Семь драконов Ниларской принцессы (СИ) - Шалюкова Олеся Сергеевна

Так далеко не распространялась некоторая взбалмошность, которая, увы, была мне характерна. В противовес тому, что я должна была из себя изображать, не иначе.

В тот день в библиотеке брата поймал император.

— Раку.

— Отец! — молодой мужчина, уже красивый, талантливый, подскочил с места, глядя на незваного гостя расширенными от изумления глазами: — Что ты… здесь делаешь?!

— Решил тебя проведать. Не предложишь сесть?

— Прости… Прошу.

Уступив единственное кресло отцу, сам Раку устроился на колченогой табуретке, которую использовал обычно, чтобы вытащить пару книг с верхних полок или поставить их туда.

— Отец, ты хотел о чём-то поговорить?

— Да. О твоей сестре.

— Медунице? — в голосе Раку я слышала не просто растерянность. Искреннее недоумение. По его мнению, я совершенно и определённо не стоила внимания, а потом сообразил: — Кто-то заслал сватов?

— Нет. Конечно, нет, — отец даже засмеялся. — Я разве не говорил тебе? … Нет, видимо не говорил. Никаких сватов к Медунице не будет. Она с самого рождения помолвлена с князем Каннаритании. Она будет отдана ему сразу же, как только достигнет своего совершеннолетия. Но куда больше меня сейчас волнует другое.

— Приданое? — предположил Раку и снова не угадал.

Взгляд отца полыхнул насмешкой:

— Никакого приданого, кроме того, что положено в стандартном случае. Немного золота, немного магии, снижение пошлин по торговому договору, но никаких земель.

— То есть, ты её — продаешь?

— Конечно. Не желаю, чтобы эти воинственные оглашенные решили вторгнуться на наши земли. Конечно, брак их не удержит, но так или иначе даст нам отсрочку. Я хотел поговорить с тобой о другом. Ты умен, у тебя хорошие познания, ты многое уже успел познать, получил лучшие знания из возможных. Мне нужен ошейник для принцессы. Артефакт, который никогда не позволит ей сбежать.

Усмехнувшись, я устроилась удобнее на своей полке. О, да. Тогда Раку сказал, что у него не получится, но император просто ушёл, сообщив, что на всё про всё у моего старшего брата не так уж много времени — всего двадцать дней. И через двадцать дней, ко дню моего семнадцатилетия, он должен уже создать хотя бы черновую версию такого артефакта. Раку создал.

И сейчас этот артефакт в моём теле.

И вторая часть от него будет вручена моему будущему мужу, после чего я не смогу удаляться от него дальше чем на полтора километра. Сейчас держателем моего «поводка» был сам император. Такого расстояния было вполне достаточно, чтобы я могла находиться в дворце, свободно перемещаться по территории императорских садов, но… не могла даже выбраться в город.

Естественно, когда отец уезжал куда-то, а такое бывало и не раз — он передавал ключи кому-то из братьев, так что я была привязана к дворцу, даже отдалённо не представляя, что там, за невысоким зелёным забором…

Хотела ли я обрести свободу? Да. Более чем. Именно поэтому я делала всё, чтобы выяснить, что за заклинания, что за магию сплёл воедино Раку. В чём-то я продвинулась, в чём-то была по-прежнему далеко позади…

В тот день, когда ожидание закончилось, я была вновь в библиотеке брата. Предвидение не показало, что кто-то помешает мне, поэтому я лежала наверху, на полках, делая выписки из книги принцессы Вероники.

Дверь хлопнула, а потом в библиотеку ворвался Раку. Закрыл за собой дверь, глядя пусто в никуда, а потом решительно прошёл к столу. Я знала точно, самый главный, верхний ящик был закрыт на особый доступ — доступ крови.

Мой старший брат выдвинул ящик и вытащил оттуда тонкий кинжал. С хрустальным лезвием и тонкой гравировкой в виде дракона, положил его перед собой. Мой ключ. То самое, что приковывало меня к этому дворцу. То, что отделяло меня от свободы.

Даже если бы я могла, я бы не уничтожила этот кинжал. Он был ключом совсем не в метафоричном смысле. Он — единственный способ снять с меня поводок магии. Достаточно было бы ударить им меня. Погрузить меж рёбер до самого основания. Эльфы, ценители жизни и эстеты, естественно, и речи не могло бы идти о том, что кто-то так поступит.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Поэтому…

Я была обречена на несвободу, на то, чтобы вечно быть рядом с эльфом птицей, с подрезанными крыльями.

Раку смотрел на кинжал ещё несколько минут, потом опустил его в хрустальные ножны и вышел из библиотеки, закрыв её за собой. А ветер стегнул наотмашь меня по лицу.

Прибыл … кортеж, который должен был забрать меня отсюда. Кортеж моего жениха и моего будущего мужа. Тот самый, который должен был препроводить меня в Каннаританию, туда, где меня будет ждать свадебный обряд по правилам княжества.

У меня было два пути. Я могла попробовать сбежать, у меня был способ немного исказить расстояние поводка. Но это прямой путь к тому, чтобы быть пойманной и позорной пленницей отправиться к собственному мужу.

Я могла начать игру по чужим правилам, в надежде на то, что однажды… однажды я обрету свободу. В эльфийском княжестве много талантливых мастеров, кто знает, нет ли среди них того, кто сможет мне помочь.

Конечно, самый маловероятный исход, но оставался ещё и вариант, что однажды я смогу полюбить мужа, которого никогда не видела, и даже свобода мне будет уже не нужна.

У меня была масса возможностей, не было только свободы.

Я могла поступить как угодно опрометчиво, но…

Ох уж это «но». Леди не положено поступать опрометчиво. Если леди делает какой-то поступок, она должна представлять, к чему этот поступок приведёт, и какую выгоду из этого можно получить.

Единственная выгода, которую я могла сейчас получить, это не портить первое впечатление от встречи каравана со мной…

А значит, меня ждала комната, меня ждали мои служанки, церемониальные шелка и одеяния, долгий ритуал обряжения и встреча с теми, кто меня доставит в чужие земли. Я была принцессой Ниларской империи, я не могла бежать. Не здесь, не сейчас, не в этих обстоятельствах.

С сожалением отложив дочитанную книгу, я прихватила с собой сделанные записи — надо будет подумать на досуге, и скользнула в свою комнату. По коридорам пробежала запыхавшимся мальчишкой-посыльным, по коридорам, ведущим к своим покоям, прошла дородной служанкой, около самих комнат простучала звонко шпорами рыцарского облачения стражи и вошла внутрь, закрыв за собой дверь.

Платье было уже здесь.

Золотая парча, тканая алой нитью. Золото и алое — церемониальные венчальные цвета.

Подойдя ближе уже в своём настоящем виде, я погладила мягкую ткань. Это платье мне сейчас не надеть. Это платье я надену только через пару дней, когда под пристальным взглядом императора Нилана V, Ниларского императора, я стану обвенчанной.

Причём, мой жених даже не изволил явиться. Он прислал своего доверенного эльфа.

Ветер собирал мне слухи и сплетни со всего дворца всё время, что я провела в своих покоях. Дворец бурлил, гудел, как встревоженный улей.

Я была в своих комнатах, не покидая их.

Но даже это не помешало мне услышать отчаянный женский вопль из будущего:

«Возиться с избалованной ничего не умеющей принцессой и не просто возиться, а тащить её через всю страну?! Да за что мне это!!!»

Глава 1. Семь драконов

Хорошо, что иногда совсем не нужно зеркало, чтобы увидеть собственный вид. А то любопытство заедает — хорошо ли получилось, а вокруг ни одной отражающей поверхности.

В общем, несмотря на то, что здесь и сейчас я сидела на небольшом возвышении, не видя себя со стороны, я хорошо знала, какое именно впечатление произвожу. Завораживающая хрупкость фарфоровой куклы, дивной игрушки, переполненной своим собственным сиянием.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я сидела на мягких подушечках, на платье пошло несколько метров тончайшего бархата нежно-синего цвета. Аккуратные волны материи складывались вокруг моих ног, рук. Лицо было моим настоящим, черты не изменились. Правда и количество грима на нём было более такое, что под коркой краски кожа неимоверно чесалась! Мне хотелось пойти и окунуться с головой в бадью с горячей водой, но приходилось сидеть.