Дьявольское наваждение - Барбара Картленд

Было очевидно, что от женитьбы выиграет не только герцог – девица не останется внакладе, получив хорошего мужа, в жилах которого течет не менее благородная шотландская кровь.

Следивший за герцогом маркиз понял, о чем думает его собеседник, и добавил:

– Мы уже виделись с Иэном Мак-Кэроном, Дунканом Макбетом и еще двумя родственниками молодой графини. Они весьма обеспокоены сложившейся ситуацией.

– А я-то думал, они довольны, – холодно заметил герцог.

– С одной стороны – да, – согласился маркиз. – Но они опасаются за Джейн – она очень молода и обучалась в монастыре, девушка может серьезно увлечься первым же поклонником.

– А что, если он станет хорошим мужем для нее и согласится остаться в нашей стране, даже если не будет шотландцем? – поинтересовался герцог, понимая, впрочем, что говорит это только из желания подразнить маркиза. Тот был прав, говоря, что за богатой девушкой надо присматривать, тем более если речь идет о женитьбе.

По закону имущество женщины переходит к супругу в тот самый миг, когда он надевает ей кольцо на палец. Попав же в руки охотника за приданым, миллионы техасского дядюшки могут улетучиться как дым.

– Именно это хотели бы предложить вам ваши подданные и клан Макбетов, – продолжал маркиз. – Я уверен, они весьма тщательно следили за вашей карьерой и знают, что в прошлом году вы получили медаль за отвагу.

Герцог промолчал. Выбравшись из-за массивного стола, по другую сторону которого сидел маркиз, он пересек комнату и выглянул в окно. Был пасмурный день, и здания на другой стороне улицы казались серыми.

Герцогу подумалось, что такова будет его жизнь в будущем – мрачная, пасмурная, лишенная острых ощущений, к которым он так привык за годы службы в Индии.

«Я этого не сделаю!»– сказал он себе.

Однако слова не шли у него с губ. Он так много общался с различными людьми, что прекрасно понимал: нравится ему или нет, а проблема, с которой он столкнулся теперь, жизненно важна для него как для предводителя клана.

Разумеется, клан Мак-Кэронов только выиграл бы от такого союза. Герцог мог бы осуществить все свои планы, помочь молодежи, которая либо влачила жалкое существование, ожидая случайный заработок, либо покидала Шотландию, надеясь на удачу где-то за морем. Бывало, таким смельчакам везло, но чаще они возвращались домой и умирали в нищете.

Да, брак сулил немалую практическую выгоду, и, если говорить честно, как раз ту, в которой так нуждался сейчас герцог.

Но женитьба на незнакомой молодой женщине, с которой у них наверняка будет очень мало общего, а также необходимость осесть на одном месте и влачить скучнейшее существование женатого человека не привлекали герцога.

Шотландские девушки, которых он когда-то знавал, были не слишком хороши собой и очень плохо представляли себе мир, лежащий за пределами их родины. Они ни капли не походили на утонченных, веселых, лукавых женщин, с которыми герцог проводил время в Симле, а как-то раз даже у подножия Гималаев. Те женщины были подобны экзотическим цветам в иссушенной пустыне. Герцог наслаждался яростной страстью, поднимавшейся в нем всякий раз, когда он слышал их остроумные шутки и смех и наблюдал изощренные хитрости, которые тотчас же распознавал. И после всего этого он должен был довольствоваться смазливенькой девицей без единой капли мозгов, представляющей себе общение с мужчиной примерно так же, как полет на Луну?

«Я этого не сделаю!»– повторил себе герцог, однако, отвернувшись от окна и заметив взгляд маркиза, понял, что выхода у него нет.

Следующие два дня, проведенные в Лондоне, герцог непрерывно встречался с шотландцами и слушал их мольбы и уговоры до тех пор, пока не почувствовал, что, произнеси хоть кто-нибудь еще раз слово «брак», убьет говоруна. Впрочем, он был достаточно умен и понимал, что пожилые шотландцы, изменившие ради него своим привычкам и приехавшие в Лондон, говорят искренне и опасаются, что герцог не последует их советам.

Окончательно убедился он в необходимости жениться после встречи с сэром Иэном Мак-Кэроном, который представил ему огромный список долгов, оставленных прежним герцогом.

– Как можно ухитриться столько потратить? – спросил ошеломленный герцог, увидев итоговую сумму.

– Кейт никогда не отдавал долгов, мой мальчик, – последовал ответ. – Большая часть счетов отправлялась в стол нераспечатанной. Знал бы ты, сколько понадобилось времени, чтобы разобрать этот кошмар! Одних только вызовов в суд набралось несколько дюжин – нам удалось избежать их, заверив кредиторов, что ты все оплатишь.

Герцог рассмеялся.

– Дорогой дядя Иэн, – заметил он, – моих денег как раз хватит, чтобы оплатить почтовые расходы!

И все же он понимал, что должен прислушаться к совету, который все – кроме него, разумеется – считали превосходным решением.

Наконец герцог капитулировал – он понял, что другого способа спасти имя клана не было. Его согласие словно подожгло запал – не успел герцог произнести «да», как события понеслись, набирая скорость. Старики поспешно отправились в Шотландию готовиться к свадьбе. Сам же герцог еще на одну ночь остался в Лондоне, попытавшись вспомнить прежние дни, когда он был простым офицером и никому не было до него никакого дела, и решил повеселиться всласть.

Он отыскал одну из своих старых подруг – если, конечно, можно было так назвать ее, – которая все еще выступала в «Веселом театре»и после трех лет разлуки совершенно не изменилась.

Посмотрев выступление, как и прежде превосходное, герцог пригласил девицу поужинать в ресторане «Романо», а она рассказала ему о своей жизни со времени их последней встречи. Слушать было забавно, однако герцога шокировало то, что не один мужчина успел осыпать ее бриллиантами, а последний из покровителей, как выяснилось, сумел добиться для нее свободного вечера, который певичка и провела с ним.

– Спасибо тебе, Милли, – сказал герцог. – Ты только похорошела с тех пор, как я видел тебя в последний раз.

Это была ложь, но он знал, что хочет услышать певичка. Она обняла герцога со словами:

– Спасибо тебе, дорогой Талбот! Я никогда не забывала тебя… а теперь ты стал герцогом, и не так стеснен в средствах, и, быть может…

Герцог быстро перебил ее:

– Завтра утром я уезжаю в Шотландию, Милли, и, возможно, никогда больше не вернусь.

Девица издала полное ужаса восклицание, однако уже на заре, покидая ее квартирку, герцог подумал, что ему вряд ли захочется возвращаться туда.

«Старею», – заключил он.

Он вспомнил себя офицером, каким был, возвращаясь из последнего отпуска, – куда делось очарование жизни и желание наслаждаться ею?