КРАТКАЯ ИСТОРІЯ О БУНТАХЪ ХМЕЛЬНИЦКАГО - Самовидець

На другой день Кривоносъ опять вздумалъ со всею своею силою сдЂлать нападеніе на князя по той же самой переправЂ, гдЂ его князь съ своей стороны ожидалъ въ готовности; а увидя, что Козаки уже на плотину всходятъ, князь началъ притворно отступать, пока множество Козаковъ не перебралось черезъ плотину; а когда ихъ было уже достаточное число, тогда князь, оборотившись со своими непріятелю въ глаза, пустилъ ему огненные финфы подъ носъ и поподчивалъ оловянными пилюлями; а чтобъ лучше ихъ обратить на истинный путь и скорЂе перервать ихъ горячку, велЂлъ пус-/7/кать имъ кровь саблями. Бросилась кавалерія Польская и такъ геройски пластала хлопство, что кровью непріятельскою пЂшились поля, трупами заваленныя. За тЂмъ храбрые наши солдаты отбили пушки и половиною табора завладЂли, а старшину Козацкую связавши, привели къ князю ; и тутъ бы наши совершенно уничтожили непріятеля, если бы снова ночь не помЂшала. Угощенный такими тремя стычками, Кривоносъ спустилъ носъ на квинту и съ уцЂлЂвшею сволочью убрался къ Хмельницкому. Князь, пошутивъ, такимъ образомъ, съ Козацствомъ, пошелъ къ Ямполю и поставилъ тамъ свое войско на отдыхъ, а самъ, между тЂмъ, для свиданія съ дЂтьми и женою, поспЂшилъ въ Збаражъ.

Когда это дЂлалось, примасъ, видя, что назначенное изъ воеводствъ первою конвокаціею войско лЂниво собиралось (ибо только около Люблина нЂсколько собралось) вторично учинилъ въ Варша†конвокацію, на которой снова избрали комиссаровъ, между коими уже помЂстили и князя, желая этимъ наградить его за то, что прежде не выбрали его региментаріемъ; только тутъ не ладно было, ибо уже очень много надЂлали начальствъ. А когда объ этомъ разсуждали въ ВаршавЂ, съЂхались также нЂкоторые сосЂдственные паны въ Збаражъ ; прибыли туда же съ своими полками воевода Подольскій, Конецпольскій, Калиновскій, Потоцкій, Чолганскій, также нЂкоторые Волыняне и Любляне; а тогда тЂ, которые имЂли повелЂніе отъ своихъ генеральныхъ региментаріевъ итти подъ Гланяны, назадъ изъ Збаража къ Глинянамъ возвращаться не хотЂли, но порЂшили между собою итти съ княземъ Вишневецкимъ; и прежде чЂмъ они въ предположенный путь пустились, пришло извЂстіе „Баръ вырЂзанъ!“ Въ БарЂ воть что случилось: былъ тамъ оставленъ въ гарнизонЂ Броневскій съ цЂлымъ полкомъ, только онъ сильно надоЂлъ жителямъ и, наконецъ, со всЂмъ ихъ оставилъ, а тЂмъ временемъ прибылъ съ своими драгунами Юрій Потоцкій, сынъ гетманскій, и помЂстился частію въ замкЂ, частію въ городЂ, близь воротъ. Между тЂмъ пришелъ къ Бару Кривоносъ съ своею чернью и едва подъ валами сталъ, высматривая мЂсто, откуда бы можно было штурмовать, какъ вдругъ безбожные горожане, питая въ сердцЂ своемъ ненависть къ Броневскому, бросились гурьбою и ворота Козацству отворили; ворвались тогда Козаки большою толпою, и, сперва перерЂзали солдатъ, бывшихъ въ городЂ, а потомъ вытаскивая, изъ домовъ и погребовъ нашихъ Католиковъ и Жидовъ, мучительски ихъ убивали. Погибло тамъ всего народу, считая съ Жидами, 1 т. 5 т. (?) Самъ же Потоцкій, сынъ гетманскій, продолжалъ защищаться въ замкЂ, но съ малою горстію людей (ихъ у него было только 200 драгунъ), и потому не могъ въ немъ выдержать сильнаго приступа. Однако жъ и 200 человЂкъ такъ мужественно держались и защищались, что, не поддаваясь, трупами Козацкими рвы наполнили; но за всЂмъ тЂмъ Козаки гдЂ-то около пруда пробравшись, ворвались въ замокъ и всЂхъ вырЂзали, кромЂ гетманскаго сына, котораго живаго взяли въ плЂнъ. Непріятель, набравъ тамъ множество церковныхъ утварей и городскихъ имуществъ, а также и пушекъ, покушался итти для завладЂнія Каменцомъ. Слыша объ этомъ пролитіи крови такого множества нашихъ людей, побитыхъ въ БарЂ, князь Вишневецкій изъ Збаража по-/8/спЂшилъ къ своему стану, гдЂ нашелъ уже гораздо больше собравшагося войска. Получено было также извЂстіе, что и другое Польское войско поспЂшаетъ къ Сокалу, которое, какъ только съ княземъ съЂхалось, такъ тотчасъ новоприбывшіе полковники и ротмистры умоляли князя, чтобы они подъ его командою оставаться могли, желая имЂть его своимъ гетманомъ; но князь, въ мудрыхъ своихъ разсужденіяхъ не принялъ этого и поблагодарилъ за привязанность; напротивъ того послалъ воеводу Кіевскаго подъ Глиняны къ гетманамъ, объявляя, что и самъ подъ ихъ начальство пойдетъ, только бы, соединившись, удалось спасти погибающее отечество. Исполнилъ Тышкевичь, Воевода Кіевскій, все, что ему князь поручилъ и все то гетманамъ сказалъ ; тогда подъ Глинянами была люстрація войска, котораго тамъ переписано къ бою 30,000, а прочихъ людей могло считаться только три. Должно знать, что то собравшееся подъ Глиняны войско было отличное, потому что всякой украшался серебромъ и золотомъ весьма богато, саблями съ эфесами, осыпанными драгоцЂнными камнями, сбруею, саблями, дорого оправленными, и богатыми сЂдлами блистая. Но къ чему же все это послужило! По окончаніи люстраціи гетманы двинулись изъ подъ Глинянъ къ Пилявцамъ, гдЂ и князь Вишневецкій къ нимъ присоединился; но какъ несчастно было это соединеніе! Ибо, во первыхъ, стало войско лагеремъ между горами и долами, а къ этому несчастію и начальниковъ было много, и потому въ диспозиціи было замЂшательство къ которой всЂ начальники каждый по своему готовился, и между ними было великое разномысліе.

Понялъ Хмельницкій, что нехорошіе начальники въ войскЂ были и со всЂмъ своимъ войскомъ расположился станомъ у небольшой рЂчки, Пилявки, на равнинЂ; хотя и очень невыгодно расположилось наше войско, но не хотЂло оставаться въ бездЂйствіи и часто на непріятеля нападало. А какъ тамъ была плотина, вредившая Козацству, то Хмельницкій на той плотинЂ поставилъ нЂсколько пушекъ и доволыю людей, чтобы они нашимъ переходить мЂшали. Однако Лящъ съ княземъ Корецкимъ съ тысячью охотниковъ, пробравшись гдЂ то стороною, нечаянно напали на станъ Хмельницкаго, и такое въ немъ произвели замЂшательство, что чернь весьма переполошилась. Когда фортуна одинь день нашему охотнику такъ послужила, то на другой день перемЂнила счастіе; потому что какъ только взошло солнце, пришло извЂстіе, что Хмельницкій со всею своею силою наступаетъ на наше войско. Испуганные тЂмъ, наши полководцы, не дожидаясь вЂрнЂйшихъ свЂдЂній, устроили свое войско и въ готовости ожидали. Но какъ послЂ солнечнаго восхода наступилъ великій туманъ, потому что одинъ другаго не могъ видЂть, то непріятель сидЂлъ тихо, готовя нашимъ лихо, а подъ вечеръ, когда эскадроны начали съЂзжать съ поля, послышался какой то шумъ въ станЂ Хмельницкаго, ибо въ бубны забили, въ сурмы и въ трубы заиграли и изъ пушекъ стрЂлять начали. Удивлялись наши, какая была бы причина такого торжества, ничего инаго не могли придумать, кромЂ того, что Ханъ Татарскій пришелъ съ войскомъ къ Хмельницкому, и для того Козаки его привЂствуютъ. И хотя наши не могли добыть вЂрнаго языка, однакожъ удалось поймать како-/9/го-то попа, который сказалъ, что Козацкое войско сильно было испугалось, когда вчера охотникъ Польскій такъ сильно его смЂшалъ, и уже Хмельницкій думалъ бЂжать; но что теперь пришли къ нему на помощь Татары, онъ ободрился и хочетъ на Польское войско напасть. Получивъ такое извЂстіе, наши полководцы сей часъ около стана сильныя стражи поставили. Хмельницкій, примЂтивъ, что наши весьма осторожно держатся, устроилъ полки свои и Татаръ, которыхъ было только 4,000, и то прежнихъ, съ переодЂтыми по Татарски нЂкоторыми Козаками и послалъ ихъ противъ нашихъ, которые какъ только великою толпою подъ наше войско подошли и съ чрезмЂрнымъ крикомъ закричали : Гала ! Гала ! такъ тотчасъ наши такъ крЂпко переполошились, что въ своихъ силахъ совершенно усомнились. Эта одна и пустая тревога нашихъ мучила, а другая та была, что на дурномъ мЂстЂ съ войскомъ стояли, а потому, что безо всякой основательной причины выступили изъ подъ Константинова; и такія въ сердцахъ своихъ ощутивъ опасенія, боясь потерять войско, уходить положили. Войско, замЂтивъ робость въ начальникахъ, страшно на ихъ роптать начало и едингласно избирало князя Вишневецкаго гетманомъ и генеральнымъ предводителемъ. Заплакалъ князь сердечно объ этомъ выборЂ, потому что уже не во время такую честь ему приписывали. Между тЂмъ смятенное войско начало уходить таборомъ; но какъ съ горы на гору и по грязнымъ домамъ переправа была затруднительна, и какъ Хмельницкій сильно наступать началъ, то стала бросать тЂ свои затЂйливыя имущества, кабачки и сервизы серебрянные, богатыя сбруи, ордынки *, сабли богато золотомъ оправленныя, собольи, волчьи и рысьи шубы, кафтаны шелковые, Персидскіе пояса, однимъ словомъ, что только самаго любимаго быть могло, все то бросали, и съ величайшею поспЂшностію убЂгали.

* Татарскія особаго рода сабли.

Понятно, какое тамъ множество молодежи Польской погибло, потому что одни ни разу передъ тЂмъ не бывъ въ оказіи, на перинахъ и пуховикахъ подъ шатрами нЂжились и вскочивши во время сумятицы, не зная, что съ собою дЂлать и куда уходить, отъ пикъ Козацкихъ сильно пострадали, а другіе тонули въ болотахъ и жалостно погибали. Вотъ на что послужили тЂ имущества, взятыя въ станъ! Однимъ словомъ, весь нашъ станъ былъ совершенно уничтоженъ, и тЂ, которые изъ этой оказіи вытти могли, сами не знали, куда бЂжали.