Эхо первой любви - Наташа Окли

Кейт вздрогнула. Впрочем, это вполне естественный вопрос, и когда-нибудь она привыкнет отвечать на него.

— Нет, у меня нет детей.

Надо прибавить, что их у нее никогда и не будет, но как такое скажешь? Сказать вслух — это сделает медицинский факт более реальным, безоговорочным. Она никогда не сможет иметь детей.

— Наверное, нет времени. С этой твоей работой…

Кейт натянуто улыбнулась:

— Прекрасно подходит как отговорка. — Что ж, чем ближе остров, тем более неловкой становится ситуация. Какая незадача, что она встретила Гидеона! — Нет времени на серьезные отношения.

Он откинулся на спинку скамьи:

— Но ты реализовала свою мечту… Наверное, это потрясающе.

Потрясающе? Кейт захотелось рассмеяться. Возможно, кому-то это может показаться потрясающим — бесконечное ожидание, пока тебе дадут интервью, чувство неловкости, когда с тобой разговаривают с неохотой и односложно, а ты знаешь, что должна сделать из всего этого нечто завлекающее зрителя. Ее палец забарабанил по краю блюдца. Конечно, были приятные моменты, однако они не заполняли пустоты ее существования. Ну, еще один репортаж о восходящей звезде, еще один о новом фильме… Все это составляло бесконечную, монотонную цепь бытия и давно потеряло для нее свое очарование и блеск. А она ведь втайне мечтала совсём о другом — о том, чему не суждено сбыться.

— Мне повезло, — согласилась она.

Губы Гидеона тронула слабая улыбка. Черт, как он привлекателен!

— За везением стоит упорный труд, кому это знать лучше, чем мне! Конечно, хорошо, если и удача на твоей стороне… — Он вдруг замолчал, видя, как к ним подходит дама в красной куртке. — Мадам?

Незнакомка подождала, пока Кейт не обернулась к ней, и проговорила:

— Простите, что беспокою вас… Но вы ведь работаете на телевидении? Ведете прогноз погоды, да?

Выражение лица Гидеона едва не заставило Кейт расхохотаться, но она ответила со спокойной улыбкой:

— Новости культуры, мадам. Голливудские сплетни — вот моя специализация.

За те две недели, что она провела в Лондоне, Кейт почти привыкла к подобным ситуациям, А вот в Лос-Анджелесе на нее никто не обращал внимания.

Женщина обернулась, чтобы победно кивнуть своей подруге, потом покопалась в кармане куртки и извлекла блокнот и ручку:

— Вы не дадите автограф? Я сказала Ивонн… Вот той даме в коричневом пальто и очках… Я сказала Ивонн, что узнала вас. Я всегда смотрю ваши выпуски! А она сказала, что я ошибаюсь, но я так хорошо запоминаю лица…

Стараясь не рассмеяться, Кейт склонилась над блокнотом:

— Конечно, я дам вам автограф. Как вас зовут?

— Синтия. Миссис Синтия Паток.

Кейт вернула блокнот, сияя улыбкой:

— Очень приятно познакомиться, Синтия. Но нам пора — уже объявили, что паром причалил.

Рука Гидеона осторожно взяла ее под локоть и направила к выходу, помеченному желтой табличкой.

— И часто такое случается? — тихо поинтересовался он.

— Здесь, в Англии, довольно часто. — Ее лицо озарила искренняя, безудержная улыбка. — Но не волнуйся, я не придаю таким вещам никакого значения.

Гидеон рассмеялся. Сейчас он казался моложе и еще красивее. Его рука лежала на ее плече, казалось, ей снова семнадцать лет… Кейт резко отодвинулась, улыбка исчезла с ее лица.

— Нам пора по машинам. Приятно было снова встретиться с тобой.

— Мне тоже.

Она порылась в сумочке в поисках ключей от автомобиля.

— Ах да, и спасибо за кофе.

— Это доставило мне удовольствие.

Он предупредительно открыл перед ней дверь, ведшую на нижнюю палубу, где размещались машины пассажиров. Спускаясь по лестнице, Кейт придерживала полы своего длинного пальто. Внизу она остановилась и сказала:

— Что ж, до свидания. Как мило вот так случайно встретиться снова!

— Не стоит столь основательно со мной прощаться, — ответил он. — Нам все равно придется встретиться снова.

— Правда? — пролепетала Кейт, чувствуя себя довольно глупо.

— Без сомнения, потому что сегодня Дебби сидит с моими девочками. — Его прервал громкий, требовательный гудок чьёго-то автомобиля. — Надо поторопиться к нашим машинам, возможно, они мешают кому-то проехать.

Кейт послушно заторопилась к своей зеленой малолитражке, стараясь не оглядываться на Гидеона.

Как странно встретить его снова! Какая неожиданность! Впрочем, что в этом такого — многие островитяне то и дело ездят на материк по своим делам. Да, она вела себя довольно глупо, подумала Кейт, глядя, как медленно раскрываются тяжелые двери грузовой палубы. Почему только она не подумала сразу же о Лоре, увидев Гидеона? Какое наказание, она, похоже, обречена вести себя донельзя глупо в его присутствии!

Кейт завела мотор. Гидеон выглядел таким несчастным! Но чего же ожидать от человека, потерявшего жену? По сравнению с его горем ей вообще не на что жаловаться, даже уход Ричарда — это мелочь. Руки Кейт сильнее сжали руль, когда она поняла, что ее вновь охватывает волна горечи. Значит, ужасное чувство разочарования и ярости никогда не отпустит ее. У Гидеона хотя бы есть дети, а у нее никогда не будет собственной семьи, никого, кто бы по-настоящему любил ее…

Кейт нажала на педаль газа. А еще ей предстоит встретиться с Дебби…

Все было бы по-другому, если бы Дебби приехала к ней в Лондон — им было бы весело, они, смеясь, обсуждали бы, в какой ресторан — индийский или китайский — пойти и где лучше магазины — на Оксфорд-стрит или в Ковент-Гардене. Они были почти что сестры.

Однако на острове Дебби представляла собой нечто иное. Здесь Дебби вела такую жизнь, которой у Кейт никогда не будет. Встреча с ней точно взгляд в зеркало, где вдруг видишь другую, непостижимую реальность, куда не решаешься войти. Маленькая босоногая девочка, которая стоит в снегу и в изумлении разглядывает через замерзшее оконное стекло ярко пылающий камин, новогодние подарки, тихий семейный праздник…

У Дебби был любящий муж, двое сыновей — Келем и Дэниел. Сердце Кейт сжалось, как и всякий раз, когда она вспоминала о своем несчастье. Ей нужны были самые простые радости жизни, но они всегда оказывались недостижимыми!

Кейт пристегнула ремень безопасности и въехала на пристань. Не стоит быть эгоистичной! Дебби тоже страдает, она потеряла мать. Как можно завидовать ей в такой момент? Кейт понимала, что это именно зависть — иначе не назовешь то чувство, которое отравляло ее жизнь.

Шесть лет, как Кейт не была здесь, но она прекрасно помнила каждую мельчайшую деталь пейзажа. Вот старый дуб, вот паб на углу, а за следующим поворотом она увидит отель, где они всегда играли в крокет летом. Если бы можно было убежать отсюда, прямо сейчас! Как ей тяжело! Еще несколько минут, и Кейт будет сидеть напротив Дебби, слышать детскую возню где-то в доме…