Местные флюктуации - Олег Шалюгин

неё не добраться. Набил рюкзак остатками еды. На улице снегопад, но как-то не морозно, а мягко даже. По-моему, сегодня значительно теплее. Нашел в шифоньере огромные кавалерийские сапоги, помню, привёз, как-то, из Дойчляндии… Фонарик есть, он же и шокер, да… полуразряжен, надо было хоть зарядить, пока свет горел, телефона ещё на день должно хватить. Напялил тёплые штаны, пару свитеров, старый тулуп, нашел рабочие перчатки и вязаную шапку, глядишь, не замёрзну… Ладно, нечего зря время терять, посижу на дорожку — ив путь. Пока, с Богом…

11 часов утра… я на перевале. Писать страшно… Всюду опустошение. Вместо трассы — огромная просека в прозрачном, белом лесу, но идти легко, снег слежался. В нашей деревне не нашел ни души. Ларёк, где я продукты покупал, завален снегом по самую крышу. На заправке DwT, что около трассы, выбиты все стекла, внутри никого, везде замерзшая кровь. Пошел по дороге, никаких следов, ни машин, ни людей. Через пару километров нашел какое-то пожарище, видимо, остатки придорожного кафе, зайти туда побоялся… всю дорогу преследует чувство, что я не один, и кто-то за мной наблюдает… Ощущение очень неприятное. Температура на улице терпимая, лёгкий морозец. По дороге… ещё несколько ресторанов… как после бомбёжки… в последний… заглянул из любопытства, зря… ресторация «Ливерпол», не доезжая, да кто теперь туда доедет… ладно… до перевала, прямо на повороте — здание, почти целое, окна только выбиты, дверей нет… ну я и… Стрёмно, шокер свой вытащил, держу наготове, тишина, слышно только сердце — бум, бум, бум… Зал — все вверх дном. На потолке, на остатках мебели, на стенах — везде дырки от пуль, пол усеян стреляными гильзами, кто-то беспорядочно палил из автомата, но ни следов крови, ни трупов не видать… пошел на кухню, думал, может, продукты какие остались. Зря, зря, зря… Всё теперь перед глазами стоит… На кухне вместо продуктов нашел полуобглоданного мужика с простреленной головой… как унёс ноги оттуда — не помню. Сижу теперь на посту полицаев, развёл костер из мебели и жарю себе кусок колбасы, от нервов прямо жор напал… Тут тоже — как рекстаг после штурма, всё вдребезги… Кстати, на площади перед постом насыпан такой странный сугроб — и из него антенна торчит! Наверно, заваленная снегом машина, раскапывать не стал — страшно… Всё, пора в путь, колбасу съел, пока светло. Надо дойти до Алустона…

Два часа дня. Еле дошел до заправки, названия ее не помню, а тут уже не разберёшь. На улице ужасно, жуткий снегопад, прямо буран, видимость несколько метров, наверняка прошел бы мимо, но дорога, слава богу, делает небольшой крен влево, а я сослепу пошел прямо и — бац! упёрся в помпу, что бензин качает… вернее — качала. Поразительно, но всё здание практически цело, разбито только окно кассы, через него внутрь и влез. Кассовый аппарат, естественно, раскурочен. И зачем людям деньги, ума не приложу. Сижу сейчас в офисе, окна-двери на месте и внутри сносно, не курорт, конечно, но жить можно. Бумаг полно валяется, счета какие-то, на растопку пойдут, компьютер на столе, монитор плоский, дорогой. Клава шикарная, сидюки в коробочке, ручки всякие красивые… пару штук взял, пригодятся. Всё целое, даже царапинки нет. Чудно… Пытался дозвониться домой. Связь есть, но не отвечают. Никто трубку не берёт… Беспокоит это меня, хотя у них там наверняка нет света, да, скорее всего, просто света нет…Nur Mut!!! Останусь здесь до утра.

Вечер… Возможно, — вечер, на улице воет ветер и не видно ни зги, батарея у мобилы села и сказать, который теперь час, не могу. Заметно похолодало, видимо, опять пошло морозить. Нашел кухню — там есть вентиляция, заодно приоткрыл фрамугу на юроокне, теперь жгу костерчик и жарю остатки колбасы. В буфете тарелки, вилки и стаканы, холодильник пустой. Ничего нет… даже крошек хлебных. Впрочем, на пару дней у меня продуктов хватит. Выкрутимся…

Вновь пишу. Обошел здание в поисках чего-нибудь полезного, самое полезное, что нашел — коробку новогодних свечек и несколько фирменных зажигалок — весьма кстати, а то спички почти закончились… Одну комнату я не открыл, закрыта на ключ. Ну да бог с ней. Пойду, лягу спать, утром выйду как можно раньше. Кстати, заправка, судя по зажигалкам, называется «Амига»…подруга, кажется, по-гишпаньски. Странное название для места, где бензином торгуют. Всё, пока…

* * *

Утро. Уже светло, но никуда не ушел. Еле жив остался. Ночью спал, хоть и продрог, но уснул, и крепко… Костёр прогорел и потух, иначе б хана… снился мне странный сон: зима, день солнечный, морозный, я на санках катаюсь, с горки рядом с Трестом. Это из детства… Рядом с доминой этим, на пригорке, монастырь заброшенный стоит, в XVI веке построенный, стены из красного кирпича, метра в два толщиной. Вот вдоль стены я и катаюсь. Горка длинная, скорость, дух захватывает. Тут подкатывает ко мне Колян, хулиган местный, — лицо точно его, но в очках толстенных, бородка козлиная, как у Дроцкого, при костюме, в штиблетах, и давай, бормоча что-то, голубеньким фонариком в глаза мне светить… а потом медленно… растаял в воздухе, как облачко. С испугу проснулся… Глаза продрал… В окно свет бьёт, яркий, слепит… и голоса. Бумм! — выстрел, что-то серьёзное жахнуло, может, Калачников… я не специалист, точно не скажу… Тут у меня и сыграло, вспомнил я «Ливерпол» сразу и понял, чем сейчас всё кончится. Куда теперь деваться?! Подполз к двери и, Господь милостив, смотрю, дверь-то изнутри защёлкой закрывается, юродверь с юрозамком… Закрыл я её осторожно, отполз. Куда теперь? Кухня — плита, мойка, буфет да холодильник. Холодильник большой, импортный, пустой… хорошо, что дверка на магнитной защелке, иначе как бы я потом из него вылез… что там снаружи творилось не знаю — стрелянина да вопли, а потом так шваркнуло, что всё ходуном заходило, я и оглох совсем. Всё, тишина. Просидел в холодильнике, пока не задубел, в голове гул стоит, ни ног, ни рук не чую, через пару часов, наверно, только выбрался. Темно, тихо… закутался потеплей, так до света и просидел. Чуть посветлело, пошел на разведку. Дверь осталась цела, окно тоже, но в коридоре пахнет гарью, везде осколки стекол, ошмётки гипсокартона. Откуда велась стрельба, не поймёшь — ощущение, что сразу со всех сторон. Полно стреляных гильз, нашел даже рожок от Калачникова, с десятью патронами, возьму на всякий случай, может, пригодится… пошел дальше, дверь от офиса, искорёженная, валяется на полу, в самой комнате воняет каким-то чадом, вместо окна обугленная