Наследник огня и пепла. Том I (СИ) - Добрый Владислав

Вошел черный коготь хорошо. Прям как человеческая дага в человеческое тело. Легко и непринужденно. Будь он подлиннее, я бы пронзил ему гортань и вогнал в мозг. Но увы.

Вокруг все как будто замерли. Я отступил на шаг назад, сжимая в руке коготь и фламберг. В первый раз за все время схватки с демоном, после моего удара все было так, как должно быть. Кровь полилась из его раны, просачиваясь через пальцы, рогатый пучил на меня глаза, хрипя от дикой боли. Вместе с дергающимся языком, торчащем из пасти, это показалось мне даже забавным. А может, просто очередной выброс окситоцина или что там у этих психопатов дает радость битвы? Я неожиданно для себя гыгыкнул. Ну ладно, хоть не…

Хряк! Наше переглядывание с демоном закончил удар боевой киркой. Длинный хищный шип кирки легко проломил висок демону, и тот рухнул к моим ногам. За рогатым стоял Кирка. Латник, которого демон отправил в полет еще в самом начале. Шлем он опять потерял, рожа вся в крови перепачканная, борода красными сосульками висит, и при этом скалится в улыбке. А потом запрокинул голову и захохотал, громко так, глубоко!

Если бы демон вот так захохотал после своего появления, я бы пожалуй к нему лезть не стал. Кирка поставил ногу на труп демона, выдрал свое оружие из рогатого черепа, и сделал контрольный. Лично я убедился — самая опасная тварь в этом мире, пока еще человек. Пусть и не всякий, а специально подготовленный.

Со всех сторон Кирку приветствовали радостными воплями. Набежали латники, начали его по плечам бить, как футболисты коллегу, забившего важный мяч.

Мне тоже пара одобрительных шлепков досталось. Кирку уже, кажется, качать собрались. Это прервал требовательный звук горна Опять три злых сигнала. “Вперед!”. И дубляж от Фредерика, для самых непонятливых:

— Вперед! Вперед! Ковыряло в руки и вперед! Битва еще не окончена!

Глава 2. Не время для сожалений

Некоторые, менее оптимистичные люди, находят в мире неисчерпаемый источник разочарований. И происходящее вокруг меня сейчас дало бы им много отличных поводов для разочарований. Вот, например, Фредерик. Образцово-показательный рыцарь. Красивый, с личным флагом, со свитой, на коне, выглядит даже круче, чем бандит на спорткаре. Но, вместо того, чтобы стоять и сиять своим величием — суетится, как бабулька у полок со скидками. Носится на своем коне туда-сюда, то заново сбивая строй, то буквально пальцем показывая куда стрелять арбалетчикам, то к лучникам, то к латникам, которые за каким-то чертом пошли в тыл. И как после этого хотеть быть блистательным полководцем, ведущим свою армию в бой верхом на коне и в красивых доспехах? Все, теперь это уже не красивая картинка, а сплошное разочарование.

А я вот, например, куда более оптимистичен. Мне по-прежнему хочется быть командиром латников. Ну, как командиром. Главным. Командовать не особо получалось даже у многоопытного Фредерика. Зато, можно было на всех матом орать. А этого мне очень не хватало — тут же в кого не плюнь, все благородные люди из уважаемых и древних семей. То есть такие мрази, которых даже по делу на хер пошлешь, а они тебя потом в спину острым норовят ткнуть. Обидчивые. Я, шутя, полуродного братюню гомосеком обозвал, так он ночью зарезать меня пытался.

Не меня одного, конечно. И, кажется, не совсем за это... Но все равно, случай показательный.

Тем временем наши враги оживились, начали стрелять и попытались перейти в атаку, пока наш строй еще не восстановился — но с ними сыграла злую шутку осторожность. Или страх перед демонами. Рогатый сюрприз явно стал неожиданностью и для них тоже. Кажется, среди наших врагов даже начались дискуссии с широким кругом вопросов и остро заточенными аргументами, в результате которых все оставшиеся в живых быстро пришли к консенсусу.

Лично я удивился степени ненависти, которая толкала этих людей продолжать сопротивление. На самом деле, при таком упорстве, у них был шанс переломить битву. Мне повезло, что демон не сильно загонял моих латников и склеил ласты до того, как нанес заметный урон. Люди Фредерика устали. Как-то так получилось, что в строю осталось едва ли половина от первоначальной их численности. Кто-то был ранен и пошел к лекарям — уважительная причина. Это не ножиком на кухне порезаться. Ткнут в тебя железкой, и даже если сразу не упадешь, все равно теряешь много крови, слабеешь.

Другие просто устали. Третьи проголодались. В общем, разброд и шатание.

Спасало то, что латники держались лучше остальных — как ни крути, но они по определению все же люди благородные. Стыдно было из-за пустяка уходить. А именно латники были костями строя, на которых все держалось. Но если уж латника ранили, и он отходил назад — с ним гарантированно уходило и все его копье, до пяти человек.

Поэтому, при всем при том, что мы явно побеждали — и довольно много вражеских трупов на площади это подтверждало — на вид нас стало даже меньше, чем врагов.

Но Фредерик не зря суетился — ему с коня видней, он видимо сразу заметил неладное.

Слишком далеко отойдя от нас, заговорщики оказались удобной мишенью для лучников Виллы. Только стало ясно, что демон точно не встанет, как профессиональные наемники с Туманных островов быстро вернулись (а они успели отступить за угол по улице, по которой мы пришли), причем в полном составе. Теперь знал, что вовремя сбежать, но если надо, вовремя вернуться — признак профессионализма.

В общем, лучники вернулись и наши противники попали под их слаженные залпы.

При этом Вилла явно сосредоточился на количестве стрел, а не на точности выстрелов — наш строй был достаточно далеко от вражеского. Под плотным обстрелом, действительно похожим на дождь из стрел, враги толком не могли двигаться. Только орать от боли и умирать, прячась за щитами. Стрел в воздухе было так много, что на брусчатку легка тень, какая бывает от ветки дерева с молодыми кудрявыми листочками, которую треплет ветер.

Лучники не автоматы, минут через пять они выдохлись и обстрел стал не такой плотный, но к этому времени Нычка с Фредериком восстановили наш строй и снова были готовы продолжить натиск. У Фредерика и для меня нашлась минутка. Подъехав ко мне, он рявкнул:

— Вы! Назад! Помогите лекарям! — он немного подумал, наклонился ко мне с седла, поднял забрало и добавил, тем же резким, командным голосом, но немного тише:

— Будет глупо умереть сейчас, когда битва уже выиграна. Я видел вашу храбрость, а сейчас покажите мне вашу рассудительность. Давайте, мой сеньор, отойдите в сторону, дайте парням отработать ваши деньги!

Я не стал спорить. Действительно, пусть люди работают.

Впрочем, до лекарей я так и не добрался. Зато до меня добрался Сперат. Я ничего не сказал ему по поводу его отсутствия во время замеса с демоном. Ну не любит человек демонов. У всех свои слабости. Сперат протянул мне флягу, в которой оказалось разбавленное водой домашнее вино. Сносно. Пить очень хотелось.

Битва продолжалась еще не меньше часа. И была крайне ожесточенной. Это легко определить по молчанию сражающихся — когда становится по настоящему жестко, люди перестают орать кричалки чтобы подбодрить себя. Оскорбления врагам вообще ритуал проводимый до первой крови. Потом не до этого. Слишком сосредотачиваются на смерти. И своей, и чужой.

Битва затягивалась. Я даже стоять устал — все же в доспехах. Присел на каменный парапет Фонтана. Вода в резервуаре стала розовой от крови. В ней плавали трупы и скапливались у забранного каменной решеткой стока. Вода не находила выхода, переполнялась и лилась на брусчатку, смешиваясь с кровью. Из человека может вылится на удивление много крови, особенно если его тело разрубить на части. По сути, к концу боя казалось, что сражающиеся бьются, стоя по щиколотку в крови.

Пленных было очень мало. В основном раненые, которых сначала вязали пажи и оруженосцы, а потом перевязывали лекари. Это был не намеренный приказ Фредерика — просто так получилось. Сначала тех, кто хотел нам сдаться убивали свои. Потом наши, потеряв несколько человек убитыми и ранеными, не хотели брать живыми “демонопоклонников”.