История одной сделки (СИ) - "Anyuta"

– Ты говорил, что он владеет магазинами.

 – Поверь, это только внешние, легальные признаки власти. Информацией обо всем остальном обладают только избранные. Посмотри на него.

Этого еще не хватало! Она не может себе позволить видимое любопытство по отношению к этому человеку.

– Видела уже. Долго глазеть неприлично.

– Красив, не правда ли?

 С этим она не могла не согласиться. Но не вслух.

– Это к чему? Он не на фотосессию пришел. Для мужчины с таким капиталом привлекательная внешность не обязательна.

– Это как сказать, – хихикнул Арнольд и загадочно подмигнул Диане.

 – Давай, рассказывай. Я же вижу, тебе не терпится поделиться сплетнями.

Арнольд не обиделся. Он не страдал подобным недостатком. Пожалуй, это единственная черта, которая нравилась в нем Диане.

– Женат дважды, – Арнольд почти вдавил губы в ее ухо, и Диана еле сдержалась, чтобы не отодвинуться. Однако приходилось терпеть: такие новости она пропустить не могла. – О первой жене ничего не знаю, кроме того, что они развелись через год после свадьбы. Он оставил ей в наследство сына. Все сведения о нем – тайна. Мне, во всяком случае, неизвестная.

 – Отказался от сына? Очень странное поведение для мужчины.

 – Тому есть причины. Его вторая жена – баснословно богата. Фактически благодаря ей он получил стартовый капитал для своей империи. Единственная дочь богатых родителей влюбилась в него без памяти и купила вместе с потрохами. У них есть дочь. Кажется, ей шестнадцать. Что интересно, его жена и дочь – абсолютно непубличные люди. Хотя какое-то время ходили слухи, что Анна настолько некрасива, что Равский не рискует выводить ее в люди. Но позже все решили, что это выдумки. Андрей Михайлович слишком уважал – или боялся – своего тестя, чтобы позволить себе держать жену под замком.

Но Диана уже слушала вполуха.

Анна.

 Вот она – разгадка одной из многочисленных тайн. Он боится назвать свою жену именем любовницы. Возможны и другие причины. К примеру – ему может очень нравиться это имя, или его мать звали Анной. Диана могла придумать с десяток поводов, но первое предположение казалось самым правдоподобным.

Оглядывая присутствующих дам, точнее – их наряды, украшения и прически, чтобы упомянуть о них в очередной статье, Диана пыталась понять, чувствует ли она ревность после откровений Арнольда. Задача оказалась трудной, поскольку это чувство не было ей знакомо. Что-то к Андрею она определенно испытывала, но эти ощущения мало походили на то, что она описывала в своих книгах.

Диана издала их под псевдонитот вечер она не мом лишь благодаря знакомствам с нужными людьми на подобных светских тусовках. Вспоминая поговорку «Кто умеет, тот делает, а кто не умеет, тот учит, как делать», Диана думала о том, что это сказано и о ней тоже. Она пишет романы о любви. А что ей самой о ней ведомо? Вопрос.

К сожалению, больше ничего интересного об Андрее в тот вечер она не узнала. Зато он заявился к ней утром, молча набросился, словно изголодавшийся волк, и так же стремительно исчез.

Что же, Диана не протестовала. Да и как она могла? И расспросить его все равно бы не решилась. Вот только на работу опоздала – не в первый и не в последний раз.

                       * * *

Вынырнув из воспоминаний, она увидела большие испуганные глаза Валика и смягчилась. Три года назад она делала такие же ошибки. Неоднократно.

 – Даю вам одну ночь. Чтобы завтра с утра материал ждал меня на столе.

– Конечно! – Диана улыбнулась вспыхнувшему энтузиазму молодого коллеги. – Все исправлю, допишу, усовершенствую. Вам понравится, вот увидите!

 – Уж постарайтесь. Ради себя – в первую очередь.

 Валик умчался на всех парах, оставив распахнутой дверь кабинета. В проеме появилась ее помощница Ната и поинтересовалась, не нужно ли чего. Взглянув на часы, Диана сообразила, что рабочий день закончился. Хотя обычно она задерживалась в редакции сверхурочно, сегодня у нее возникло желание поскорее оказаться дома, за компьютером. Очередная глава нового романа уже созрела в ее голове и «просилась на бумагу».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

 Отпустив Нату домой, Диана сложила документы на столе в аккуратные стопки, составила план на завтра и записала его в ежедневник – сказывались старые школьные привычки, взяла сумочку и направилась к выходу. Попрощавшись с охранником, Диана вытащила из пучка волос гребень и тряхнула головой. Тяжелые шелковистые пряди рассыпались по плечам.

Распахнув дверь редакции, девушка подумала о том, что хорошо бы снять пиджак – солнце пригревало совсем не по-весеннему, но потом передумала, лишь расстегнула пуговицы, подставляя легкому ветерку натуральный шелк блузки.

 Пока она пыталась на ходу выудить из сумочки очки с темными стеклами, к тротуару подкатил мотоцикл. Диана подняла голову, и отзеркаленный солнечный луч заслепил девушке глаза. Перед тем, как она сломала каблук любимых синих туфель, Диана успела заметить мощные ноги в потертых джинсах и поношенные кожаные кроссовки, ступившие на тротуар.

А в следующий момент она упала – в объятия мотоциклиста в кожаной куртке и клетчатой рубашке, низко расстегнутой на груди. Все произошло в точности так, как в ее романах. Возможно, она потеряла сознание, и ей это только кажется?

Несколько раз моргнув, чтобы прояснить взгляд и разум, Диана заглянула в озабоченное мужское лицо. Очень красивое, между прочим. Не такое, как у Андрея, более грубое, но, вне всякого сомнения, привлекательное.

– Все в порядке? Обморок отменяется?

 Диана осторожно тряхнула головой.

– Думаю, что да.

 – Хорошая новость.

 Мужчина улыбнулся, и у Дианы перехватило дыхание. Но не настолько, чтобы забыть о важном. Напомнив себе условия контракта, Диана попыталась отстраниться. Однако мужчина не торопился ее отпускать.

 – Я в порядке.

 – А мне кажется, не очень.

 Он был прав: Диана чувствовала себя пораженной молнией, но это не означало ровным счетом ничего. Она не имела на это права.

 – Тем не менее, мне нужно идти.

Он отпустил ее, и Диана почувствовала себя маленькой девочкой, у которой отобрали любимую игрушку.

– Проводить-то вас можно?

– Спасибо, я на машине.

Диана сделала несколько шагов и поняла, что каблук поврежден навсегда.

– Тогда позвольте мне компенсировать ущерб.

– Во-первых: вы не виноваты, мне следовало быть более внимательной, а во-вторых: я не разрешаю мужчинам, чужим мужчинам, покупать мне одежду.

 – Я настаиваю.

 – Нет.

Диана сняла туфли и босиком отправилась на автостоянку к своей «Мазде». Подарок Андрея к ее двадцать пятому дню рождения. Андрей не был чужим мужчиной, хотя и близким назвать его невозможно. Она познала его лишь интимно. Его душа осталась для нее загадкой.

– Поужинаете со мной? – Не оборачиваясь, Диана отрицательно покачала головой. Она радовалась, что мужчина не следует за ней, но маленький оттенок огорчения в ее чувствах все же присутствовал. – Хоть скажите, как вас зовут, – не унимался незнакомец.

– Никак.

 Хотя она почти бормотала, мужчина услышал ее.

– Необычное имя, – она промолчала. – Я вас найду.

– Не стоит.

– Уверен, что наоборот – очень даже стоит. К тому же, я должен вам туфли.

Диана смерила взглядом потрепанную, хоть и добротную, даже дорогую одежду и покачала головой.

– Для этого вам придется слетать в Перу.

Именно оттуда привез ей этот подарок Андрей.

– Риск – благородное дело, – громко расхохотался незнакомец, и Диана снова невольно залюбовалась его лицом. Потом вспомнила о наставлениях Андрея по поводу неделовых знакомств с мужчинами и в очередной раз покачала головой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Риск слишком велик.

 «Для меня», – добавила она мысленно. И не только потому, что свидание с таким мужчиной может считаться нарушением сделки. Впервые за три года у Дианы возникло желание совершить нечто подобное.

Она села в автомобиль, в последний раз полюбовавшись золотом в волосах у незнакомца и чеканными чертами лица, и нажала на газ.