Что надеть для обольщения - Сари Робинс

Большинство особ женского пола, с которыми Прескотт общался, одевались в струящиеся шелка, украшенные оборочками, бантиками и рюшами. Что касалось незнакомки, на ее скромном коричневом платье не было ни намека на все эти женские штучки.

Под стать одежде, выражение лица его неожиданной гостьи было спокойным и сдержанным. Как будто все природные проявления необузданности характера давным-давно были укрощены и подавлены. Она напоминала ему школьную учительницу, которая добросовестно смотрела за детьми, не понимая свойственной им живости и не разделяя их веселья.

Однако то, как женщина себя вела, выдавало присущую ей силу духа, целеустремленность и уверенность в себе.

Прескотт почувствовал, как что-то шевельнулось в его душе. Незваная гостья возбудила его любопытство, которое он уже давно ни к кому и ни к чему не испытывал. Он раздраженно отмахнулся от этих мыслей, зная наперед, что, несмотря на все видимые отличия от остальных женщин, в конце концов она поведет себя как любая другая светская дама – постарается использовать его для своих целей, а потом выбросит, как ненужную вещь. Есть один верный и простой способ, чтобы в этом убедиться.

– Что вам от меня нужно? – прямо спросил Прескотт.

– В данный момент – чтобы вы выслушали меня.

– Выслушал – и все? Больше вам ничего от меня не нужно? – с иронией в голосе спросил он.

Бледные щеки незнакомки покрылись пятнами.

– Не говорите со мной в подобном тоне.

– Я только хотел предоставить вам благоприятную возможность изложить наконец то самое дело, из-за которого вы пришли и упорно не желаете уходить. – Прескотт проговорил это, не скрывая своего раздражения. Его терпение было на исходе. – Вы явились, надеясь нанять меня в качестве сопровождающего?

Ее глаза сверкнули. Женщина пришла в замешательство из-за того, что Прескотт потребовал от нее прямого ответа и тем самым расстроил ее планы. Ну что ж, это даже к лучшему!

Она еще выше подняла голову.

– Да. Но все не так просто, как может показаться на первый взгляд.

Прескотт с удивлением обнаружил, что разочарован ее ответом. С чего бы это? Разве он мог ожидать чего-то другого? Ради Бога, да кто он такой? Презренный мальчик по вызову, постоянный спутник замужних дам. И он не заслужи вает ничего другого. Да, он был таким! Но все это осталось в прошлом, напомнил он себе. Теперь все будет по-другому. Та часть его жизни благополучно завершена.

– Меня это не интересует, – сказал Прескотт и, видя, что женщина хочет возразить, поднял руку, останавливая ее. – И ваша внешность здесь совершенно ни при чем. Попроси меня сейчас об этом хоть сама Венера Милосская – мой ответ был бы тем же самым.

– Но это будет больше, чем просто договоренность. У меня особый случай. Вы нужны мне для особых целей. И то, что я вам предлагаю, – нечто необычное.

Прескотт рассмеялся. Он понимал: то, что он скажет, возможно, прозвучит жестоко. Но его это не слишком заботило.

– Каждая женщина считает себя особенной, ни на кого не похожей. Думает, что ее предложение – бесценный дар, достойный королей. – Прескотт скрестил руки на груди и отвел глаза. – Кроме того, я не сплю с женщинами за вознаграждение. И не имеет значения, насколько уникально то, что вы мне предлагаете.

Сжимая кулаки, дама поднялась с дивана.

– Я очень нуждаюсь в ваших услугах, мистер Дивейн. Это правда. Но я не хочу, чтобы вы со мной спали. Даже мысли такой не должно у вас возникать.

– Так о чем же тогда идет речь? Вы просто хотите заставить вашего мужа ревновать? – Прескотт отрицательно покачал головой: – Не-ет! Даже слышать ничего не хочу об этом!

– Послушайте, каково бы вам было, если бы я решила воспользоваться сведениями из этой бухгалтерской книги, – женщина показала на стол, – в своих целях?

Прескотт с гневом посмотрел на незнакомку. Она округлила глаза, опасаясь, что он неправильно ее понял, и стала сбивчиво объяснять:

– Ну что вы, право… Я не способна на такую низость! У меня и в мыслях не было… Я даже толком не поняла бы, что там написано!

– В таком случае почему вы об этом упомянули? – процедил он сквозь зубы, с трудом держа себя в руках.

– Ну… Мне показалось, что вам не хотелось, чтобы я что-то узнала из этих счетов. И еще… – она начала нервно кусать губы, – потому что… меня кто-то шантажирует! И чтобы остановить этого негодяя, мне необходима ваша помощь!

Глава 2

Когда Эдвина выдавила из себя это признание, она почувствовала, что ей стало нечем дышать. Чтобы мистер Дивейн не заметил, как дрожат у нее руки, она с силой стиснула кулаки. Сердце отчаянно билось, щеки пылали огнем. Эдвина не могла предположить, что общаться с этим человеком будет настолько трудно. И еще что он произведет на нее такое сильное впечатление. Во всем его облике чувствовалась такая сила, что даже воздух в комнате казался наэлектризованным, как во время грозы.

Каждый раз, когда Эдвина встречалась с ним взглядом, от волнения у нее начинало сосать под ложечкой. От его низкого голоса по коже пробегали мурашки. Эдвина не ожидала, что, несмотря на все его раздражение, мистер Дивейн окажется весьма учтивым и воспитанным. До этого, представляя их встречу, она предполагала, что голос у Дивейна должен быть грубый, с хрипотцой, что речь выдает его низкое происхождение. Однако у него был великолепный, безупречный выговор и мелодичный, бархатный голос, возбуждавший ее воображение.

Ее растревожил мужественный, мускусный запах его одеколона, будивший в ней глубоко запрятанные животные инстинкты. Дивейн двигался с ленивой грацией молодого льва – властного, уверенного в своей силе и опасного. Его гладкая кожа имела красивый золотистый оттенок. Образ завершала великолепная грива волос медного цвета.

И так же как царь зверей, защищающий свою территорию, он был горд, неуступчив и великодушен к слабым.

«Это человек, с которым нельзя не считаться», – промелькнуло в голове у Эдвины. Она понимала, что именно поэтому ей нужен только он – и никто другой.

Эдвина ясно осознавала, что, если сейчас она упустит момент и не изложит суть дела, пока Дивейн не пришел в себя, он может выставить ее за дверь. В отличие от других знакомых ей мужчин, Прескотт Дивейн был человеком дела. Она ловила себя на мысли, что невольно думает о том, каково это – попасть в его объятия…

Эдвина постаралась унять свое разыгравшееся воображение и продолжила:

– Мистер Дивейн, меня шантажируют. Я не могу определить, кто этот ужасный человек. Но я уверена, что с вашей помощью я смогу это сделать, получу обратно компрометирующие меня материалы и остановлю этого негодяя.

Задумчиво почесав подбородок, Прескотт кивнул, сделав вид, что обдумывает ее слова. Возможно, бедняжка сбежала из Вифлеемской психиатрической больницы и ему следует обращаться с ней как можно осторожнее, пока она не скроется с глаз долой. «Спокойствие» – это было излюбленное слово его наставника, директора Данна, при общении с людьми с болезненной, неустойчивой психикой.