Смерть под трактором - Андрей Кивинов

– Да чего уж тут непонятного? Как Большой себя ведет? Не слинял?

– Не-е-е, здесь тусуется. По кабакам да казино. Бабки п'оматывает. Вон ла'йки, видите? Его хозяйство. Ну, в смысле платят ему.

Я с интересом наблюдаю, как возле указанных ларьков, стоя на четвереньках, блюет молодой человек в очках.

– Ну хорошо. Спасибо за посредничество, – закончив просмотр, я подвожу итог,– давай так договоримся – если вдруг твоя деваха услышит еще что-нибудь…

– Конечно, – не дает мне договорить источник, – с'азу же позвоню.

Мы поднимаемся со скамейки.

– Да, вот еще, Ки'илл Анд'еевич,– Слава виновато смотрит на мои ботинки, – че'вончиком не богаты? На недельку? Кафку хочу купить. Классная вещь, давно ищу.

Я червончиком богат и с чистым сердцем протягиваю его Славе. На «Выстрел Покалеченного» не дал бы.

Отойдя метров на пятьдесят, я оборачиваюсь и вижу, как источник, крепко сжимая под мышкой Кафку, по форме похожего на поллитровку, быстрым шагом удаляется от винно-водочного ларька в направлении жилого массива.

– Маленький, значит? – Евгений вылезает из-за стола и садится на подоконник. – Этот может. Говорят, он как-то в «Альбатросе» с черным забился, что рыбку из аквариума живьем схавает. И схавал. Отморозок, в общем…

– А Большой чем знаменит?

– Тоже отморозок. После того, как в детстве в лесу заблудился и ноги отморозил. В бандитах с пятнадцати лет. Короче, один другого стоит. Между собой корефанили, вроде не ссорились.

– Информация устарела. Большой Маленького на пол-лимона зелененьких кинул, прикинь? За такое под трактор целую бригаду положить можно.

– Вполне, вполне…– Евгений через окно задумчиво наблюдал, как автокран поднимает стоящий напротив отделения пивной ларек и грузит его на самосвал. Старший, наряженный в ярко-рыжую спецовку, деловито командовал, размахивая руками, словно уличный регулировщик.

– Не убить ли нам трех зайцев одновременно? – Женька вновь повернулся ко мне. – Подождем, пока Маленький не переедет Большого трактором, и задержим с поличным. Разом избавим территорию от двух пробитков и найдем трактор! Просто до гениальности!

Я еще плохо знаю характер Филиппова и его методы розыска, поэтому не могу понять, шутит он или действительно шутит.

– Может, все ж упредить? Не доводить до грешка?

– Они все равно рано или поздно друг друга перестреляют, а мы государству трактор вернем. Правда, я пока в любом случае не представляю, каким образом мы все это реализуем.

– За Маленьким «ноги» поставим. Раз трактор уже наготове, то и разборка на носу.

– Я хорошо знаю Маленького, во-первых, он лично нигде не светится, а во-вторых, не умеет водить трактор. А за всей его шоблой бегать – никаких «ног» не хватит.

– Черт, сроки. Сегодня доложиться надо.

– Ничего страшного. У меня знаешь какой первый материал был? Голубей с голубятни уперли. Сломали решетку и птичек того, тю-тю. Голуби дорогущие, декоративные. Я тоже дней десять носился, уж задница мыльной пеной покрылась.

Хотелось отличиться, класс свой показать. Не нашел я никаких голубей, но люди добрые, слава Богу, помогли, надоумили, как не опозориться. Поймал я по их совету бомжа, который за пару бутылочек пива вдруг вспомнил, что аккурат деньков десять назад случайно видел, как из незапертой голубятни вылетели красивые птички и, сделав прощальный круг, скрылись в направлении Гатчины. То есть улетели. Я подробно записал объяснение и с Богом задвинул материал в архив.

Вывод: сначала научитесь двери закрывать, а уж потом в милицию приходите.

– Трактор не голубь, сам не улетит…

– Объект не важен, важен принцип. А на ноги я рассчитываю исключительно собственные. Ибо ими управляет собственная голова. А ноги, которыми управляет чужая голова, годятся только для топтания по плацу.

Женька вновь повернулся к окну. Автокран развернулся и исчез за углом, следом уполз грузовик с пивным ларьком на борту.

– Наконец-то… Догадался какой-то умный человек этот курятник из-под окон убрать. Хоть гопоты не будет. Зато теперь – какой пейзаж. Репин!

– Раз Маленький лично с Большим разбираться не пойдет, значит, кого-то отправит, – я возвращаюсь к больной мозоли, – кого-то из своих. Того, кто умеет водить трактор. Трактор ведь не «вольво», в нем даже руля нет, надо знать, за какой рычаг дергать.

– Да брось ты! – категорически не соглашается Евгений. – Маленький про трактор сгоряча брякнул, в сердцах, ему проще киллерюгу нанять с пистолетом, безо всяких тракторов.

– Может и так, конечно, но только у меня ничего другого нет. Не верю я в совпадения. Сначала происходит базар, потом трактор пропадает. Завтра Большого найдут со следами гусениц на лице и с признаками насильственной смерти. Вернее, след-то будет, лица не будет.

– Так что ты предлагаешь?

– Мне нужны люди Маленького. Должен же быть у кого-нибудь список его команды?

– В отделе кадров ихнем… Только запрос не забудь напечатать. И колотуху в нашей канцелярии поставить. Через час список получишь.

– А серьезно?

Евгений пожал плечами, слез с подоконника и, открыв сейф, достал толстую бухгалтерскую книгу.

– Есть у меня несколько его бойцов. Записывай.

Он начал диктовать фамилии, клички, адреса. Шестым по счету был некий гражданин Корытин Александр, двадцати пяти годков, по кличке «Танкист».

– Танкист или Таксист? – насторожился я.

– Танкист.

– А почему танкист?

– Он в Афгане на танке воевал. Вследствие чего контуженный. Года два как с Маленьким крутится.

– Погоди, погоди… Что танк, что трактор. Те же рычаги, те же гусеницы. Только пушки нет. Корытин в танке на педали жал или из пушки стрелял?

– Откуда ж я знаю? Но вроде любой член экипажа должен уметь управлять танком.

– Дай-ка мне адресок этого Корытина. Женька отыскивает глазами строчку, называет улицу и номер дома. Я замираю в трепетном волнении.

– Блин!!! Он же живет прямо напротив стройки!

Мы напряженно смотрим друг другу в глаза. Это, я б сказал, заявка на победу!

Дорогу осилит идущий, трактор отыщет непьющий!

Мой душевный подъем нарушает дежурный, влетевший в наш тихий кабинет ясным соколом, чуть не сорвав дверь с петель.

– Женька, ты сегодня на шухере по графику. Заявочка есть. Директриса магазина прибежала, десяточки, продуктового. Ларек их пивной украли, точнее, пропал. Который за отделением стоит, точнее, стоял. На обед пошла, бах, а ларька нет! Утром стоял, а сейчас как сквозь землю. Вместе со всем барахлом и вчерашним пивом. Вон, слышишь, в коридоре директриса белугой воет. Выйди, успокой. Тем более твоя земля, тебе и искать.

Евгений похож на акулу, проглотившую купающегося ежика. Размахивая плавниками и щелкая челюстью, он вылетает из кабинета, словно торпеда из люка.

Да, обидно. Счастье было так близко. В трех метрах от окна.

Слежка оказалась совсем не романтическим и, главное, весьма не простым делом. Через пятнадцать минут я убедился, что этой процедурой должны заниматься специально обученные люди. Я, правда, не собирался садиться Танкисту на хвост, все получилось, в общем-то, случайно. Решил пройтись по его соседям, потолковать, жалобы выслушать. Кто его знает, вдруг Корытин на тракторе засветился или «Справочник тракториста» просил почитать?

Подхожу к подъезду, а из него навстречу сам Танкист-Тракторист. В спортивных одеждах и с сумкой-бананом на плече. Черепом повращал, будто башней танковой, и двинул к «восьмерке», на детской площадке припаркованной. Я с пути-дороги вовремя отошел, он меня не заметил. Рожа у него, как у «тигра» времен Курской дуги. Смотреть на такую рекомендуется только через амбразуру дзота. Или, на крайняк, сквозь прицел противотанкового ружья. За «восьмеркой» я бы, конечно, не погнался, да и не на чем, но Таксист не воспользовался индивидуальным транспортным средством. Минут пять повозившись в салоне, он выполз наружу, закрыл дверь и отправился путешествовать пешком.

Путь бандита пролегал через местный стадион «Олимпиец», где в свое время вырос не один олимпийский чемпион. Танкист пересек заросшее по колено футбольное поле, прошел мимо административного корпуса, перемахнул через забор и оказался на проспекте. Покрутившись в народе, он направился в сторону жилого массива, состоящего в основном из зданий с элитными квартирами.

Я чувствовал себя ужасно неловко. Мне казалось, что даже греющиеся на солнышке коты таращатся исключительно на мою персону. А прохожие показывают на меня пальцами и кричат:

«Смотрите, смотрите, – он сидит у того на хвосте!» Когда Танкист пару раз оборачивался назад, я был готов сгореть от стыда. Если я попадусь ему на глаза в третий раз, то получу кулаком по лицу. К счастью, фигурант не обернулся, резко свернув в арку огромного «сталинского» дома. Я прибавил газку и последовал его примеру, махнув рукой на конспирацию. В конце концов, может, мы идем в один и тот же дом и в одну и ту же квартиру. Бывает? Запросто. Так и объясню, если что. Если успею.