Подарочек из прошлого - Марина Канаева

В этой ситуации логично б было заорать, позвать на помощь, метнуться прочь из комнаты, но я медлила. Мой здравый смысл бунтовал, требуя так и поступить, но что-то меня удержало.

— Зачем вы это делаете? Чего вам надо от меня? — резко спросила я.

— Хочешь дальше жить, как жила, без огня и цели — твоё право. Но если хочешь хоть раз станцевать в огне, встряхнуться, рискнуть — передай эту коробочку по указанному адресу.

Старухина рука протянула мне коробочку без опознавательных знаков. В коридоре послышались шаги бабушки. Я в тот момент не думала ни о чём — рука сама собой схватила коробочку и спрятала в карман. Секундой позже зашла Алика с подносом. И я, и Эльвира сделали вид, что ничего не случилось. Разговор потёк так, как прежде.

Когда мы возвращались домой, бабуля спросила:

— О чём вы с Эльвирой болтали, пока меня не было?

— Да она что-то рассказывала, а я не слушала, — ответил мой язык.

Я рассеяно разглядывала листочек, на котором красовалась надпись:

«Ул. Малогорская, клуб «Сапфир», спросить Филону»

Ну и что мне с этим делать? Я взяла коробочку и повертела в руках.

С одной стороны, разум настоятельно требовал, чтоб я выкинула эту вещь и напрочь забыть о женщине со странным именем, которой я должна была её передать. Но в моей памяти прочно застряли слова старой цыганки: «Танцевать в огне…». Что-то в этих насмешливых словах манило меня, завораживало.

Я раздумывала пару минут, а потом влезла в джинсовый костюм. Может, эту Филону и стоит найти.

Улицу Малогорскую я разыскивала около часа. У кого б я не спросила, мне неопределённо махали и совершенно равнодушно чесали дальше. В итоге я не выдержала и вызвала такси. Когда я продиктовала водителю адрес, его глаза округлились. Не заговаривая со мной, он рванул как торпеда, подвёз меня и уехал, не оглядываясь. Его поведение меня слегка озадачило.

Впрочем, когда я осмотрелась по сторонам, я частично поняла причину. Перед моими глазами предстала ожившая картинка из дешёвого триллера.

Улица была тонка и извилиста, как кишка. Из неё выходила капиллярная сеть переулков. Построенные невесть когда дома нависали над улицей, словно бы погружая её в вечную тень. Мне с моим нездоровым воображением и странными ассоциациями показалось, что улица — ленивая ядовитая медуза, которая ждёт свою жертву. Тем не менее, я, ободрённая почти полным отсутствием прохожих, упрямо двинулась вперёд, отыскивая клуб «Сапфир».

Он нашёлся в конце улицы. Знаете, я всегда считала, что названия — самая ненадёжная вещь в мире, ведь именно они обманывают чаще всего. Но внешний вид «Сапфира» удивил даже меня. Это оказалось полуподвальное помещение с покосившейся вывеской, которая когда-то, видимо, претендовала на зелёный цвет (судя по состоянию краски, где-то между девятнадцатым и двадцатым веком).

Я пару минут постояла на пороге, дёргая дверь. Потом побарабанила. Никаких заметных результатов это не дало. Когда я уже стала подумывать о том, что стоит уже смываться отсюда, рядом со мной вдруг возникла колоритного вида дама. Я не заметила, как она подошла ко мне.

Женщина была одета в просторное, но явно недешёвое платье и зачем-то (лето ведь на дворе) в цветастую тёплую шаль, явно жаркую и не подходящую к стилю. А макияжик-то совершено неприметный, но явно качественный: вон как глаза выделены и губы подчёркнуты. В общем, заморочка в стиле: «Кто смылся из психушки?»

— Ты что здесь забыла? — «ласково» поинтересовалось небесное создание.

— Я разыскиваю одного человека, и мне сказали, что здесь я его могу найти, — сделав морду кирпичом, сочла разумным сказать я.

— Тогда ты должна бы знать, что это заведение открывается только после 9 вечера. Раньше сюда можно не соваться — мы не работаем в детское время. Но я сейчас вполне свободна. Может, тебе погадать, яхонтовая моя? — мягко поинтересовалась женщина. В глубине её глаз возник алчный, отталкивающий блеск. Я покачала головой, вежливо попрощалась и пошла по улице обратно, планируя побыстрее смотать отсюда.

Улица была пуста, лишь кое-где попадались таинственного вида прохожие, стремящиеся к неприметным магазинчикам. К тому же, периодически попадались полудохлого вида собаки, основная группа которых сейчас общалась около мусорки, недалеко от странной женщины.

Я уже собиралась свернуть в какой-то переулок, когда услышала за спиной резкий голос:

— Лучше б я тебе погадала, яхонтовая моя!

Я обернулась и успела увидеть странный багровый отсвет в глазах бывшей собеседницы. В тот же миг собаки у мусорки вскинули головы. В их глазах мне привиделся то же красное зарево, и секундой позже они кинулись на меня.

Я оцепенела: стояла и смотрела, как псы, точно в замедленной съёмке, летят на меня. Когда они были рядом, я вдруг помимо воли вскинула руку и выкрикнула:

— Прочь!

Я не знаю, что зазвенело в моём голосе; я не знаю, что отразилось в моих глазах. Но факт остаётся фактом: собаки остановились, словно налетев на невидимую стену, заскулили и разбежались по углам.

— Извини, сестра! Что ж ты сразу не сказала? — спросила женщина в шали, но я не ответила. Я уже бежала прочь, неслась так, что ветер свистел в ушах.

Очнулась я только дома, в смысле, у бабушки. Как добралась — не помню. Когда начала толком соображать, нашла себя валяющейся на кровати просто в кроссовках.

Я вылезла из обуви, схватила шоколадку и стала обдумывать сложившуюся ситуацию.

С одной стороны, Эльвире я ничем не обязана; с другой, у меня её вещь. Кстати, а что это?

Пару минут во мне любопытство боролось с воспитанием. Что могло возобладать? Правильно. Я тоже так думаю.

Так что мне ничего не оставалось, кроме как выудить коробочку из кармана. Она открылась так легко, что я невольно заподозрила подвох. Встряхнула — и на атласную поверхность покрывала посыпались какие-то цветные картонки. Я присмотрелась. На кровати были рассыпаны Таро старинной роботы.

Я довольно хорошо умею разбираться в символике этих карт. Немного умею даже гадать. Но столь тонкой работы мне ещё не приходилось видеть: каждая чёрточка, каждая деталь была чётко прорисована. На обороте каждой карты красовалась необычная фиолетово-красная руна и символы Мечей, Жезлов, Денариев и Кубков. В общем, увиденное впечатляло.

Всю ночь я провела, как на иголках, а утром приняла самое разумное из своих решений: карты надо вернуть Эльвире.

Кое-как позавтракав, я засобиралась. Бабушка, занятая своими делами, просто пожелала мне приятной прогулки.

Я уже взялась рукой за ручку двери, когда меня посетила очередная сугубо гениальная идея. Вытащив из кармана чужую (!) колоду, я наугад взяла одну из карт, задав вопрос: что мне ждать от этой истории? Перевернув карту, я удивлённо и вопросительно приподняла брови. С картонной поверхности на меня смотрел озорными глазами насмешник и интриган, бесшабашный друг самой Судьбы — Шут.