень некст, живя двумя этажами ниже, на шестом, и далеко не гёрл, с двумя детьми, что резко ограничивало свободу маневра. Половину времени он убирался в собственноручно отремонтированной квартире, унаследованной три года назад от бабушки, и обставленной с применением самодельных элементов 'умного дома'. Потом бесцельно шлялся по парку и улицам и перезванивался с друзьями, не в силах заставить себя заняться чем-то полезным, хотя было чем. 'Тупил' в интернете, глядя на вялотекущие политические битвы.

    В понедельник Мыш, не выспавшийся и злой, как сто двадцать восемь чертей, был разбужен в семь утра заказчиком очередной подвальной локалки известием, что всё куплено и пора делать. Перенеся монтаж на четверг (денежная ситуация хоть и выправилась, но толщина денежной пачки на полке под килограммовым железным ежом внушала пессимизм) он понадеялся, что калибровка фильтров не затянется. Понятно, что это был чистой воды авантюризм и безответственность - работы в подвале было немало, там нужен был весьма специальный сервер для IP-TV, Интернет и все удовольствия, могло и двух ночей не хватить. С калибровкой тоже без глюков не обошлось, но уже к вечеру понедельника фильтр вроде как фильтровал, приборы измеряли и вообще жизнь стала налаживаться. Примерно рассчитав время, заполнение основного испытательного бака сверхслабым раствором солей золота перенесли на пятницу.

    Во вторник таблицы калибровки были готовы, и Ромик начал отстраивать по ним прогу контроллера. В день Победы поехали на шашлык к БВЧ на 'ближнюю' дачу, где выяснилось, что в лабе, с учётом отъезда Ромика, будет помогать светкина сестра - ну хоть в чём-то. На шашлыках младшей внучки профессора, кстати, не было, она смоталась к родителям подруги, вместе с самой подругой, конечно, в Дубну. Зная Дарью Чекан, Мыш сомневался в пользе от её работы, это была ядерная бомба в обличье десятиклассницы, но, не желая напрягать Викентьича и Светку, промолчал. Тем более, что свой участок Ромик, по сути, закрыл до конца испытаний, а это июль-август. Зато, пользуясь своей привилегией безмашинного ('Нива' в гараже у Марата еще грустно дожидалась своей очереди на ремонт, не забывая поглощать деньги на закупку деталей) Дима явно злоупотребил. Очень зло. Нет, безобразиев он не нарушал, конечно. Просто отрубился в гамаке, и был доставлен домой непьющим Ромиком. В четверг Мыш отпросился - работы для него просто не было, Светка тестировала контроллер и подпрыгивала от нетерпения, поглядывая на заготовленные триста литров 'золота'.

    ****

    Монтаж с похмелья - хреновое занятие, но Диме удалось себя преодолеть и взяться за дело всерьёз, без скидок на головную боль. В результате ночной смены с четверга на пятницу всё, при помощи монтажников, присланных по договорённости Мышу в подмогу бывшим IT-директором со старой работы, смонтировали, и он принялся за 'умное'. К счастью, образы дисков под сервак уже две недели как были заготовлены, и осталось только их 'склонировать' на новенькое железо, что и было сделано. Заказчик остался доволен, но расчёт назначил на понедельник. Упираться Мыш не стал, кидалова за хипстером, как про себя называл телевизионщика Дима, никогда не водилось. После подвальной темноты солнце резало глаза, было два часа дня, зелёный бульвар был на удивление пуст. Мыш с наслаждением потянулся. Стало хорошо.

    'Мне триста лет, я выполз из тьмы'

    Первое было художественным преувеличением, зато второе чистейшей правдой. Прямо на него по пешеходной дорожке бульвара стремительно летели две девушки-роллерши. Солнце алыми языками искрилось в волосах лидирующей девицы, коньки визуально удлиняли её ноги, и так бывшие весьма ничего себе, до мультяшного гротеска.

    -Ой, Мыыыыш! - радостно завопила роллерша, и прежде чем Дима понял, что видит младшую внучку своего шефа, та без изысков на полной скорости вцепилась ему в локоть. Вторая девица, маленькая круглая блондинка, в свою очередь оттормозилась о подругу, и совместный импульс чуть не снес Диму в колючие кусты.

    -Ээ, девы, с ног сшибёте… Привет, ры… тьфу. Каштановая.

    Дарья дипломатично пропустила 'ры' мимо ушей, из застарелого уважения к Мышу - кому другому спуску бы не было.

    -Познакомься, это Яна Ложкина, одноклассница. Это Дмитрий Валентинович Мышканцев, сотрудник нашей лаборатории, - церемонно представила их друг другу 'Каштановая'.

    Мыш улыбнулся этому 'нашей', и поддержал дашкину 'великосветскость', поцеловав руку Яне.

    -Очень приятно.

    Подружка и правда была очень приятной. Даже укусить хотелось, как сдобную булочку. Но Яна стремительно распрощалась и укатила по бульвару - через час у неё была тренировка.

    -А я пропуск получила на практику. Сегодня иду к вам в лабу.

    -А. Поехали тогда вместе, я туда же.

    Дашка сняла коньки и засунула в рюкзак, взамен извлекла кроссовки.

    -Поехали.

    По дороге выяснилось, что практику в лабе для Дарьи, на восемь часов в неделю в счёт научной стажировки для физмат-лицеистов, выбил дед. Не сказать, что рыжая была от этого в восторге, резонно сообразив, что у старшей сестры не забалуешь. Впрочем, это открывало для неё некоторые недокументированные возможности, и она тут же пристала к Мышу с задачками по физике.

    -Ага, а Светка мне опять башку отрывать будет,- проворчал Дима. Родители сестёр, исследователи элементарных частиц, уезжая в Швейцарию, в CERN, возложили основную педагогическую функцию на старшую. Светлана старалась соответствовать, и не давать младшей халявить. Впрочем, та и сама особо не злоупотребляла свободой от пристального родительского внимания к успехам в учебе. Чего нельзя было сказать о прочих аспектах жизни.

    -Это будет нашей маленькой тайной, - ухмылялась Даша.

    -Знаю я твои тайны…- отказать этой глазастой сущности было невозможно,- ладно, давай так. Я тебе выписываю законы и показываю вывод. Считай сама, у нищих слуг нет.

    -Да, нормально. Спасибо.

    ****

    Из распахнутых настежь дверей лаборатории квантово-механических систем звенело сопрано Тарьи Турунен, распевающей что-то из 'Призрака оперы'.

    'Понятно, Гомес в отпуске…'

    У входа, на деревянном ящике из-под распакованного второго ИКСа, 'сидел на дорожку' Рома Мориц. Рядом с ним стояла здоровенная туристическая сумка: прямо с работы аспирант собирался рвануть в 'Шарик'.

    -Здорово. О, смотрю, замену мне нашли.

    -Понабрали тут по объявлению, - буркнула Света, увидев сестру.

    -Любите вы друг друга, я смотрю. Ладно, я отчаливаю. Пожелайте. - Ромик хлопнул Мыша по ладони.

    -Зиг хайль, браза.

    -Димон, красавицы, пока! - Ромик подхватил сумку и испарился.

    Светлана ожесточенно щёлкала тумблерами управления крыльчаткой, лопасти которой вяло ворочались в баке с тестовым раствором.

    -По-моему, здесь нифига не двадцать об-мин, - озабоченно произнесла она.

    -Глянь описалово, я через пять минут подойду, - Мыш вдруг вспомнил о обещании профессору забрать его лазерный принтер с кафедры.

    -Давай. Купи мне минералки по дороге.

    Мыш отправился в другой корпус, а Дарья стала добычей сестры, немедленно приставившей её к хрестоматийной лаборантской работе - мыть пробирки, точнее две большие конические колбы из-под солей олова.

    Квест с принтером вместо пяти минут занял полчаса, несчастный лазерник успел трижды сменить место жительства в 'чернильнице'. Подходя к открытой двери лабы, Мыш отметил необычную тишину внутри. Сёстры Чекан - девушки 'громкие', особенно младшая, рыжий квазар, источающая губительное для мозга окружающих рыжее излучение. Молчала она разве что во сне. Войдя, он застал мизансцену, безо всякой доработки пригодную для рекламного плаката пресловутого Сколково 'лица современной российской науки'. Даша, в новеньком белоснежном халате с лейблом 'Роснано', сидела на крутящемся стуле прямо перед баком, подавшись вперёд и вперившись взглядом в лопасти ротора, неторопливо мешающие прозрачный раствор, будто увидела в баке 'звёздный линкор Ямато' какой-нибудь. Её 'онейе сама' стояла за спиной младшей, удовлетворённо пощёлкивая алыми ноготками по приводу укрощенной крыльчатки. Для рекламного снимка не хватало разве что мудрого руководителя научных красоток, убелённого благородными сединами старого учёного. Впрочем, БВЧ на эту роль не годился, внешне он был похож на этот расхожий образ меньше, чем бульдозер на стрекозу. Мыш даже принтер забыл поставить, любуясь живой картинкой. Некоторый романтизм и чувство прекрасного ему были не чужды.